Прекрасные цветы

Его лицо было смутно знакомо Эвэ, он видел его в замке и в городе, но они никогда не были представлены друг другу.

— Добрый вечер, — сказал юноша, пропуская волка вперед, чтобы тот улегся на пол.

Эльф окинул Эвэ пристальным взглядом, а потом также внимательно посмотрел на волка, но вдруг улыбнулся и протянул руку:

— Граф Кристо — ваш случайный сосед. Простите, что так вышло, но все вагоны заполнены военными, придется нам побыть вместе до завтрашнего дня.

Эвэ кивнул, но пожимать протянутой руки не стал. Жрецы всегда стояли на ступень выше аристократов, тем более обедневших, которым приходилось записывать своих отпрысков на военную службу.

Эвэ сел на свободное место напротив графа, положив рядом свой саквояж, и посмотрел в окно. Перед ним мелькали тени служащих вокзала в свете газовых фонарей, горел свет в хозяйственных постройках, все было удивительно обыденным и каким-то нереальным, похожим на сон.

Невероятно, что раньше в это самое время он был бы в своих комнатах, ожидая, когда принц пришлет за ним слуг.

— Вы можете называть меня Габриэль.

Эвэ отвлекся от своих мыслей и вновь посмотрел на эльфа перед собой. В его внешности не было ничего примечательного, за исключением темных, почти черных глаз.

«Он с Запада, — подумал Эвэ. — Из мелкого дворянства. Банально».

Габриэлю не нравилось, что эльф не обращает на него никакого внимания, он облизнул губы, что в его случае означало крайнюю раздраженность. Он привык получать все, что ему хотелось, пусть на своем определенном уровне, но все же. Тем более мальчишка был невероятно привлекателен и выглядел очень экстравагантно в человеческой одежде. И Габриэлю хотелось, чтобы он поговорил с ним, рассказал свою историю.

«Если напасть на него сейчас, можно было бы придавить его к дивану, он бы и вскрикнуть не успел, и поцеловать», — подумал Габриэль, пряча руки в карманы своих брюк. Граф был одет в офицерскую форму, черную, как ночь. Только по рукавам и вороту пустили золотое шитье. Эвэ казался гвардейцу легкой добычей — хрупкая фарфоровая кукла. Но вот волк, волк вызывал у Габриэля страх, и то, что он так доверчиво расположился у ног своего хозяина, лишь доказывало, что в случае опасности, он убьет того, кто несет ее.

— У вас чудесный зверь, — сказал Габриэль, пытаясь казаться дружелюбным, но юноша, словно прочитал его мысли:

— Мой плюшевый мишка, если его не раздражать, — сказал он, а потом расстегнул несколько пуговиц на своем пальто. В вагоне было тепло. Теперь можно было разглядеть красивый изгиб шеи юноши, белую кожу. — Разбудите меня, когда будет смена сезонов. Хочу увидеть это.

Эвэ подвинулся ближе к спинке дивана, скрестил на груди руки и закрыл глаза. Ему не хотелось ни с кем разговаривать, не заводить новых знакомств. Он просто наслаждался этим чутким полумраком, дыханием волка у ног, пусть в некоторой извращенной форме, но он получил то, что хотел. Веро теперь будет с ним.

Габриэль смотрел на юношу, сейчас он мог делать это совершенно безнаказанно, хорошо, что тот уснул, или делает вид, что спит. Теперь Габриэль вспомнил, что уже однажды видел эльфа. Конечно, на осеннем балу в замке. Тогда он был рядом с принцем, в черном одеянии, и кто-то шепнул за спиной Габриэля: «Новая игрушка принца».

«Игрушка», — подумал эльф, сжав в кулаки руки в карманах. Было интересно, почему юношу здесь и сейчас, почему не при дворе. Надоел ли он Фальке, или сам сбежал от него?

«Здесь должна быть какая-то тайна», — думал Габриэль. Тайны он любил, они его завораживали. Наверное потому, что и у него была своя собственная. Он слегка наклонился вперед, но встретился со сверкающими в темноте волчьими глазами. Габриэля почти охватила паника, он даже подумал, не вытащить ли пистолет, но волк вскоре вновь положил свою морду на лапы, не обращая на офицера больше никакого внимания.

Габриэль не спал, время тянулось медленно, он тешил себя надеждами, что имперские войска дадут бой Мегаполису, и это развеет его скуку. «Хорошо бы в следующей жизни стать волком», — вдруг подумал граф, ему захотелось оказаться на месте этого чудовища у ног этого юноши в сером пальто. «Это бы было забавно».

— Тебе повезло, волк, — тихо сказал Габриэль, — тебе повезло.

Вдруг бесконечная темнота за окном сменилась разноцветными всполохами на небе. Сначала они были совсем бледными, но постепенно становились все ярче и ярче. Они были такими же красивыми, как рассвет морозным утром, но цветов было больше.

— Мы приближаемся к линии смены сезонов, — сказал Габриэль, а потом повторил эту фразу еще громче, чтобы его спутник проснулся.

Эвэ открыл глаза, повернулся к окну. Блеск и сияние окрасило его лицо в синий, желтый, другие цвета. Габриэлю нравилось смотреть на это, он даже, кажется, позабыл на некоторое время, зачем сел в этот поезд.

— Да, это красиво, — сказал гвардеец.