Фандом: Гарри Поттер. В кои-то веки людям из двух враждующих лагерей захотелось праздника. Все в ужасе, но Гарри Поттер и Вольдеморт настроены решительно: они отпразднуют Рождество, или они, простите, соплохвосты! Как же встретят Рождество УПСы и обитатели Хогвартса?На заднем фоне — музыкальные распевки Невилла Долгопупса, новогодняя кулинария от Северуса Снейпа, коварные замыслы МакГонагал и Дамблдора.
Добавить в моё избранное
155 мин, 10 сек 1385
Какие замки? Ты хоть понимаешь, что хочешь арендовать памятник архитектуры?! Про какую машину ты говоришь? Я ничего не знаю и не хочу знать! Тёще привет. Фадж.«— Интересно, очень интересно. Так что за замок ты хотел арендовать, мой дорогой?»
— Паудерхем, — пискнул Люциус, медленно отползая назад. Сопротивляться не было смысла. — Там жили наши родственники. Мы решили подготовить вам сюрприз, милорд. — Малфой всё полз и полз назад, смотря на своего господина, как Прометей на орла. Волдеморт угрожающе подбирался к нему с видом, иллюстрировавшим идиому «вам песец».
И тут Люциус спиной почувствовал стену.
Это был конец.
За столько лет преподавания и изучения магии, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор повидал многое и нашел ответы на многие животрепещущие вопросы, но только теперь, с мудростью, приобретенной с годами, он постиг исключительно простую теорию: дети — цветы жизни на могиле учителей. И один из таких цветков нависал над ним сегодня, угрожал, молил, бушевал, чем довёл одного из искуснейших магов всех времён и народов до состояния, близкого к коматозному. Улизнувшая под носом Гарри Минерва притащила к нему Северуса, и они вдвоем, водрузив бесчувственное тело Альбуса в кресло, долго пытались привести его в себя и образумить с помощью огневиски, оплеух и Мерлина. Сейчас Дамблдор полностью пришёл в себя и открыл глаза. Возле его стола Минерва прямо из бутылки глотала успокаивающее зелье, а Снейп нервно обмахивался веером. Однако, сфокусировав взгляд, Дамблдор понял, что в руках у зельевара вовсе не веер, а письмо, и что он обмахивается им не из-за расстроенных чувств, а для того, чтобы привлечь внимание директора.
— Северус, — Дамблдор поначалу не узнал свой голос: таким он был слабым и тихим. — Что ты делаешь?
— Вам письмо от Фаджа, — сухо проинформировал его Снейп. Альбусу оставалось лишь позавидовать невозмутимости, неизменно сопутствующей профессору зельеварения во всех начинаниях. Иногда он задавался себе вопросом: может ли хоть что-нибудь вывести Северуса Снейпа из себя? На ум сразу приходил сдвоенный урок зельеварения с командамиСлизерина и Гриффиндора. Выходит, что всё-таки может. И хорошо, потому что Дамблдор начинал всерьёз опасаться, что кто-то тайно удалил у Снейпа все нервные окончания.
— Альбус, Министр пишет, что не может предоставить тебе Паудерхем. — встряла Минерва, оторвавшись от зелья.
— Напомни ему про машину, — устало откликнулся Дамблдор. — И пиши, что мы можем обратиться в суд: замок когда-то принадлежал родственникам Уизли. Скажи, что Паудерхем попросили они. В общем, придумай что-нибудь.
— А я вам всегда говорил, директор: Поттер — неотесанный, наглый, злобный…
— Минни, ну ты нам поможешь?
— Помогу, — неохотно откликнулась МакГонагалл. Её окатывал ледяной ужас при мысли о том, что нашествие Поттера повторится. Нет, надо было, непременно надо было меньше загружать учеников. Программа программой, а они всё-таки дети. Вот уже и крыша потихоньку съезжает.
— … заносчивый, самовлюбленный, эгоистичный…
Дамблдор загибал пальцы. Но выйти на расчетную мощность Снейпу не дали.
— Основную мысль мы поняли, — прервала брызжущего ядом Снейпа МакГонагалл. — Теперь неплохо бы выслушать твоё мнение о сложившейся ситуации.
— Не уступать, не соглашаться, не поддаваться.
— На что?
— На всё!
— Палка о двух концах, — вздохнул директор. — Мы так и так хотели устроить культурное достойное мероприятие для наших детишек, просто здесь мы отдадим им на растерзание Паудерхем, а не Хогвартс.
— Памятник архитектуры, Дамблдор! Фадж ни за что не согласится.
— Ну, согласиться-то ему всё равно придётся. Да, решено. Пишите ему письмо. Уж лучше этот Паудерхем. Второго празднества Хогвартс не переживет.
— Вы стали реалистом? — ужаснулся зельевар. — С чего бы это?
— Вспомнил, как пять лет тому назад седьмой курс справлял выпускной. Я застал их устраивающими бассейн с тыквенным соком и обучающими Миссис Норрис танцевать канкан.
— Группа «Антропогенез»?
— Здесь!
— Группа «Социализация»?
— Нашла две коробки с петардами, двенадцать гирлянд, три ящика с ёлочными игрушками.
— Хорошо, отдыхайте.
— Группа «Парламентская республика»?
— Здесь!
— Группа «Маслоу»?
— На задании!
Джинни сверилась со списком: присутствовали практически все. Хорошо. Значит, можно дать новое задание.
