Фандом: Гарри Поттер. Гермионе Грейнджер пришлось назваться женой Северуса Снейпа. Страшнее ничего не может быть? Еще как может, ибо это означает, что она уже попала в группу риска и всё только начинается.
Добавить в моё избранное
187 мин, 3 сек 19860
Или вот — яблоко.
— Что — яблоко?
Она поймала его добрый и честный взгляд.
— Так червивое же! Специально выбирал самое вкусное! — в голосе его зазвучала обида. — Не ценишь ты моей заботы, дорогая!
— Так невкусное же!
— А жизненный опыт?
Гермионе снова захотелось стукнуть заботливого супруга, особенно за ехидство, что светилось в его глазах.
— Профессор Снейп, — мурлыкнула рядом мисс Бувье. — Мы так рады, что вы посетили наше скромное мероприятие.
Гермиона обернулась: похоже, эта женщина действительно имела виды на Снейпа — умело уложенные черные густые волосы блестящими волнами спускались к глубокому вырезу на груди. Роскошную фигуру, словно перчатка, обтягивал шикарный твидовый костюм. Гермиона с трудом подавила желание поправить складки своей парадной мантии, смотревшейся рядом с нарядом мисс Бувье так, словно Гермиона выцарапала ее на благотворительной распродаже.
Мисс Бувье подала Снейпу руку для поцелуя. Тот внимательно на нее посмотрел, пожал кончики пальцев и притянул Гермиону за талию поближе.
— Мы с супругой были рады получить приглашение и с удовольствием приняли участие в этом грандиозном мероприятии, — голос Снейпа звучал ровно, Гермиона вовсю улыбалась, щеки мисс Бувье порозовели.
— Ваша милая супруга, — она холодно улыбнулась в сторону Гермионы. — Надеюсь, ваше появление здесь, мисс Грейнджер, означает, что вы все-таки решили принять наше предложение? Мы можем пройти ко мне в кабинет и обсудить детали.
Гермиона хотела что-то ответить, но рука Снейпа предупреждающе сжала ее талию.
— Прошу прощения, мисс Бувье, но у меня через двадцать минут доклад, и моя супруга хотела бы присутствовать, а затем мы оба в вашем полном распоряжении.
— Да, — мило улыбнулась Гермиона. — Я не могу пропустить это эпохальное событие. Северус столько готовился…
Мисс Бувье что-то прикинула в уме и почти пропела:
— В таком случае, жду вас обоих после окончания банкета в кабинете управляющего.
Снейп кивнул, Гермиона улыбнулась еще лучезарнее, мисс Бувье сделала им ручкой и отправилась дальше, даря ослепительные улыбки направо и налево, разя зельеваров мужского пола прямо в нетренированные сердца и возмущая до глубины души зельеваров женского пола.
— У меня уже челюсть сводит от улыбок, — процедила Гермиона. — Можно я уже побуду не очень счастливой, а просто счастливой?
— Мне иногда кажется, что ты не можешь одновременно думать и говорить, дорогая.
— Вот! Я так и подозревала, что эта Бувье — извращенка со склонностью к му… к мизантропам.
— Мизантропия — это каждодневный моральный труд. И кто-то ведь должен к нам привязываться?
— Намыленная веревка?
— Знаешь, дорогая, глядя на тебя, я понимаю, что жена должна быть, как мышка: маленькая, теплая и тихая.
— А я, глядя на тебя, милый, понимаю, что на свете есть люди, а есть социальные животные.
Рука Снейпа словно тисками сжала ее талию. У Гермионы перехватило дыхание. Он наклонился к самому ее уху и почти прорычал:
— Слава Мерлину, мне нужно идти читать доклад… дорогая! И чтобы с этого места не двигалась! Совсем. Ясно?
— С-слава Мерлину, милый, — эхом откликнулась она, переводя дух.
Гермиона с пылающими щеками, так и осталась стоять у колонны, глядя вслед развевающейся мантии Снейпа. Она простояла там весь его доклад, периодически ловя на себе его взгляд. Наверное, доклад был очень интересным и содержательным, судя по бурным и продолжительным аплодисментам по окончании речи Снейпа. Но Гермиона так и не смогла оценить ее по достоинству — голова была занята думами о том, как она дошла до жизни такой, кто виноват и что же теперь делать?
Остаток дня они почти не разговаривали. Снейп все так же водил ее за собой, а она покорно следовала за ним, пугая окружающих приклеенной улыбкой. На банкете заботливый супруг сунул ей в руки тарелку с закусками. Принес откуда-то довольно удобный стул и посадил в уголке за кадкой с фикусом, где она наконец-то перестала изображать счастье и смогла мрачно съесть несколько тарталеток, канапе и даже пару шариков мороженого, которое ей тоже презентовал Снейп. Похоже, ее хмурый вид несколько успокоил супруга и после мороженого он сунул ей в руки стакан с лимонадом. Гермиона вздохнула.
— Что еще не так? — сурово поинтересовался супруг.
— Пироженку, — осторожно намекнула Гермиона. — Там их мно-ого, видишь?
Она кивнула на стол с несколькими горками аппетитных и таких манящих пирожных — маленьких и безумно красивых.
— Тебе вредно, — безапелляционно заявил Снейп, и Гермиона поперхнулась лимонадом.
— Почему?
