Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Золотая клетка». Гермиона, как и многие другие волшебницы, сделала свой выбор. Но человеку свойственно ошибаться, заблуждаться, рефлексировать и искать у других совета. И еще: как у алтаря клясться в любви, если ее нет? Или все же есть?
Добавить в моё избранное
43 мин, 56 сек 645
Лица перед глазами расплывались, комната определенно вальсировала, задавшись целью свести с ума ее вестибулярный аппарат.
— Слишком много одинаковых, — наконец, выдохнула она, цепляясь взглядом за единственное темное пятно — каштановые волосы Астории, — у меня голова кружится. Что произошло?
— Ты слишком большое значение придаешь простым, в общем-то, вещам: нервничаешь, волнуешься… — туманно начала Луна, но ее перебил Драко:
— Ты упала в обморок. Отключилась.
— Ей нужны зелья и душ, — непререкаемым тоном заявила Астория. — И немного вздремнуть.
— Я помогу, — просто сказала Луна, обхватывая Гермиону за талию. — Мистер Малфой, пришлёте эльфа в комнату Гермионы?
— Конечно, — Люциус немного растеряно кивнул головой. — Я буду вам очень признателен.
— Пустяки, — отмахнулась Луна.
Как только две девушки скрылись в комнате Гермионы, Драко тут же развернулся к отцу, уперев руки в бока.
— И что это было? — требовательно спросил он. — С каких это пор твоя невеста теряет сознание? Вы что, уже…
— Драко, — Астория потянула жениха за край рубашки, — ты что несешь?
— Ничего я не несу, — насупился парень. — Просто это нечестно: в конце концов, я тоже хочу! Мне говорил, что до свадьбы ни-ни, а сам?
Поняв, о чем толкует его сын, Люциус громко и искренне расхохотался. Астория же, вникнув в смысл претензий своего нареченного, сузила глаза и свистящим шепотом произнесла:
— Тоже, значит, хочется? До свадьбы?
— Э-э-э, — отпрыск лорда Малфоя попятился назад, непроизвольно втягивая голову в плечи под грозным взглядом мисс Гринграсс. — Ну, не то, чтобы, но…
— До свадьбы — ни-ни! — темпераментная девушка резко развернулась, покидая мужскую часть их странной компании. Копна длинных темных волос, неаристократично собранная в хвост на затылке, мягко хлестнула Драко по щеке. Тот только зажмурился и в восхищении пробормотал:
— Вот же…чертовка!
Люциус вздохнул. После их первого разговора с Гермионой отношения Драко с некоторыми гриффиндорцами, а в частности, с Поттером, стали принимать некое подобие дружбы. Его сын всегда был не сдержан — сказывался скандально известный блэковский темперамент, но с этого этапа Драко словно забыл все те правила и манеры, годами зазубриваемые с детства. И невеста оказалась под стать ему — горячая, упрямая, независимая, самостоятельная, но… Своего жениха она смогла укротить. Пожалуй, это было к лучшему.
— Драко, — Люциус вздохнул и решил расставить все точки над «и», пока наследник не нафантазировал себе неизвестно что. — Мисс Грейнджер упала в обморок от чрезмерного волнения. Думаю, еще здесь повлияло то, что Мэнор прислушивается к ней, к ее магии, принимает ее, как хозяйку. Обычно этот процесс более долгий и без таких последствий, но с гриффиндорцами всегда что-то не так.
— И все? — Драко прищурился, с подозрением глядя на отца.
— Конечно. Иди уже, невеста ждет.
Того как ветром сдуло. Ну, что ж, кажется, Люциусу повезло вдвойне — и с невестой, и с невесткой.
К счастью, вся подготовка к помолвке осталась позади, незаконченные мелочи легко доделывались эльфами. Мужчина заглянул в комнату Гермионы, но, увидев, что та сладко спит, обнимая атласную подушку, вышел и тихо затворил за собой дверь. Из комнаты Луны доносилось тихое пение — какая-то старинная легенда в вольной интерпретации эксцентричной дочки Лавгуда звучала необычно и ново. Люциус вздохнул и направился в Западное крыло. Там, в старой полутемной галерее висели портреты всех предков рода Малфой. Он не особо любил появляться там: слишком уж равнодушно и высокомерно смотрели его кровные родственники из глубины своих десятилетий и столетий, проведенных на волшебных полотнах. Портрет Нарциссы, написанный сразу после ее свадьбы с Люциусом, находился там же, но «ожил» пару месяцев назад. С этого момента он каждую неделю приходил к нему, рассказывал Нарциссе о происходящих с ним событиях, о Гермионе, о Драко и Астории, просто о новостях волшебного мира, но женщина только грустно улыбалась, качала головой и не произносила ни слова. В словесные дуэли с остальными портретами тоже не вступала, оставаясь в роли пассивной слушательницы. Вот и сейчас она смотрела на Люциуса, накручивала на палец белокурый локон и меланхолично разглаживала складки на парадной мантии холеными руками.
— У меня сегодня помолвка, — тихо заметил Люциус, прикасаясь руками к краю рамы. — Прости.
Нарцисса ничего не ответила, только пожала плечами и ушла вглубь картины, на секунду задержавшись у тяжелого письменного стола. Приглядевшись, мужчина увидел, что на столешнице лежит обручальный перстень.
