Фандом: Гарри Поттер. В результате неудавшегося эксперимента 17-летнюю Нарциссу забросило во времени в 1997 год. В то время как друзья ищут способ проникнуть в министерство магии, мисс Блэк пытается вернуться домой.
Добавить в моё избранное
75 мин, 17 сек 4928
Теперь-то Гермиона понимала это, а тогда мучительно краснела и не знала, зачем она прикасалась к её шее и ласково очерчивала пальцами скулы. Зачем прижималась всем телом к спине, а потом легко, играючи целовала в щёку?
Нарцисса пропустила прядь её волос между пальцами и сказала:
— Ты совсем за ними не ухаживаешь.
Гермиона тогда впервые не нашлась, что ответить. «Я знаю» или«Это не твоё дело» казалось неправильным. Слишком очевидным, неуклюжим, почти непристойным.
— Ты не хочешь возвращаться домой. — Слова вырвались неожиданно.
Гермиона думала, что Нарцисса обидится, рассердится и уйдёт, громко хлопнув дверью, но она удивила её. Улыбнулась медленно, дразняще, почти как Сириус на колдографии, и спросила:
— А ты хочешь, чтобы я ушла?
Её губы оказались мягкими, а поцелуй — почти целомудренным. В нём не было ни неловкости Виктора, ни напора Кормака. Осторожное изучающее касание, которое согревало гораздо лучше огневиски.
— Не надо, — попросила Гермиона. Ей одновременно было и страшно, и хотелось, чтобы она не прекращала прикасаться.
— Тебе неприятно?
Гермиона отрицательно покачала головой, чем вызвала у Нарциссы полную предвкушения улыбку.
Она медленно расстегнула пуговицы на блузе Гермионы, а потом, распахнув полы, с нажимом провела руками по её рёбрам. Скользнула пальцами за кромку белья, лаская ставшую чувствительной кожу. Гермиона тихо застонала, ощущая, как тело становится невероятно горячим и жадным к чужим прикосновениям.
Всё это время Нарцисса пристально смотрела на Гермиону, словно давая ей шанс остановить её. Но она не сделала это. Возможно, Гермионе было любопытно, возможно, она устала от одиночества, возможно, хотела забыть о проблемах. И ещё десятки «возможно», но ни одно из них не могло объяснить, почему она тогда не оттолкнула Нарциссу.
С третьим ходом им повезло гораздо больше. С улицы дверь казалось незаметной, только подойдя совсем близко можно было увидеть, что стена не сплошная и есть проход за кирпичную кладку. Дознавателей не было, только пыль и ржавые замки.
Они прошли коридор до конца, освещая дорогу Люмосом, пока не оказались перед аркой. Проход в неё был заложен кирпичами. Гермиона протянула руку, но Нарцисса перехватила её.
— Не надо. Это иллюзия, поверь на слово.
— Но почему нельзя потрогать?
— Сигнал тревоги, — объяснила Нарцисса. — Возможно, вход в министерство плохо охраняется, но покинуть его незаметно не удастся. После прохода сквозь арку у нас будет не больше пяти минут, чтобы выбрать на улицу и аппарировать.
— Куда ведёт этот ход? — спросила Гермиона.
— В атриум.
— Ты сможешь найти его с той стороны?
Нарцисса неуверенно кивнула.
— Мне нужно знать точно.
— Послушай, откуда я знаю, что там сейчас находится? Прошло больше двадцати лет. Ориентиры я помню, в остальном нужно будет положиться на удачу.
Нарцисса разговаривала с Гермионой так, словно та была маленьким неразумным ребёнком. Это разозлило Грейнджер. Ей хотелось развернуться и уйти, показывая тем самым, что затея не стоит внимания. Но она сдержалась — это было неудачное время для ссор.
— Нарцисса, мы не можем позволить себе роскошь сомневаться.
— А что нам остаётся, кроме сомнений? Вы задумали проникнуть в министерство магии и украсть медальон. Сама по себе идея безумна и не стоит и выеденного яйца. Я не понимаю: зачем? Зачем он вам? Зачем рисковать и сражаться? Мерлин, Гермиона! Я могу понять Гарри и Рона — мальчишкам всегда нравится играть в героев. Но ты умная и рассудительная. Разве не проще уехать и переждать, пока всё не утихнет? Ты магглорожденная. Если вы попадётесь, то тебя убьют. Ты ведь понимаешь это. Не можешь не понимать.
— Замолчи, — сказала Гермиона.
Она ощущала, как внутренности скручивает в тугой узел. Горький комок стал поперёк горла, отчего было тяжело дышать. Гермиона задыхалась. Казалось, что ещё миг — и она отшвырнёт Нарциссу магией. Или заколдует, только чтобы она замолчала.
Только чтобы больше не слышать жестоких и правдивых слов.
Она ни раз и не два думала об этом, но всегда между доводами разума и долгом выбирала последнее. Дружба всегда была для неё на первом месте, всё остальное не имело значения.
Возможно, Нарцисса поняла её. Возможно, посчитала, что её молчание — признак того, что она сомневается. Но Гермиона не сомневалась и даже сейчас выбирала дружбу, пусть это и означало, что она потеряет Нарциссу.
— Как ты мог так поступить? Это безответственно, Гарри!
