Фандом: Гарри Поттер. В кои-то веки людям из двух враждующих лагерей захотелось праздника. Все в ужасе, но Гарри Поттер и Вольдеморт настроены решительно: они отпразднуют Рождество, или они, простите, соплохвосты! Как же встретят Рождество УПСы и обитатели Хогвартса?На заднем фоне — музыкальные распевки Невилла Долгопупса, новогодняя кулинария от Северуса Снейпа, коварные замыслы МакГонагал и Дамблдора.
Добавить в моё избранное
155 мин, 10 сек 1399
Прекрасная фея развернулась, оглушая сознание абсолютно знакомой очкастой физиономией со шрамом посреди лба и проорала:
— А самолет летел — колёса тёрлися, вы не ждали нас — а мы припёрлися!
— МАМОЧКА! — душераздирающе вскричал Рон, падая на землю и отползая подальше от Поттера, представшего перед ним в костюме восточной танцовщицы, судорожно цепляясь за траву, тарелки и остатки рассудка.
— Рон! РОН!
— А-а-а-а! — выдал Уизли, вскакивая с кровати и с ужасом вглядываясь в трясущих его Гермиону и Гарри.
— Проснись, тебе снится страшный сон! — прошептал Поттер, утирая обильно катящийся по лицу пот.
— Про придурка-друга, будящего в… пять утра?!
— Сейчас не время! — в два голоса и с потрясающей синхронностью заорали Грейнджер и Поттер, стаскивая отчаянно упирающегося Рона с кровати и таща за собой в гостиную.
Затащенный любимыми друзьями в святая святых башни Гриффиндор, Уизли остолбенел, с рефлекторно открывшимся ртом крутя головой по сторонам. Он не мог и не хотел знать, что здесь случилось.
— Что здесь произошло? — прерывающимся голосом спросил Рон, пытаясь удержаться в сознании. — Что. Здесь…
Толпа учеников одновременно повернулась к Уизли, заставив того шумно сглотнуть.
— Всё началось утром…
— Гермиона встала рано…
— Она услышала шум…
— … и побежала в гостиную…
— А там — ВОТ!
— … понятно, — выдавил Рон, хотя понятно ему было только одно: либо ночью Невилл снова начал петь и его настигла вполне заслуженная расправа со стороны однокурсников, либо на комнату обрушился метеорит. Других объяснений увиденному измученный мозг не мог предложить.
— Давай лучше я, — прорезал наступившую тишину запинающийся голос Грейнджер. Всё началось рано утром…
Или, если быть точным, ровно в полчетвертого утра. Гермиона проснулась, потому что ей на нос сыпалась штукатурка. Спросонья она несколько минут отупело разглядывала потолок, пока стены не потряс грохот, от которого волосы лучшей ученицы Хогвартса встали дыбом. Сообразив, что вот-вот «враги сожгут родную хату», девушка вскочила с постели и вылетела в коридор. Безошибочно определив источник шума, она кинулась туда, сшибая на пути столики и рыцарские доспехи. Оставалось только удивляться, как последовавшие звуки не перебудили всю школу. Вбежав в помещение с палочкой в одной руке и рукой одного из сваленных рыцарей — в другой, Грейнджер встала, как вкопанная, глядя на то, что осталось от гостиной. Ужас, кошмар, кошмарный ужас и ужасный кошмар. Любовно расставленные по периметру комнаты ёлки были свалены в кучу, игрушки и мишура — зверски изуродованы и разметаны по полу. Мебель была перевернута, а сложенные стопкой разнообразные вещи для украшения зала… их вообще не было. Вариант атомной войны гриффиндорка решила оставить, как официальную версию событий. Около одного из перевернутых столиков валялось письмо, в котором было написано следующее:
«Поттер!»
Я рад, что ты наивно решил, будто бы всю мороку с Паудерхемом и Рождественским балом я придумал только для того, чтобы в очередной раз попытаться поймать твою персону, но вынужден тебя разочаровать: я хочу спокойно отпраздновать Рождество без погонь, драк, и, главное, без твоей мужественной костлявой фигуры, маячащей на горизонте. Только подарки, ёлки и олени. Небольшой подарок от меня ты можешь лицезреть в гостиной.
