Фандом: Гарри Поттер. В результате неудавшегося эксперимента 17-летнюю Нарциссу забросило во времени в 1997 год. В то время как друзья ищут способ проникнуть в министерство магии, мисс Блэк пытается вернуться домой.
Добавить в моё избранное
75 мин, 17 сек 4911
— Ты меня запрёшь в чулане? — Нарцисса выглядела возмущённой и немного напуганной.
— Я сразу же открою, если ничего не получится. Честно.
Она кивнула, поверив Гермионе.
Их эксперимент оказался неудачным. Больше часа они провозились с дверью в чулане: закрывали её на ключ, запирали с помощью чар, даже стулом ручку подпирали — ничего не срабатывало. Гермиона продолжала расспрашивать снова и снова о ссоре и о том, что Нарцисса делала в чулане — может, к чему-то прикасалась? — но всё было бестолку.
В конце концов, они поссорились, и Блэк ушла, оставив после себе в сердцах брошенное «маггла».
Гермиона сидела на кухне и лениво ковыряла вилкой остывший ужин. Кричер, получив медальон Регулуса, стал более доброжелательным, если это слово вообще можно было к нему применить. Он больше не обзывал и не сыпал проклятиями, только смотрел неодобрительно, а его стряпня оказалась очень вкусной и чем-то напоминала Гермиона ту еду, которая появлялась на столах в Большом зале в Хогвартсе. Даже запах на кухне стал другим, домашним. На кухне пахло свежей выпечкой и мясом, специями и молоком. Где домовой эльф доставал продукты, оставалось загадкой, но готовил он замечательно.
— Хочешь, я её заколдую? — предложил Рон. — Летучемышиный сглаз у меня плохо получается, но пару бородавок я смогу наколдовать.
Гермиона невольно улыбнулась и покачала головой.
— Не стоит. Лучше расскажите, что вы выяснили о медальоне и Амбридж.
— Почти ничего. Она всё ещё работает в министерстве магии и даже стала начальником какого-то отдела, но о медальоне ничего не известно. — Гарри левитировал чайник и, взмахнув палочкой, разлил кипяток по чашкам.
— Узнаем.
— Конечно, узнаем. Будешь десерт? Кричер испёк сегодня яблочную шарлотку. Не знаю, как на вкус, но пахнет она здорово.
Часы тикали оглушающе громко, отсчитывая время, бесконечно долгое, словно стрелки на циферблате шли назад, а не вперёд. Осенние вечера в доме Блэков на Гриммо были хмурые и холодные. Не помогало ничего: ни шерстяной плед, ни согревающие заклинания, ни огневиски, которое Гермиона случайно нашла спрятанным под кипой старых газет.
Дом казался огромным, но в нём негде было уединиться. Скрип половиц, сквозняк, игриво треплющий шторы, сердитое ворчание Кричера не оставляли места для тишины. Иногда Гермиона ловила себя на том, что пристально всматривается в тёмные углы и что-то ищет, но раз за разом находит пустоту, оставляющую после себя липкую безнадёжность и холод.
— Ты похожа на тётушку Гвен. У неё был такой же отсутствующий взгляд и дурацкая привычка грызть ногти. — Нарцисса села напротив в кресло, а потом, чуть помявшись, добавила: — Извини.
— Извини?
— Идея с самого начала была глупой, — пояснила она. — Я не должна была говорить ма… это.
Она не сказала маггла, в последний миг исправившись, но Гермиона всё равно поморщилась. Предубеждения чистокровных волшебников, их небрежно брошенные слова всё ещё её задевали. Хотя она больше не плакала из-за оскорблений, как на первом курсе, но у неё порой возникало желание наслать на обидчика чары немоты.
Гермиона достала из вышитой бисером сумочки книгу и протянула её Нарциссе.
— Что это?
— Это новое издание о теории путешествий во времени. Здесь нет примеров из жизни, но, возможно, ты найдёшь что-то полезное для себя, — ответила Гермиона.
Нарцисса долго рассматривала обложку книги, перевернула пару страниц, а потом посмотрела на Гермиону. Выражение её лица было нечитаемым. Светлые волосы да бледная кожа делали её похожей на утопленницу в мягком свете бра.
— Я тебя не понимаю, но всё равно спасибо.
В тот вечер они больше не говорили. Нарцисса читала, а Гермиона украдкой посматривала на неё, раздумывая над сказанными словами. Как их понимать? Что Блэк подразумевала? Чего от неё ожидать?
Так много вопросов, на которые не было ответов.
Гермиона присматривала за Нарциссой, но не доверяла ей. Слишком та была скрытной и замкнутой. Всегда вежливая, тихая и совершенно не интересующаяся тем, что происходило за стенами дома. Если поначалу это можно было объяснить растерянностью от того, что она переместилась в будущее на двадцать с лишним лет, то сейчас это выглядело странно. Гермиона пообещала себе, что разберётся с этим позже.
Гарри снились сны. Они не были похожи на кошмары, что преследовали его на шестом курсе. Утром после пробуждения голова не болела, не было и противной слабости. Только предчувствие, что скоро должно произойти что-то важное.
