Убийца или друг?

Тут, кто-то взял меня за талию. Я даже вздрогнула от неожиданности. Я сняла наушники.

— Что такая милая девушка делает одна в такой час? — это были два гопо-парня, лет так по 18.

Я убрала его руку и отошла.

— Идет домой, — сухо ответила я.

— Может тебя проводить? — они начали ухмыляться. — Мало ли какие маньяки ходят?

Мне совершенно не нравилась ситуация. Они начали зажимать меня к углу.

— Спасибо, не надо, меня встретят, — я попыталась вырваться из этого наступления, но один из них перегородил мне дорогу.

Мой голос не дрожал, а вот коленки начали предательски дергаться.

— Кто? Я никого не вижу, — сказал один из них и подошел вплотную.

По близости, как на зло никого не было. И найдут меня, мертвую, в какой-нибудь луже. Но не смерть было для меня самым страшным. Нет, я совершенно не боюсь смерти. Меня пугало, что они могли сделать нечто, что гораздо ужаснее. Я зажалась в угол как маленький котенок. Не знала, что делать. Было страшно.

— Ну что же ты? Не бойся, мы плохо не сделаем, -они начали ухмыляться.

О, это гадкие ухмылки на их лицах. Так улыбаются только гнилые люди. Не телом гнилые, а душой.

— Я ее встречаю, — произнес кто-то из темноты.

Этот кто-то начал посмеиваться. Настало облегчение, страх сразу ушел.

— А ну пшел от сюда! — крикнул на него один из парней.

— А то что? — спросил задорно парень.

— Получишь!

И тут Джефф рассмеялся его фирменным смехом. Я выбралась из тисков и побежала к Джеффу. Но один из «нападавших» успел схватить меня за волосы. Он подтащил меня к себе и рявкнул:

— Не рыпайся, сука.

Второй же, как мне показалось, более массивный, направился туда, где стоял Джефф. А первый, урод, все держал меня за волосы. Когда же Массивный (так я назвала его про-себя) скрылся в темноте, раздался короткий крик и звук падающего тела. Как я поняла, Джефф не любил церемониться. Урод же (так я назвала второго) пошел на звуки и потащил меня за собой, разумеется за волосы.

— Отпусти, сволочь! — заорала я.

— Я сказал не рыпаться! — он дернул меня на себя.

— Ай! — я упала.

Приземлилась я на колени и руки, они тут же отозвались болью. Из темноты вышел Джефф. Благо, он был в капюшоне.

— Не правильно ты с девушкой обращаешься, — появилось ощущение улыбки на его лице. Хотя, так и было.

К тому времени, Урод уже поднимал меня (и опять же за мои многострадальные волосы), но опять бросил. Я распласталась на земле.

— Что ты с ним сделал!? — он шел на Джеффа, закатывая рукава.

— Отправил спать, — улыбнулся парень. По крайней мере, мне так показалось.

Когда Урод подошел совсем близко, Джефф занес нож и хотел уже было перерезать парню горло, но тот каким-то образом увернулся от смертельного удара, выбил нож у Джеффа и повалил его на землю.

Мною овладела паника, я опять не знала что делать. Тут же поднявшись, я сразу подбежала туда, где лежал нож. Не знаю, что тогда повелевало мною: может инстинкт самосохранения, а может скрытая жажда крови. Я взяла нож, подлетела к парням, дернула за волосы Урода и провела ножем по его горлу. На руки брызнуло что-то липкое и теплое. Я отбросила нож в сторону и уселась прямо на сырую землю. Урод обмяк и Джефф смог скинуть с себя уже бездыханное тело. И опять этот смех. А я все сидела на холодной земле и качалась из стороны в сторону. Как? Как я смогла сделать такое? Я начала смеяться.

— Господи, если ты слышишь меня, прости, — мой смех был безумен, так казалось мне.

Джефф был весь в крови. Он подошел, опустился на корточки и приобнял за плечи. Затем поднялся и взял меня на руки. Я почувствовала, что он весь в липкой жидкости. А дальше ничего не помню…

… и утром

Очнулась я только тогда, когда Джефф усадил меня на кухонных диван. Видимо, состояние шока отозвалось на мне кратковременной потерей памяти. Рассудок постепенно начал возвращаться. И первое, что я сообразила: я вся уляпана в крови. Я начала раздеваться и прямо на кухонный пол скинула с себя всю одежду, что была в кровавых пятнах.

Джефф явно не ожидал такого. Он стоял и пялился на меня, как на НЛО. Вторая же мысль была: Джефф тоже в крови.

— Раздевайся! — скомандовала я.

— Детка, может перенесемся в спальню? — он начал хихикать.

— Гребаный извращенец, — я бросила на него злой взгляд. — Я не об этом. Никто не будет в моем доме ходить в кровавой одежде!

— Опять в стирку? — он посмотрел на меня жалобными глазами, я кивнула.

— Может не надо? — взмолился Джефф.

— Надо! — и Джефф начал снимать толстовку.

Вскоре, вещи были в стирке, а мы лежали по кроватям, разумеется разным. Джеффу я разложила кухонный диван, а сама улеглась на свое место.

Я лежала и думала. Думала обо всем.