Мой любимый, всё еще седьмой, курс

А на следующий день состоялся не менее милый разговор Рона и Гарри с Луной. Сидя на квиддичной трибуне, девушка слушала сбивчивые объяснения парней с просьбами о помощи, рассеянно болтая ногами и выдувая мыльные пузыри разной формы — в виде морковок, редисок, артишоков, кактусов, фестралов и очков Гарри Поттера… После непродолжительного молчания, она, наконец, убрала флакон с мыльными пузырями и обернулась к парням.

— Вообще-то я уже сделала талисман для профессора МакГоногалл. Добавить к нему следящие чары, значит…

— Луна, — Гарри осторожно тронул её за рукав, — надеюсь, ты понимаешь, что это не совсем по правилам. Мне не приятно втягивать тебя в очередную авантюру, но, похоже, у нас нет выбора. И, если ты согласишься помочь, никто не должен знать.

— О да, Гарри… Я всё понимаю. Что ты, я очень рада тебе помочь. К тому же я сама волнуюсь за профессора МакГонагалл — оглопырые уходуны не самые приятные существа.

— Эээ, Луна… огло… кто? Они… опасны для директора? — Рон старательно маскировал крайнее удивление любопытством, но получалось плохо.

— Оглопырые уходуны. Они питаются чернилами, кусают за уши и могут вызвать изжогу. А в большом количестве — ещё и жуткую бессонницу. Их полно в кабинете директора. Профессор Снейп напустил их в прошлом году, я это еще когда мы меч выкрасть пытались поняла! — На этой фразе оба парня тихонько икнули, но Луна не ничего заметила и продолжала. — Не удивлюсь, если он и парочку мардуков в шкафу приютил… Вообще, это нехорошо с его стороны — напустить полный кабинет таких опасных существ — и уйти обратно в подземелья! В общем, директор МакГонагалл, конечно, очень сильная волшебница, но лишняя помощь ей не повредит.

С этими словами она начала выкладывать из сумки разный хлам. Очень много разного хлама.

— Ещё одна многомерная сумка. — С пониманием отметил Рон.

— Да, современной девушке без такой сумки никуда. Вот он!

Талисман для директора выглядел, как цветочный горшок, из которого произрастали бисерные нити, несколько павлиньих перьев, стеклянные райские яблочки на длинных шпажках, атласные ленты. Всё это находилось в подвешенном состоянии и плавно колыхалось в воздухе. Идиллию нарушали только неподвижные портняжные ножницы, так же произраставшие из горшка.

— Я словно чувствовала, что он ещё не закончен, — прошептала девушка, характерно прищурившись, словно знаток, оценивающий произведение искусства.

Порывшись в извлечённых ранее из бездонной сумке предметах, она вынула большую ржавую пружину и стеклянный глаз. У Гарри неприятно засосало под ложечкой. Между тем Полумна старательно накручивала глаз на пружину. Рон зажал уши от скрипа и хруста стекла и побледнел. Удостоверившись, что конструкция получилась прочная, девушка, высунув кончик языка, стала пристраивать её в горшок. Когда пружина с глазом заняла своё место в общей конструкции, Луна передала горшок Гарри и снова принялась что-то откапывать в своих запасах. Наконец она нашла небольшую, гладко отшлифованную косточку и серебряную цепочку. Кончиком пера вывела на косточке несколько загадочных символов, прикрепила её на цепочку и обмотала вокруг горшка. Закрепив конструкцию, она достала из-за уха палочку, направила на талисман, и прошептала что-то вроде «Комуникатио ан прокуло».

— Готово, ребята! Кому передатчик?

— Рону! — быстро ответил Гарри.

— Почему это мне?

— Потому что ты спишь на уроках, у тебя больше времени.

Луна размотала цепочку и надела на шею молча повиновавшемуся Рону.

— Вот это вложи в ухо, — она указала на косточку.

— А это обязательно? Ой, шепчет что-то.

— Работает, значит. Ладно, проверим пару вечеров — и пойду дарить.

Вечером Гарри нашел друга у камина, сосредоточенно строчащего что-то на пергаменте. «Передатчик» от талисмана-шпиона был вложен в ухо.

— Рон? Ну как, работает?

— Работает, работает. Он сейчас в гостиной Райвэнкло стоит. И райвенкловцы обсуждают эссе по трансфигурации. Так что не мешай…

— Слушай, ну и библиотека у Снейпа. Я просто в шоке! — Гермиона устроилась в одном из кресел, предложенном в этот раз Выручай-комнатой.

— Поэтому ты оттуда не вылезала целую неделю. Я уже решил ревновать.

— Перестань, Рон, ты этот передатчик из уха неделю не вытаскивал, пока Луна не отнесла талисман директору. Мне тоже надо было ревновать?

— Я не виноват, что райвенкловцы все эссе пишут вслух! Зато я так подтянул свои оценки за эту неделю…

— Ладно, ладно, ребята, — рассмеялся Гарри в своём кресле, — давайте подытожим. Завтра директор уезжает в Лондон, пароль нам известен. Здесь всё прошло успешно. А как у тебя, Герми?

— Я исписала десяток пергаментов с разными вариациями отпирающих заклятий, что-нибудь должно подойти. Сам понимаешь, пробовать здесь не очень хочется.