— Потому что ты сейчас объешься, кровь отольет от мозга к желудку, а нам еще идти подписывать твой контракт. А я не разбираюсь в тонкостях этой вашей криптологии.
— Что — яблоко?
Она поймала его добрый и честный взгляд.
— Так червивое же! Специально выбирал самое вкусное! — в голосе его зазвучала обида. — Не ценишь ты моей заботы, дорогая!
— Так невкусное же!
— А жизненный опыт?
Гермионе снова захотелось стукнуть заботливого супруга, особенно за ехидство, что светилось в его глазах.
— Профессор Снейп, — мурлыкнула рядом мисс Бувье. — Мы так рады, что вы посетили наше скромное мероприятие.
Гермиона обернулась: похоже, эта женщина действительно имела виды на Снейпа — умело уложенные черные густые волосы блестящими волнами спускались к глубокому вырезу на груди. Роскошную фигуру, словно перчатка, обтягивал шикарный твидовый костюм. Гермиона с трудом подавила желание поправить складки своей парадной мантии, смотревшейся рядом с нарядом мисс Бувье так, словно Гермиона выцарапала ее на благотворительной распродаже.
Мисс Бувье подала Снейпу руку для поцелуя. Тот внимательно на нее посмотрел, пожал кончики пальцев и притянул Гермиону за талию поближе.
— Мы с супругой были рады получить приглашение и с удовольствием приняли участие в этом грандиозном мероприятии, — голос Снейпа звучал ровно, Гермиона вовсю улыбалась, щеки мисс Бувье порозовели.
— Ваша милая супруга, — она холодно улыбнулась в сторону Гермионы. — Надеюсь, ваше появление здесь, мисс Грейнджер, означает, что вы все-таки решили принять наше предложение? Мы можем пройти ко мне в кабинет и обсудить детали.
Гермиона хотела что-то ответить, но рука Снейпа предупреждающе сжала ее талию.
— Прошу прощения, мисс Бувье, но у меня через двадцать минут доклад, и моя супруга хотела бы присутствовать, а затем мы оба в вашем полном распоряжении.
— Да, — мило улыбнулась Гермиона. — Я не могу пропустить это эпохальное событие. Северус столько готовился…
Мисс Бувье что-то прикинула в уме и почти пропела:
— В таком случае, жду вас обоих после окончания банкета в кабинете управляющего.
Снейп кивнул, Гермиона улыбнулась еще лучезарнее, мисс Бувье сделала им ручкой и отправилась дальше, даря ослепительные улыбки направо и налево, разя зельеваров мужского пола прямо в нетренированные сердца и возмущая до глубины души зельеваров женского пола.
— У меня уже челюсть сводит от улыбок, — процедила Гермиона. — Можно я уже побуду не очень счастливой, а просто счастливой?
— Мне иногда кажется, что ты не можешь одновременно думать и говорить, дорогая.
— Вот! Я так и подозревала, что эта Бувье — извращенка со склонностью к му… к мизантропам.
— Мизантропия — это каждодневный моральный труд. И кто-то ведь должен к нам привязываться?
— Намыленная веревка?
— Знаешь, дорогая, глядя на тебя, я понимаю, что жена должна быть, как мышка: маленькая, теплая и тихая.
— А я, глядя на тебя, милый, понимаю, что на свете есть люди, а есть социальные животные.
Рука Снейпа словно тисками сжала ее талию. У Гермионы перехватило дыхание. Он наклонился к самому ее уху и почти прорычал:
— Слава Мерлину, мне нужно идти читать доклад… дорогая! И чтобы с этого места не двигалась! Совсем. Ясно?
— С-слава Мерлину, милый, — эхом откликнулась она, переводя дух.
Гермиона с пылающими щеками, так и осталась стоять у колонны, глядя вслед развевающейся мантии Снейпа. Она простояла там весь его доклад, периодически ловя на себе его взгляд. Наверное, доклад был очень интересным и содержательным, судя по бурным и продолжительным аплодисментам по окончании речи Снейпа. Но Гермиона так и не смогла оценить ее по достоинству — голова была занята думами о том, как она дошла до жизни такой, кто виноват и что же теперь делать?
Остаток дня они почти не разговаривали. Снейп все так же водил ее за собой, а она покорно следовала за ним, пугая окружающих приклеенной улыбкой. На банкете заботливый супруг сунул ей в руки тарелку с закусками. Принес откуда-то довольно удобный стул и посадил в уголке за кадкой с фикусом, где она наконец-то перестала изображать счастье и смогла мрачно съесть несколько тарталеток, канапе и даже пару шариков мороженого, которое ей тоже презентовал Снейп. Похоже, ее хмурый вид несколько успокоил супруга и после мороженого он сунул ей в руки стакан с лимонадом. Гермиона вздохнула.
— Что еще не так? — сурово поинтересовался супруг.
— Пироженку, — осторожно намекнула Гермиона. — Там их мно-ого, видишь?
Она кивнула на стол с несколькими горками аппетитных и таких манящих пирожных — маленьких и безумно красивых.
— Тебе вредно, — безапелляционно заявил Снейп, и Гермиона поперхнулась лимонадом.
— Почему?
— Потому что ты сейчас объешься, кровь отольет от мозга к желудку, а нам еще идти подписывать твой контракт. А я не разбираюсь в тонкостях этой вашей криптологии.
Страница 7 из 55
