Фандом: Гарри Поттер. «Говорят, что такая мелочь как взмах крыла бабочки может в конце концов стать причиной тайфуна на другом конце света. Теория хаоса.» Что делать, когда ты вдруг оказываешься в другой реальности? Кто становится мужем Гарри? Почему Гарри — Пожиратель? Причем тут серебристый шарф? Что если в один миг ты пожелаешь все изменить, и это окажется возможным? Вот только наряду с переписанным прошлым изменяется и будущее.
Добавить в моё избранное
106 мин, 3 сек 1264
Высокий рост, светлая макушка, черное длинное пальто, серебристый шарф.
Его личный кошмар на протяжении учебы в школе.
Драко Люциус Малфой собственной персоной замер около витрины, держа в руке ту самую волшебную снежинку, и внимательно рассматривал ее. Стоило снежной красавице растаять, он засунул руки в карманы и неторопливо пошел вдоль домов, глядя только себе под ноги.
Молодой человек со светлыми волосами, аккуратно собранными в нетугой хвост, медленно шел по узкой улице тихого городка и глубоко вдыхал прохладный воздух, который, казалось, становился к ночи не только холоднее, но и гуще. Его коричневые ботинки из мягкой лакированной кожи поблескивали в лучах зажигающихся фонарей. Теплый желтоватый свет отражался от снега, лежащего по краям выложенной булыжником дороги, что придавало особую волшебную атмосферу сегодняшнему вечеру. Оставалось ещё несколько дней до Рождества, но его дух уже витал в воздухе, заражая все вокруг. Темные фигуры деревьев, растопырившие голые неказистые ветки, были украшены красивыми мириадами огоньков, переливающимися всевозможными цветами; они стали похожи на некие магические существа, казалось, будто сейчас они сорвутся с места и пойдут по своим праздничным делам.
Витрины небольших магазинчиков были уставлены рождественскими фигурками, подарками и ёлочками, увешанными мишурой; каждый владелец хотел заманить к себе побольше посетителей, поэтому любая лавка была чарующе привлекательна, приманивала к себе и вкладывала ощущение праздника прямо в душу, и оно приятно растекалось по телу. Глаза разбегались от количества магазинчиков; а люди, в свою очередь, разбегались по ним, стремясь что-нибудь купить для своих близких, стремясь их порадовать.
Около прогуливающегося в одиночестве красивого мужчины то и дело сновали хохочущие мальчуганы, предлагающие сувениры, ходили молоденькие девушки, кокетливо хихикая и поправляя зимние мантии, в надежде найти себе компанию к празднику, а пожилые пары только с сочувствием глядели на него, будто понимая, что творится в его душе.
К сожалению, наверное, никто не мог этого понять. Даже сам Драко. Он ещё раз глубоко вдохнул свежий воздух и тряхнул головой, снежинки вмиг посыпались с его волос, как бы прочищая разум от тяжелых мыслей. Пару часов назад он на всех парах вылетел из дома, на ходу застегивая пуговицы и стараясь не выронить любимый серебристый шарф.
— Да как ты так можешь, Драко! — Астория говорила вполголоса, едва сдерживая слезы, чтобы не разбудить ребенка. Скорпиус мирно спал у себя в комнате, поэтому они позволили себе начать этот разговор.
— Как могу? Что тебе не нравится? — блондин стоял в «защитной» позе, скрестив руки на груди и прямо держа спину, не отводя взгляда от жены. — Что тебя постоянно не устраивает в нашей жизни? Что я работаю? Что я воспитываю сына? Что я занимаюсь делами Малфоев?
— Меня не устраивает, что ты совсем забываешь про меня! Я вообще-то женщина, твоя жена, и мне тоже нужно внимание, гораздо больше, чем твоим бумажкам! Любви я от тебя уже и не жду! — она сорвалась с приглушенного тона и начала говорить в полную громкость. — И кстати: воспитываешь сына? Это ты называешь воспитанием? Да он забыл, что такое отеческие объятия, поддержка, совет! Он слышит только сухие похвалы в лучшем случае!
— Ты передергиваешь, — на лице Лорда Малфоя не дрогнул ни один мускул, его интонация была идеально ровной, а голос оставался поразительно спокойным. — Если бы не я, то все состояние Малфоев рухнуло бы ещё пять лет назад. Я уделяю тебе столько времени, сколько позволяет моя работа, Астория, ты должна это понимать. И сына я воспитываю так, как считаю нужным. Он — наследник одного из известнейших чистокровных родов, и должен уметь вести себя соответствующе.
— Должна понимать? Да я устала это понимать! И сына больше ломать не позволю! Ему всего пять лет, он не готов к вашим малфоевским заморочкам! — женщина не выдержала и топнула ножкой, звонко стукнув каблучком по дорогому паркету.
— Будь осторожна с движениями, паркет из дорогого дерева, вдруг останутся вмятины? — оставаясь невозмутимым, Драко вопросительно повел бровью.
— Мам, пап, я не хочу спать… Вы что, ругаетесь? — на верхней ступеньке широкой каменной лестницы с резными перилами из красного дерева стоял маленький мальчик с растрепанными светлыми волосиками в голубой пижаме с изображениями звездочек и месяцев. В одной руке он держал мишку, а другой тер глазик.
— Нет, солнышко, что ты, мы просто разговариваем! — Астория встрепенулась и, подхватив полы платья, подбежала к ребенку.
— Малыш, всё в порядке, ложись в кроватку, а папа пойдет в магазин за рождественскими подарками, — Малфой-старший схватив пальто и шарф, выскочил из дома, хлопнув дверью.
