Происшествие в Бате

— Джон имеет все основания гордиться собой. И должен тебе сказать, мой дорогой, что все, к чему мы с тобой приходим через долгие и иногда мучительные раздумья, он легко чувствует моментально. Слышал бы ты его в парке, когда он убеждал меня, что ты будешь мне рад. Обозвал меня упрямцем… тебя впрочем, тоже.

Майкрофт внял моей невнятной просьбе, его ладонь размеренно скользила по моей голове, и это было так приятно, что, кажется, я на пару минут даже уснул, но потом сознание подсказало мне, что я не ответил.

— Да, дедукция — это далеко не всё… — пробормотал я. — Ты что-то ещё говорил?

— Не важно, мой дорогой. Я хочу сказать, тебе очень повезло с Джоном. — Судя по голосу, брат улыбался. — И мне заодно. Кто бы мог подумать.

Я тихо хмыкнул.

— Может, стоит жить втроём?

Вообще-то я порадовался за Майкрофта — он так же скуп на дружбу, как и я. Но, видимо, Джон в какой-то мере тоже совершенство, раз мы оба оказались расположены к одному человеку — пусть и по-разному.

— Надеюсь, ты шутишь. Поселить такого беспокойного пациента, как я, поблизости — не может быть, чтобы тебе было совсем не жалко доктора.

Не знаю, шутил ли я, если честно. Конечно, Майкрофта скорее озаботил бы собственный покой. Но наш доктор бы зато видел пациента каждый день, и ему не пришлось бы бегать туда-сюда. Вслух я это не сказал — брат ещё подумает, что я ревную.

— Шучу — нас двоих в одной квартире Джон не выдержит.

— Ну, мы когда-нибудь можем опять съездить вместе на отдых. На этот раз к морю. Джон почти убедил меня, что мне необходимо отдыхать от работы не менее двух недель в год. А тебе морской воздух тоже был бы полезен. Скажи честно, ты хоть ел что-то толком эти дни?

— Ел, — честно сказал я. — Не так чтобы много, но регулярно.

Лучше, конечно, не уточнять, что аппетит у меня восстановился, потому что я забыл о кое-какой привычке. Хватит Майкрофту переживаний.

— А вот я, между прочим, сегодня ничего не ел… — намекнул он.

— Это безобразие.

Когда Уотсон вернулся, миссис Хадсон уже накрывала на троих. Думаю, это доктор намекнул ей, что за ужином у нас будет гость. У нас не «Диоген», конечно, но почтенная хозяйка постаралась вовсю. У нас, наверное, слишком непритязательные вкусы с Уотсоном, да и едим мы часто в спешке — чего тратить на нас кулинарные таланты?

Она, правда, выразительно на меня посмотрела, когда обнаружила в камине гору пепла, оставшуюся от газет — прямо вулканический пепел на чёрных камнях какой-нибудь Этны. Служанка заново затопила камин, мы сидели втроём в тёплой комнате за почти праздничным ужином — и это были те редкие минуты, когда я чувствовал себя безоговорочно счастливым. Мне казалось, что тени прошлого навсегда покинули меня и больше не вернутся, благодаря двум любимым мной людям.