В этих снах Гарри был сторонним наблюдателем. Зачастую он находился в комнате с каменными стенами и смотрел на себя, сидящего в кресле. Комната была похожа на гостиную в гриффиндорской башне, только просторнее и светлее. С одной стороны находился камин и мягкие кресла с диваном. Напротив стол, заваленный книгами, пергаментами и непонятными чертежами.
— Я сразу же открою, если ничего не получится. Честно.
Она кивнула, поверив Гермионе.
Их эксперимент оказался неудачным. Больше часа они провозились с дверью в чулане: закрывали её на ключ, запирали с помощью чар, даже стулом ручку подпирали — ничего не срабатывало. Гермиона продолжала расспрашивать снова и снова о ссоре и о том, что Нарцисса делала в чулане — может, к чему-то прикасалась? — но всё было бестолку.
В конце концов, они поссорились, и Блэк ушла, оставив после себе в сердцах брошенное «маггла».
Гермиона сидела на кухне и лениво ковыряла вилкой остывший ужин. Кричер, получив медальон Регулуса, стал более доброжелательным, если это слово вообще можно было к нему применить. Он больше не обзывал и не сыпал проклятиями, только смотрел неодобрительно, а его стряпня оказалась очень вкусной и чем-то напоминала Гермиона ту еду, которая появлялась на столах в Большом зале в Хогвартсе. Даже запах на кухне стал другим, домашним. На кухне пахло свежей выпечкой и мясом, специями и молоком. Где домовой эльф доставал продукты, оставалось загадкой, но готовил он замечательно.
— Хочешь, я её заколдую? — предложил Рон. — Летучемышиный сглаз у меня плохо получается, но пару бородавок я смогу наколдовать.
Гермиона невольно улыбнулась и покачала головой.
— Не стоит. Лучше расскажите, что вы выяснили о медальоне и Амбридж.
— Почти ничего. Она всё ещё работает в министерстве магии и даже стала начальником какого-то отдела, но о медальоне ничего не известно. — Гарри левитировал чайник и, взмахнув палочкой, разлил кипяток по чашкам.
— Узнаем.
— Конечно, узнаем. Будешь десерт? Кричер испёк сегодня яблочную шарлотку. Не знаю, как на вкус, но пахнет она здорово.
Часы тикали оглушающе громко, отсчитывая время, бесконечно долгое, словно стрелки на циферблате шли назад, а не вперёд. Осенние вечера в доме Блэков на Гриммо были хмурые и холодные. Не помогало ничего: ни шерстяной плед, ни согревающие заклинания, ни огневиски, которое Гермиона случайно нашла спрятанным под кипой старых газет.
Дом казался огромным, но в нём негде было уединиться. Скрип половиц, сквозняк, игриво треплющий шторы, сердитое ворчание Кричера не оставляли места для тишины. Иногда Гермиона ловила себя на том, что пристально всматривается в тёмные углы и что-то ищет, но раз за разом находит пустоту, оставляющую после себя липкую безнадёжность и холод.
— Ты похожа на тётушку Гвен. У неё был такой же отсутствующий взгляд и дурацкая привычка грызть ногти. — Нарцисса села напротив в кресло, а потом, чуть помявшись, добавила: — Извини.
— Извини?
— Идея с самого начала была глупой, — пояснила она. — Я не должна была говорить ма… это.
Она не сказала маггла, в последний миг исправившись, но Гермиона всё равно поморщилась. Предубеждения чистокровных волшебников, их небрежно брошенные слова всё ещё её задевали. Хотя она больше не плакала из-за оскорблений, как на первом курсе, но у неё порой возникало желание наслать на обидчика чары немоты.
Гермиона достала из вышитой бисером сумочки книгу и протянула её Нарциссе.
— Что это?
— Это новое издание о теории путешествий во времени. Здесь нет примеров из жизни, но, возможно, ты найдёшь что-то полезное для себя, — ответила Гермиона.
Нарцисса долго рассматривала обложку книги, перевернула пару страниц, а потом посмотрела на Гермиону. Выражение её лица было нечитаемым. Светлые волосы да бледная кожа делали её похожей на утопленницу в мягком свете бра.
— Я тебя не понимаю, но всё равно спасибо.
В тот вечер они больше не говорили. Нарцисса читала, а Гермиона украдкой посматривала на неё, раздумывая над сказанными словами. Как их понимать? Что Блэк подразумевала? Чего от неё ожидать?
Так много вопросов, на которые не было ответов.
Гермиона присматривала за Нарциссой, но не доверяла ей. Слишком та была скрытной и замкнутой. Всегда вежливая, тихая и совершенно не интересующаяся тем, что происходило за стенами дома. Если поначалу это можно было объяснить растерянностью от того, что она переместилась в будущее на двадцать с лишним лет, то сейчас это выглядело странно. Гермиона пообещала себе, что разберётся с этим позже.
Гарри снились сны. Они не были похожи на кошмары, что преследовали его на шестом курсе. Утром после пробуждения голова не болела, не было и противной слабости. Только предчувствие, что скоро должно произойти что-то важное.
В этих снах Гарри был сторонним наблюдателем. Зачастую он находился в комнате с каменными стенами и смотрел на себя, сидящего в кресле. Комната была похожа на гостиную в гриффиндорской башне, только просторнее и светлее. С одной стороны находился камин и мягкие кресла с диваном. Напротив стол, заваленный книгами, пергаментами и непонятными чертежами.
Страница 2 из 22
