Прекрасные цветы

И в это затянувшееся мгновение в дверном проеме появился Сиринга. Любовник принца сразу понял, что к чему.

— Мой принц, — произнес он, как всегда голосом полным обожания и восторга, полным безумной преданности. Эвэ бросил взгляд на Сирингу, и не поверил своим глазам, некогда прекрасные почти белоснежные волосы эльфа были выкрашены в темный цвет. Сиринга же как будто не замечая Эвэ, подошел к Фальки, нежно коснулся губами его плеча.

— Нас ждут, мой принц. Вы совсем забыли, пришли музыканты, чтобы бы вы смогли выбрать музыку к балу. Чудесные новые инструменты, среди них есть очень редкие, вам будет любопытно посмотреть и послушать, я уверен в этом. А затем придут ювелирные мастера, все лето они собирали для вас самые удивительные камни, чтобы на балу вы блистали во всей их красе, чтобы они осветили вашу несравненную красоту своим блеском.

Сиринга прикоснулся губами к волосам принца, чего никогда не делал раньше при Эвэ, но теперь он победил, юноша больше не был для него соперником. Фалька повернулся к любовнику, как будто забыл про Эвэ. Он слушал голос Сиринги, все еще сжимая пистолет, который мог выстрелить в любую секунду.

— А потом придут повара. Вы даже не представляете, как долго они искали редчайшие ингредиенты, чтобы поразить ваш тонкий вкус.

Сиринга сделал едва заметный жест рукой «уходите». Не спеша, но уверено Эвэ отправился к выходу из гостиной, минуя принца и его любовника. Волк отправился следом. Фалька не смотрел на Эвэ, не смотрел на волка, его внимание было поглощено Сирингой.

— Хвала, духам, — прошептал Эвэ, когда они вышли из комнат юноши и свернули в один из коридоров замка. Они с Веро были спасены. И все же Эвэ думал, насколько безумие уже овладело Фалькой, и как еще долго принц сможет противостоять ему.

В тишине раздался выстрел, но эльф лишь ускорил шаг, чтобы там, ни случилось, теперь это совершенно его не волновало.

Сиринга посмотрел на свое платье, по прекрасной ткани цвета индиго разлилось алое пятно. Фалька смотрел на него в молчаливом ужасе, а потом отбросил пистолет прочь, из дула которого еще шел едва заметный дым. Любовник принца осел на пол, не спеша, почти царственно, касаясь руками расползающегося по ткани пятна.

— Мой принц, — прошептал он, смотря на Фальку. Его кожа побледнела, но губы все еще хранили легкую обольстительную улыбку.

— Я отпустил его, Сиринга, — сказал Фалька, окинув взглядом опустевшую комнату.

— Не волнуйтесь, мой принц, я сделал все, чтобы он никогда больше не был счастлив.

Новые начала (3)

День был наполнен солнечным светом. Эвэ стоял перед зеркалом, рассматривая себя в новой одежде. Он казался себе нелепым, однако мастер Вэчче так не считал. Серые шерстяные брюки, светло-голубая рубашка, свитер толстой вязки, в довершении всего плотное серое пальто с кожаным ремнем и новые ботинки на жесткой подошве. Все было добротное и сияло новизной. Мастер Вэчче был доволен качеством выполненного заказа. И ведь если не обращать внимание на некоторые эльфийские особенности — форму ушей, глаза, то Эвэ вполне бы мог сойти сейчас за человека, обладающего удивительной красотой.

— Что ж, скоро мы будем в Мегаполисе, Веро, — прошептал юноша, поправляя несуществующие складки на одежде. — Надеюсь, Хала сможет помочь нам.

Услышав слова хозяина, волк приветливо замахал хвостом. Кажется, он начал немного привыкать к своей новой жизни. По крайне мере они оба хотели убедить себя в этом.

Ближе к вечеру они отправились на вокзал. С собой Эвэ взял лишь небольшой черный саквояж, все остальные вещи будут отправлены прямо в Академию, куда сам эльф прибудет позже. Сару он тоже не взял с собой, она отправлялась в Академию вместе с багажом, несмотря на все ее недовольство.

Поблагодарив мастера Вэчче, который проводил их до трамвая, Эвэ вдруг ощутил, как внутри него зарождается чувство неопределенности и ощущение свободы. Он предоставлен сам себе, по крайне мере на какое-то время. Он может исчезнуть, сбежать совсем, затеряться на людской территории. Попробуй найди.

— Свободен, — произнес он, когда они с Веро оказались в трамвае, спрятавшись от неодобрительного взгляда кондуктора в конце вагона. — Я свободен.

Слово непривычно легко ложилось на язык и имело горьковато-сладкий вкус.

На вокзале царила гнетущая тишина, никакой толпы. Поезда теперь ходили нечасто, но и желающих покинуть город было немного. Все знали, что к Мегаполису стягиваются имперские войска, а вскоре туда должен был приехать и наследник престола. Ждать чего-то хорошего, там, на востоке, было не за чем.

Эвэ пропустили на платформу, где уже стоял новенький, блестящий поезд. Вагон эльфа был где-то в середине, мастер Вэчче заказал юноше отдельное купе, чтобы им с волком никто не мешал. Но, найдя свое место, Эвэ обнаружил, что он не единственный пассажир. На диване у окна уже сидел эльф.