Ночь, окутавшая его со всех сторон, рождественская атмосфера, царящая на улице, прохладный ветерок, обдувающий лицо, охладили пыл Драко, теперь он просто шел по городу, умиротворенный и спокойный.
Его личный кошмар на протяжении учебы в школе.
Драко Люциус Малфой собственной персоной замер около витрины, держа в руке ту самую волшебную снежинку, и внимательно рассматривал ее. Стоило снежной красавице растаять, он засунул руки в карманы и неторопливо пошел вдоль домов, глядя только себе под ноги.
Молодой человек со светлыми волосами, аккуратно собранными в нетугой хвост, медленно шел по узкой улице тихого городка и глубоко вдыхал прохладный воздух, который, казалось, становился к ночи не только холоднее, но и гуще. Его коричневые ботинки из мягкой лакированной кожи поблескивали в лучах зажигающихся фонарей. Теплый желтоватый свет отражался от снега, лежащего по краям выложенной булыжником дороги, что придавало особую волшебную атмосферу сегодняшнему вечеру. Оставалось ещё несколько дней до Рождества, но его дух уже витал в воздухе, заражая все вокруг. Темные фигуры деревьев, растопырившие голые неказистые ветки, были украшены красивыми мириадами огоньков, переливающимися всевозможными цветами; они стали похожи на некие магические существа, казалось, будто сейчас они сорвутся с места и пойдут по своим праздничным делам.
Витрины небольших магазинчиков были уставлены рождественскими фигурками, подарками и ёлочками, увешанными мишурой; каждый владелец хотел заманить к себе побольше посетителей, поэтому любая лавка была чарующе привлекательна, приманивала к себе и вкладывала ощущение праздника прямо в душу, и оно приятно растекалось по телу. Глаза разбегались от количества магазинчиков; а люди, в свою очередь, разбегались по ним, стремясь что-нибудь купить для своих близких, стремясь их порадовать.
Около прогуливающегося в одиночестве красивого мужчины то и дело сновали хохочущие мальчуганы, предлагающие сувениры, ходили молоденькие девушки, кокетливо хихикая и поправляя зимние мантии, в надежде найти себе компанию к празднику, а пожилые пары только с сочувствием глядели на него, будто понимая, что творится в его душе.
К сожалению, наверное, никто не мог этого понять. Даже сам Драко. Он ещё раз глубоко вдохнул свежий воздух и тряхнул головой, снежинки вмиг посыпались с его волос, как бы прочищая разум от тяжелых мыслей. Пару часов назад он на всех парах вылетел из дома, на ходу застегивая пуговицы и стараясь не выронить любимый серебристый шарф.
— Да как ты так можешь, Драко! — Астория говорила вполголоса, едва сдерживая слезы, чтобы не разбудить ребенка. Скорпиус мирно спал у себя в комнате, поэтому они позволили себе начать этот разговор.
— Как могу? Что тебе не нравится? — блондин стоял в «защитной» позе, скрестив руки на груди и прямо держа спину, не отводя взгляда от жены. — Что тебя постоянно не устраивает в нашей жизни? Что я работаю? Что я воспитываю сына? Что я занимаюсь делами Малфоев?
— Меня не устраивает, что ты совсем забываешь про меня! Я вообще-то женщина, твоя жена, и мне тоже нужно внимание, гораздо больше, чем твоим бумажкам! Любви я от тебя уже и не жду! — она сорвалась с приглушенного тона и начала говорить в полную громкость. — И кстати: воспитываешь сына? Это ты называешь воспитанием? Да он забыл, что такое отеческие объятия, поддержка, совет! Он слышит только сухие похвалы в лучшем случае!
— Ты передергиваешь, — на лице Лорда Малфоя не дрогнул ни один мускул, его интонация была идеально ровной, а голос оставался поразительно спокойным. — Если бы не я, то все состояние Малфоев рухнуло бы ещё пять лет назад. Я уделяю тебе столько времени, сколько позволяет моя работа, Астория, ты должна это понимать. И сына я воспитываю так, как считаю нужным. Он — наследник одного из известнейших чистокровных родов, и должен уметь вести себя соответствующе.
— Должна понимать? Да я устала это понимать! И сына больше ломать не позволю! Ему всего пять лет, он не готов к вашим малфоевским заморочкам! — женщина не выдержала и топнула ножкой, звонко стукнув каблучком по дорогому паркету.
— Будь осторожна с движениями, паркет из дорогого дерева, вдруг останутся вмятины? — оставаясь невозмутимым, Драко вопросительно повел бровью.
— Мам, пап, я не хочу спать… Вы что, ругаетесь? — на верхней ступеньке широкой каменной лестницы с резными перилами из красного дерева стоял маленький мальчик с растрепанными светлыми волосиками в голубой пижаме с изображениями звездочек и месяцев. В одной руке он держал мишку, а другой тер глазик.
— Нет, солнышко, что ты, мы просто разговариваем! — Астория встрепенулась и, подхватив полы платья, подбежала к ребенку.
— Малыш, всё в порядке, ложись в кроватку, а папа пойдет в магазин за рождественскими подарками, — Малфой-старший схватив пальто и шарф, выскочил из дома, хлопнув дверью.
Ночь, окутавшая его со всех сторон, рождественская атмосфера, царящая на улице, прохладный ветерок, обдувающий лицо, охладили пыл Драко, теперь он просто шел по городу, умиротворенный и спокойный.
Страница 2 из 29