— Отец, ты здесь? — звонкий голос Малфоя-младшего эхом разнесся под каменными сводами древней галереи. Разбуженные бесцеремонным вторжением, многочисленные Малфои гневно зашушукались между собой.
— Наш недостойный отпрыск…
— Слишком много одинаковых, — наконец, выдохнула она, цепляясь взглядом за единственное темное пятно — каштановые волосы Астории, — у меня голова кружится. Что произошло?
— Ты слишком большое значение придаешь простым, в общем-то, вещам: нервничаешь, волнуешься… — туманно начала Луна, но ее перебил Драко:
— Ты упала в обморок. Отключилась.
— Ей нужны зелья и душ, — непререкаемым тоном заявила Астория. — И немного вздремнуть.
— Я помогу, — просто сказала Луна, обхватывая Гермиону за талию. — Мистер Малфой, пришлёте эльфа в комнату Гермионы?
— Конечно, — Люциус немного растеряно кивнул головой. — Я буду вам очень признателен.
— Пустяки, — отмахнулась Луна.
Как только две девушки скрылись в комнате Гермионы, Драко тут же развернулся к отцу, уперев руки в бока.
— И что это было? — требовательно спросил он. — С каких это пор твоя невеста теряет сознание? Вы что, уже…
— Драко, — Астория потянула жениха за край рубашки, — ты что несешь?
— Ничего я не несу, — насупился парень. — Просто это нечестно: в конце концов, я тоже хочу! Мне говорил, что до свадьбы ни-ни, а сам?
Поняв, о чем толкует его сын, Люциус громко и искренне расхохотался. Астория же, вникнув в смысл претензий своего нареченного, сузила глаза и свистящим шепотом произнесла:
— Тоже, значит, хочется? До свадьбы?
— Э-э-э, — отпрыск лорда Малфоя попятился назад, непроизвольно втягивая голову в плечи под грозным взглядом мисс Гринграсс. — Ну, не то, чтобы, но…
— До свадьбы — ни-ни! — темпераментная девушка резко развернулась, покидая мужскую часть их странной компании. Копна длинных темных волос, неаристократично собранная в хвост на затылке, мягко хлестнула Драко по щеке. Тот только зажмурился и в восхищении пробормотал:
— Вот же…чертовка!
Люциус вздохнул. После их первого разговора с Гермионой отношения Драко с некоторыми гриффиндорцами, а в частности, с Поттером, стали принимать некое подобие дружбы. Его сын всегда был не сдержан — сказывался скандально известный блэковский темперамент, но с этого этапа Драко словно забыл все те правила и манеры, годами зазубриваемые с детства. И невеста оказалась под стать ему — горячая, упрямая, независимая, самостоятельная, но… Своего жениха она смогла укротить. Пожалуй, это было к лучшему.
— Драко, — Люциус вздохнул и решил расставить все точки над «и», пока наследник не нафантазировал себе неизвестно что. — Мисс Грейнджер упала в обморок от чрезмерного волнения. Думаю, еще здесь повлияло то, что Мэнор прислушивается к ней, к ее магии, принимает ее, как хозяйку. Обычно этот процесс более долгий и без таких последствий, но с гриффиндорцами всегда что-то не так.
— И все? — Драко прищурился, с подозрением глядя на отца.
— Конечно. Иди уже, невеста ждет.
Того как ветром сдуло. Ну, что ж, кажется, Люциусу повезло вдвойне — и с невестой, и с невесткой.
К счастью, вся подготовка к помолвке осталась позади, незаконченные мелочи легко доделывались эльфами. Мужчина заглянул в комнату Гермионы, но, увидев, что та сладко спит, обнимая атласную подушку, вышел и тихо затворил за собой дверь. Из комнаты Луны доносилось тихое пение — какая-то старинная легенда в вольной интерпретации эксцентричной дочки Лавгуда звучала необычно и ново. Люциус вздохнул и направился в Западное крыло. Там, в старой полутемной галерее висели портреты всех предков рода Малфой. Он не особо любил появляться там: слишком уж равнодушно и высокомерно смотрели его кровные родственники из глубины своих десятилетий и столетий, проведенных на волшебных полотнах. Портрет Нарциссы, написанный сразу после ее свадьбы с Люциусом, находился там же, но «ожил» пару месяцев назад. С этого момента он каждую неделю приходил к нему, рассказывал Нарциссе о происходящих с ним событиях, о Гермионе, о Драко и Астории, просто о новостях волшебного мира, но женщина только грустно улыбалась, качала головой и не произносила ни слова. В словесные дуэли с остальными портретами тоже не вступала, оставаясь в роли пассивной слушательницы. Вот и сейчас она смотрела на Люциуса, накручивала на палец белокурый локон и меланхолично разглаживала складки на парадной мантии холеными руками.
— У меня сегодня помолвка, — тихо заметил Люциус, прикасаясь руками к краю рамы. — Прости.
Нарцисса ничего не ответила, только пожала плечами и ушла вглубь картины, на секунду задержавшись у тяжелого письменного стола. Приглядевшись, мужчина увидел, что на столешнице лежит обручальный перстень.
— Отец, ты здесь? — звонкий голос Малфоя-младшего эхом разнесся под каменными сводами древней галереи. Разбуженные бесцеремонным вторжением, многочисленные Малфои гневно зашушукались между собой.
— Наш недостойный отпрыск…
Страница 11 из 13