Гермиона нервно меряла шагами комнату. Ей ужасно хотелось залепить Гарри затрещину за то, что он сегодня учудил. Услышав, что он, воспользовавшись портключом, без подстраховки перенёсся в незнакомое место и был обездвижен Пожирателем, Гермиона испытала ужас.
Нарцисса пропустила прядь её волос между пальцами и сказала:
— Ты совсем за ними не ухаживаешь.
Гермиона тогда впервые не нашлась, что ответить. «Я знаю» или«Это не твоё дело» казалось неправильным. Слишком очевидным, неуклюжим, почти непристойным.
— Ты не хочешь возвращаться домой. — Слова вырвались неожиданно.
Гермиона думала, что Нарцисса обидится, рассердится и уйдёт, громко хлопнув дверью, но она удивила её. Улыбнулась медленно, дразняще, почти как Сириус на колдографии, и спросила:
— А ты хочешь, чтобы я ушла?
Её губы оказались мягкими, а поцелуй — почти целомудренным. В нём не было ни неловкости Виктора, ни напора Кормака. Осторожное изучающее касание, которое согревало гораздо лучше огневиски.
— Не надо, — попросила Гермиона. Ей одновременно было и страшно, и хотелось, чтобы она не прекращала прикасаться.
— Тебе неприятно?
Гермиона отрицательно покачала головой, чем вызвала у Нарциссы полную предвкушения улыбку.
Она медленно расстегнула пуговицы на блузе Гермионы, а потом, распахнув полы, с нажимом провела руками по её рёбрам. Скользнула пальцами за кромку белья, лаская ставшую чувствительной кожу. Гермиона тихо застонала, ощущая, как тело становится невероятно горячим и жадным к чужим прикосновениям.
Всё это время Нарцисса пристально смотрела на Гермиону, словно давая ей шанс остановить её. Но она не сделала это. Возможно, Гермионе было любопытно, возможно, она устала от одиночества, возможно, хотела забыть о проблемах. И ещё десятки «возможно», но ни одно из них не могло объяснить, почему она тогда не оттолкнула Нарциссу.
С третьим ходом им повезло гораздо больше. С улицы дверь казалось незаметной, только подойдя совсем близко можно было увидеть, что стена не сплошная и есть проход за кирпичную кладку. Дознавателей не было, только пыль и ржавые замки.
Они прошли коридор до конца, освещая дорогу Люмосом, пока не оказались перед аркой. Проход в неё был заложен кирпичами. Гермиона протянула руку, но Нарцисса перехватила её.
— Не надо. Это иллюзия, поверь на слово.
— Но почему нельзя потрогать?
— Сигнал тревоги, — объяснила Нарцисса. — Возможно, вход в министерство плохо охраняется, но покинуть его незаметно не удастся. После прохода сквозь арку у нас будет не больше пяти минут, чтобы выбрать на улицу и аппарировать.
— Куда ведёт этот ход? — спросила Гермиона.
— В атриум.
— Ты сможешь найти его с той стороны?
Нарцисса неуверенно кивнула.
— Мне нужно знать точно.
— Послушай, откуда я знаю, что там сейчас находится? Прошло больше двадцати лет. Ориентиры я помню, в остальном нужно будет положиться на удачу.
Нарцисса разговаривала с Гермионой так, словно та была маленьким неразумным ребёнком. Это разозлило Грейнджер. Ей хотелось развернуться и уйти, показывая тем самым, что затея не стоит внимания. Но она сдержалась — это было неудачное время для ссор.
— Нарцисса, мы не можем позволить себе роскошь сомневаться.
— А что нам остаётся, кроме сомнений? Вы задумали проникнуть в министерство магии и украсть медальон. Сама по себе идея безумна и не стоит и выеденного яйца. Я не понимаю: зачем? Зачем он вам? Зачем рисковать и сражаться? Мерлин, Гермиона! Я могу понять Гарри и Рона — мальчишкам всегда нравится играть в героев. Но ты умная и рассудительная. Разве не проще уехать и переждать, пока всё не утихнет? Ты магглорожденная. Если вы попадётесь, то тебя убьют. Ты ведь понимаешь это. Не можешь не понимать.
— Замолчи, — сказала Гермиона.
Она ощущала, как внутренности скручивает в тугой узел. Горький комок стал поперёк горла, отчего было тяжело дышать. Гермиона задыхалась. Казалось, что ещё миг — и она отшвырнёт Нарциссу магией. Или заколдует, только чтобы она замолчала.
Только чтобы больше не слышать жестоких и правдивых слов.
Она ни раз и не два думала об этом, но всегда между доводами разума и долгом выбирала последнее. Дружба всегда была для неё на первом месте, всё остальное не имело значения.
Возможно, Нарцисса поняла её. Возможно, посчитала, что её молчание — признак того, что она сомневается. Но Гермиона не сомневалась и даже сейчас выбирала дружбу, пусть это и означало, что она потеряет Нарциссу.
— Как ты мог так поступить? Это безответственно, Гарри!
Гермиона нервно меряла шагами комнату. Ей ужасно хотелось залепить Гарри затрещину за то, что он сегодня учудил. Услышав, что он, воспользовавшись портключом, без подстраховки перенёсся в незнакомое место и был обездвижен Пожирателем, Гермиона испытала ужас.
Страница 10 из 22
