Этюды на скорую руку

Это всё мои юношеские комплексы, а ещё Северус!… Альбус, зачем вы мне потакали? — Минерва Макгонагалл нашла соучастника преступления и теперь смотрела на директора, полыхая справедливым гневом.

— Минерва, присядьте, — повторил Дамблдор.

— Сто пятьдесят очков! — тут голос мадам Макгонагалл сорвался, и она обречённо замолчала.

А Дамблдор в третий раз сказал «присядьте». Видимо, волшебница вняла совету, потому что она рухнула в кресло и посмотрела на директора глазами хромой гончей.

— Минерва, неужели вы о баллах? Пустяки, — Дамблдор поправил свой колпак. — Вы ничего не сказали о моём головном уборе. Помона считает, что похоже на Распределяющую шляпу. Вам не кажется?

— Кажется, — убитым голосом сообщила Макгонагалл. — Сто пятьдесят баллов. Я не могу смотреть в глаза Северусу.

— Мой дорогой профессор, чего вы хотите больше — чтобы Гриффиндор выиграл Кубок школы или чтобы дети уяснили, когда можно нарушить дисциплину, а когда нет?

— Дисциплину в принципе нельзя нарушать, — поджала губы Минерва. — А отвечая на ваш вопрос, Альбус, я всё-таки достаточно профессиональна, чтобы не ставить Кубок выше студентов. Но мне обидно, что способные дети вынуждают меня к таким изысканным мерам.

— Разумеется. Знаете, в чём беда Распределения? — вдруг спросил Дамблдор. Он выждал, пока взгляд Минервы станет привычно-настороженным, и деловито продолжил. — К нам приходят ученики четырёх типов, и Шляпа благополучно отправляет их на соответствующие факультеты.

Брови Макгонагалл приподнялись, а директор входил во вкус.

— Увы, на этих факультетах дети развивают уже заложенные в них качества. И всё! Уму непостижимо, Минерва. Я сам только недавно это понял. Я как раз встречался с Горацием, мы говорили о его методах обучения… но это не так важно. Важно то, что детей надо направлять совершенно на другие факультеты!

— Альбус, — брови профессора трансфигурации поднялись ещё выше. — Я вас не понимаю. Простите, возможно, я слишком раздражена сегодня…

— О, не в этом дело. Возьмите тянучку, я заказал специально для вас. Сейчас поясню, что я имел в виду. Представляете, как было бы прекрасно отправить потенциальных слизеринцев на Пуффендуй?

— Пуффендуй?! — рука Минервы замерла в сантиметре от вазочки.

— Да-да, — лицо директора озарила улыбка. — На Пуффендуе эти дети узнают, что иногда гораздо важнее иметь за спиной хорошую команду и идти ровной дорогой, чем действовать в одиночку и утопать в болоте. Согласитесь, слизеринцы деятельны, но им не помешает верность и трудолюбие.

— А куда деть пуффендуйцев? — Макгонагалл потянулась за второй тянучкой.

— Хм. Думаю, на Гриффиндор! Он научит их не бояться трудностей и выходить из тени, а их, так сказать, врождённая преданность и терпение помогут преодолеть самые большие беды и справиться с любыми неприятностями.

— Поразительно. А куда моих гриффиндорцев?

— Наших гриффиндорцев, — Альбус хитро улыбнулся. — На Когтевран. Я убеждён. Только там они научатся ценить не только отвагу, но и знание. Порой мне кажется, что добрую половину гриффиндорских проблем порождает элементарное невежество. Вы уж простите, Минерва, но ведь и вам Шляпа предлагала Когтевран!

Минерва сощурилась.

— От вас, Альбус, ничего не скроешь. Стало быть, тех, кого сейчас мы направляем на Когтевран, вы бы отправили на Слизерин?

Директор закивал.

— Непременно. Знание ради знания ничего не даёт. Знание из книги — ничто в сравнении с умением вывернуться в трудный момент и не попасться никому на глаза. Кроме того… Слизеринцы не чужды экспериментам, так что когтевранцам самое место на факультете Салазара.

Макгонагалл молчала.

— Знаете, Альбус, я давно с вами знакома… и каждый день нашего общения вы подтверждаете то, что говорят о вас студенты.

— Кажется, они предполагают, что я немного… того? — он со смехом покрутил пальцем у виска, но Минерва только улыбнулась.

— Они полагают, что вы гений, Альбус. Пойду на трансфигурацию. У меня первый курс, пусть Гермиона отрабатывает свои баллы.

— Не могу поверить, — хором произнесли Минерва Макгонагалл и Северус Снейп.

Директор Хогвартса одарил их насмешливой улыбкой и предложил угоститься лимонными дольками. Оба педагога в кои-то веки сошлись во мнениях и решили, что время для лимонных долек ещё не пришло.

— Альбус, не могу поверить, что вы вмешались так поздно! — возмущение и беспокойство разрывали профессора трансфигурации надвое. — А если бы он погиб? Мальчику одиннадцать лет, Альбус! Он только в этом году узнал, что такое счастье, что такое быть любимым, что такое…

— Минерва, простите, что перебиваю, — встрял Снейп. — Но Поттер вообще мало что знал и знает по сей день, так что давайте сделаем паузу в вашем достойном перечислении и не будем драматизировать.