Фандом: Гарри Поттер. Гермионе Грейнджер пришлось назваться женой Северуса Снейпа. Страшнее ничего не может быть? Еще как может, ибо это означает, что она уже попала в группу риска и всё только начинается.
Добавить в моё избранное
187 мин, 3 сек 19951
После заставила их расписаться в толстенном гроссбухе о том, что они ознакомились с правилами техники безопасности, и проводила в Запретную секцию.
— Вы знаете, что нам нужно? — поинтересовался Снейп у Гермионы.
— «История Хогвартса».
Снейп закатил глаза.
— Подождите! — не дала ему высказаться о ее умственных способностях Гермиона. — Нам нужна та самая — первая. Та, которую начали писать Основатели.
Они быстро нашли нужный стеллаж и даже почти сразу наткнулись на нужный фолиант. Потемневший от времени, красивый толстый кожаный переплет с металлическими застежками, украшенный драгоценными камнями: алмазами, сапфирами, рубинами и изумрудами, Гермиона открывала с трепетом и благоговением.
— Что вы делаете? — хмуро поинтересовался Снейп, вставая за ее плечом.
— Собираюсь читать, — подняла на него удивленный взгляд Гермиона.
— Недели хватит?
Гермиона беспомощно оглянулась: была бы ее воля, она бы и месяц провозилась.
— Берем книгу и возвращаемся, — резко скомандовал Снейп, запихивая фолиант в карман.
Гермиона аж задохнулась от подобного кощунства.
— Вы собираетесь стащить первое издание «Истории Хогвартса» из Хогвартса?!
— Грейнджер, — вкрадчиво поинтересовался он, — неужели вам — профессиональному взломщику — вдруг стало стыдно тырить у альма-матер?
— Я — профессиональный криптограф! А это — историческая ценность! Раритет! Реликвия! Единственный экземпляр! — Гермиона была в ужасе.
— Мы с вами вообще родились в неудачное время, Грейнджер. Поднимайте свою задницу и пошли отсюда.
— Но мы не можем!
Снейп отступил на шаг и окинул взглядом ее фигуру с ног до головы.
— У вас что-то с ногами?
— У меня с ногами то же, что у вас с головой — проблема, профессор! — прищурилась Гермиона. — Вообще-то считается, что мы с вами исследования проводим. И что-то такое усиленно изучаем. И если мы выйдем отсюда через пять минут, это будет выглядеть подозрительно!
Снейп сделал шаг вперед, вплотную приблизившись к Гермионе. Она сглотнула.
— Если вы так настаиваете, Грейнджер, — мягко сказал он и наклонился к ней. — Мы можем здесь что-нибудь исследовать…
Через секунду Гермиона, оправляя мантию, пулей вылетела из Запретной секции. Следом за ней шел невозмутимый Снейп.
— Спасибо, мадам Пинс, — величественно кивнул он оторопевшей библиотекарше. — Мы видели все, что нужно.
— Вы — чудовище, профессор! — шипела Гермиона, спускаясь по лестнице.
— Я всегда знал, что с вами что-то не так, Грейнджер, — качая головой, сокрушался Снейп, шагая следом. — Какая-то дурацкая книга…
— Раритет!
— Какой-то дурацкий раритет значит для вас больше, чем собственная жизнь. Нельзя настолько себя не любить, Грейнджер.
— Мне есть кого любить, — тихо сказала Гермиона.
— Любовь к кому-то портит людей. И делает их уязвимыми.
— Любовь делает людей чище и лучше.
— Я вот себе нравлюсь таким, какой есть — грязным и с трехдневным цинизмом на лице.
— Брутально, — усмехнулась Гермиона. — Только вот все равно — одиноко.
— Если вы решили провести среди меня лекцию о пользе любви к ближнему, то вы слегка ошиблись аудиторией, Грейнджер.
— Но о чем-то мы должны говорить? — резонно заметила Гермиона, выходя на дорожку, ведущую к антиаппарационному барьеру.
— А почему мы не можем о чем-то помолчать?
— Потому что вас раздражает моя болтовня?
— Вы, Грейнджер, мечтаете умереть?
— А вы знаете, когда я умру?
— Если не заткнетесь, то прямо сейчас! — рыкнул Снейп и схватив ее за руку, повернул лицом к себе.
— А о своей смерти вы вообще не думаете, профессор?
Лицо Снейпа дышало яростью. Гермиона поежилась, но взгляд не отвела.
— Почему это? В последнее время — особенно часто. Смерть приходит ко мне в образе лохматого криптолога с косой, который убалтывает меня до смерти!
— Почему сразу убалтывает? — невинно захлопала ресницами Гермиона. — Я могу отнять у вас палочку, например, и…
— У меня есть еще одна как раз на тот случай, если какая-то воинственная гриффиндорка захочет поиграть в героиню! — смерил ее насмешливым взглядом Снейп.
— Это которая моя?
— Которая ваша — это ваша, Грейнджер! — не выдержал он, схватил ее за руку и потащил дальше. — А моих у меня три!
— У каждого волшебника может быть только одна палочка!
В Гермионе проснулось любопытство.
— Лучше остаться в живых, сражаясь с не очень подходящей палочкой, чем погибнуть с голыми руками и высоко поднятой головой!
— А!