— Невилл, ты идиот! — Гарри ввалился в гостиную, сердито махнув всем рукой в знак приветствия. — Почему ты не сказал, что Мимблетония — это кактус?!
— Ну а чем же ещё она может быть?
— Хороший вопрос! Чем же может оказаться предмет со странным, заумным, и, что немаловажно, абсолютно непонятным никому, кроме ботаников-любителей, названием?
— Паудерхем, — пискнул Люциус, медленно отползая назад. Сопротивляться не было смысла. — Там жили наши родственники. Мы решили подготовить вам сюрприз, милорд. — Малфой всё полз и полз назад, смотря на своего господина, как Прометей на орла. Волдеморт угрожающе подбирался к нему с видом, иллюстрировавшим идиому «вам песец».
И тут Люциус спиной почувствовал стену.
Это был конец.
За столько лет преподавания и изучения магии, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор повидал многое и нашел ответы на многие животрепещущие вопросы, но только теперь, с мудростью, приобретенной с годами, он постиг исключительно простую теорию: дети — цветы жизни на могиле учителей. И один из таких цветков нависал над ним сегодня, угрожал, молил, бушевал, чем довёл одного из искуснейших магов всех времён и народов до состояния, близкого к коматозному. Улизнувшая под носом Гарри Минерва притащила к нему Северуса, и они вдвоем, водрузив бесчувственное тело Альбуса в кресло, долго пытались привести его в себя и образумить с помощью огневиски, оплеух и Мерлина. Сейчас Дамблдор полностью пришёл в себя и открыл глаза. Возле его стола Минерва прямо из бутылки глотала успокаивающее зелье, а Снейп нервно обмахивался веером. Однако, сфокусировав взгляд, Дамблдор понял, что в руках у зельевара вовсе не веер, а письмо, и что он обмахивается им не из-за расстроенных чувств, а для того, чтобы привлечь внимание директора.
— Северус, — Дамблдор поначалу не узнал свой голос: таким он был слабым и тихим. — Что ты делаешь?
— Вам письмо от Фаджа, — сухо проинформировал его Снейп. Альбусу оставалось лишь позавидовать невозмутимости, неизменно сопутствующей профессору зельеварения во всех начинаниях. Иногда он задавался себе вопросом: может ли хоть что-нибудь вывести Северуса Снейпа из себя? На ум сразу приходил сдвоенный урок зельеварения с командамиСлизерина и Гриффиндора. Выходит, что всё-таки может. И хорошо, потому что Дамблдор начинал всерьёз опасаться, что кто-то тайно удалил у Снейпа все нервные окончания.
— Альбус, Министр пишет, что не может предоставить тебе Паудерхем. — встряла Минерва, оторвавшись от зелья.
— Напомни ему про машину, — устало откликнулся Дамблдор. — И пиши, что мы можем обратиться в суд: замок когда-то принадлежал родственникам Уизли. Скажи, что Паудерхем попросили они. В общем, придумай что-нибудь.
— А я вам всегда говорил, директор: Поттер — неотесанный, наглый, злобный…
— Минни, ну ты нам поможешь?
— Помогу, — неохотно откликнулась МакГонагалл. Её окатывал ледяной ужас при мысли о том, что нашествие Поттера повторится. Нет, надо было, непременно надо было меньше загружать учеников. Программа программой, а они всё-таки дети. Вот уже и крыша потихоньку съезжает.
— … заносчивый, самовлюбленный, эгоистичный…
Дамблдор загибал пальцы. Но выйти на расчетную мощность Снейпу не дали.
— Основную мысль мы поняли, — прервала брызжущего ядом Снейпа МакГонагалл. — Теперь неплохо бы выслушать твоё мнение о сложившейся ситуации.
— Не уступать, не соглашаться, не поддаваться.
— На что?
— На всё!
— Палка о двух концах, — вздохнул директор. — Мы так и так хотели устроить культурное достойное мероприятие для наших детишек, просто здесь мы отдадим им на растерзание Паудерхем, а не Хогвартс.
— Памятник архитектуры, Дамблдор! Фадж ни за что не согласится.
— Ну, согласиться-то ему всё равно придётся. Да, решено. Пишите ему письмо. Уж лучше этот Паудерхем. Второго празднества Хогвартс не переживет.
— Вы стали реалистом? — ужаснулся зельевар. — С чего бы это?
— Вспомнил, как пять лет тому назад седьмой курс справлял выпускной. Я застал их устраивающими бассейн с тыквенным соком и обучающими Миссис Норрис танцевать канкан.
— Группа «Антропогенез»?
— Здесь!
— Группа «Социализация»?
— Нашла две коробки с петардами, двенадцать гирлянд, три ящика с ёлочными игрушками.
— Хорошо, отдыхайте.
— Группа «Парламентская республика»?
— Здесь!
— Группа «Маслоу»?
— На задании!
Джинни сверилась со списком: присутствовали практически все. Хорошо. Значит, можно дать новое задание.
— Невилл, ты идиот! — Гарри ввалился в гостиную, сердито махнув всем рукой в знак приветствия. — Почему ты не сказал, что Мимблетония — это кактус?!
— Ну а чем же ещё она может быть?
— Хороший вопрос! Чем же может оказаться предмет со странным, заумным, и, что немаловажно, абсолютно непонятным никому, кроме ботаников-любителей, названием?
Страница 19 из 47