— Мне действительно жаль, Грейнджер, — прервал он ее, останавливаясь на краю антиаппарационного барьера, и в его голосе она на самом деле услышала сожаление, — но сейчас слишком многое поставлено на карту.
— Вы знаете, что нам нужно? — поинтересовался Снейп у Гермионы.
— «История Хогвартса».
Снейп закатил глаза.
— Подождите! — не дала ему высказаться о ее умственных способностях Гермиона. — Нам нужна та самая — первая. Та, которую начали писать Основатели.
Они быстро нашли нужный стеллаж и даже почти сразу наткнулись на нужный фолиант. Потемневший от времени, красивый толстый кожаный переплет с металлическими застежками, украшенный драгоценными камнями: алмазами, сапфирами, рубинами и изумрудами, Гермиона открывала с трепетом и благоговением.
— Что вы делаете? — хмуро поинтересовался Снейп, вставая за ее плечом.
— Собираюсь читать, — подняла на него удивленный взгляд Гермиона.
— Недели хватит?
Гермиона беспомощно оглянулась: была бы ее воля, она бы и месяц провозилась.
— Берем книгу и возвращаемся, — резко скомандовал Снейп, запихивая фолиант в карман.
Гермиона аж задохнулась от подобного кощунства.
— Вы собираетесь стащить первое издание «Истории Хогвартса» из Хогвартса?!
— Грейнджер, — вкрадчиво поинтересовался он, — неужели вам — профессиональному взломщику — вдруг стало стыдно тырить у альма-матер?
— Я — профессиональный криптограф! А это — историческая ценность! Раритет! Реликвия! Единственный экземпляр! — Гермиона была в ужасе.
— Мы с вами вообще родились в неудачное время, Грейнджер. Поднимайте свою задницу и пошли отсюда.
— Но мы не можем!
Снейп отступил на шаг и окинул взглядом ее фигуру с ног до головы.
— У вас что-то с ногами?
— У меня с ногами то же, что у вас с головой — проблема, профессор! — прищурилась Гермиона. — Вообще-то считается, что мы с вами исследования проводим. И что-то такое усиленно изучаем. И если мы выйдем отсюда через пять минут, это будет выглядеть подозрительно!
Снейп сделал шаг вперед, вплотную приблизившись к Гермионе. Она сглотнула.
— Если вы так настаиваете, Грейнджер, — мягко сказал он и наклонился к ней. — Мы можем здесь что-нибудь исследовать…
Через секунду Гермиона, оправляя мантию, пулей вылетела из Запретной секции. Следом за ней шел невозмутимый Снейп.
— Спасибо, мадам Пинс, — величественно кивнул он оторопевшей библиотекарше. — Мы видели все, что нужно.
— Вы — чудовище, профессор! — шипела Гермиона, спускаясь по лестнице.
— Я всегда знал, что с вами что-то не так, Грейнджер, — качая головой, сокрушался Снейп, шагая следом. — Какая-то дурацкая книга…
— Раритет!
— Какой-то дурацкий раритет значит для вас больше, чем собственная жизнь. Нельзя настолько себя не любить, Грейнджер.
— Мне есть кого любить, — тихо сказала Гермиона.
— Любовь к кому-то портит людей. И делает их уязвимыми.
— Любовь делает людей чище и лучше.
— Я вот себе нравлюсь таким, какой есть — грязным и с трехдневным цинизмом на лице.
— Брутально, — усмехнулась Гермиона. — Только вот все равно — одиноко.
— Если вы решили провести среди меня лекцию о пользе любви к ближнему, то вы слегка ошиблись аудиторией, Грейнджер.
— Но о чем-то мы должны говорить? — резонно заметила Гермиона, выходя на дорожку, ведущую к антиаппарационному барьеру.
— А почему мы не можем о чем-то помолчать?
— Потому что вас раздражает моя болтовня?
— Вы, Грейнджер, мечтаете умереть?
— А вы знаете, когда я умру?
— Если не заткнетесь, то прямо сейчас! — рыкнул Снейп и схватив ее за руку, повернул лицом к себе.
— А о своей смерти вы вообще не думаете, профессор?
Лицо Снейпа дышало яростью. Гермиона поежилась, но взгляд не отвела.
— Почему это? В последнее время — особенно часто. Смерть приходит ко мне в образе лохматого криптолога с косой, который убалтывает меня до смерти!
— Почему сразу убалтывает? — невинно захлопала ресницами Гермиона. — Я могу отнять у вас палочку, например, и…
— У меня есть еще одна как раз на тот случай, если какая-то воинственная гриффиндорка захочет поиграть в героиню! — смерил ее насмешливым взглядом Снейп.
— Это которая моя?
— Которая ваша — это ваша, Грейнджер! — не выдержал он, схватил ее за руку и потащил дальше. — А моих у меня три!
— У каждого волшебника может быть только одна палочка!
В Гермионе проснулось любопытство.
— Лучше остаться в живых, сражаясь с не очень подходящей палочкой, чем погибнуть с голыми руками и высоко поднятой головой!
— А!
— Мне действительно жаль, Грейнджер, — прервал он ее, останавливаясь на краю антиаппарационного барьера, и в его голосе она на самом деле услышала сожаление, — но сейчас слишком многое поставлено на карту.
Страница 43 из 55