P.S. Я бы мог закончить письмо строчкой назад, но, по опыту зная, что ты не умеешь понимать намеков, потому что для этого стоит прикладывать недюжинные умственные усилия, сообщаю: я устраиваю Рождественский бал в замке исключительно для себя и своих друзей. Ты в них не значишься. Так что отдыхай в своём ненаглядном Хогвартсе со своими разлюбезными друзьями. Думал, что я отдам замок тебе из-за страховки? Думай дальше, простодушный мой. Меня лишь греет мысль о том, что хотя бы в эту ночь ты не будешь моим навязчивым, вечно преследующим кошмаром.
P.S. До твоего появления на свете, я почти любил этот праздник.
Л. В.
Внизу письма шла мелкая подписка, явно написанная рукой другого человека:
«Простите, я не хотел. Меня заставили. По сравнению с тем, что он предлагал, то, что я устроил — мелкая пакость.»
С. С.
— Праздника не будет? — сделал логичный вывод Рон, дослушав животрепещущую историю до конца.
— Как это не будет?! — побагровел Гарри, комкая в руках злосчастное письмо. — Праздновать, он, видите ли, хочет… Не позволю! — вскричал он и, прорвавшись через кордон озабоченно кудахтающих учеников, ринулся из комнаты в одной пижаме.
— ПРОФЕССОР!
Дамблдор и Снейп затравленно обернулись: на пороге нарисовался Гарри Поттер, вокруг которого исходила аура праведного гнева. Зельевар вовремя увернулся от полетевшего в его сторону цветочного горшка и юркнул под директорский стол.
— А самолет летел — колёса тёрлися, вы не ждали нас — а мы припёрлися!
— МАМОЧКА! — душераздирающе вскричал Рон, падая на землю и отползая подальше от Поттера, представшего перед ним в костюме восточной танцовщицы, судорожно цепляясь за траву, тарелки и остатки рассудка.
— Рон! РОН!
— А-а-а-а! — выдал Уизли, вскакивая с кровати и с ужасом вглядываясь в трясущих его Гермиону и Гарри.
— Проснись, тебе снится страшный сон! — прошептал Поттер, утирая обильно катящийся по лицу пот.
— Про придурка-друга, будящего в… пять утра?!
— Сейчас не время! — в два голоса и с потрясающей синхронностью заорали Грейнджер и Поттер, стаскивая отчаянно упирающегося Рона с кровати и таща за собой в гостиную.
Затащенный любимыми друзьями в святая святых башни Гриффиндор, Уизли остолбенел, с рефлекторно открывшимся ртом крутя головой по сторонам. Он не мог и не хотел знать, что здесь случилось.
— Что здесь произошло? — прерывающимся голосом спросил Рон, пытаясь удержаться в сознании. — Что. Здесь…
Толпа учеников одновременно повернулась к Уизли, заставив того шумно сглотнуть.
— Всё началось утром…
— Гермиона встала рано…
— Она услышала шум…
— … и побежала в гостиную…
— А там — ВОТ!
— … понятно, — выдавил Рон, хотя понятно ему было только одно: либо ночью Невилл снова начал петь и его настигла вполне заслуженная расправа со стороны однокурсников, либо на комнату обрушился метеорит. Других объяснений увиденному измученный мозг не мог предложить.
— Давай лучше я, — прорезал наступившую тишину запинающийся голос Грейнджер. Всё началось рано утром…
Или, если быть точным, ровно в полчетвертого утра. Гермиона проснулась, потому что ей на нос сыпалась штукатурка. Спросонья она несколько минут отупело разглядывала потолок, пока стены не потряс грохот, от которого волосы лучшей ученицы Хогвартса встали дыбом. Сообразив, что вот-вот «враги сожгут родную хату», девушка вскочила с постели и вылетела в коридор. Безошибочно определив источник шума, она кинулась туда, сшибая на пути столики и рыцарские доспехи. Оставалось только удивляться, как последовавшие звуки не перебудили всю школу. Вбежав в помещение с палочкой в одной руке и рукой одного из сваленных рыцарей — в другой, Грейнджер встала, как вкопанная, глядя на то, что осталось от гостиной. Ужас, кошмар, кошмарный ужас и ужасный кошмар. Любовно расставленные по периметру комнаты ёлки были свалены в кучу, игрушки и мишура — зверски изуродованы и разметаны по полу. Мебель была перевернута, а сложенные стопкой разнообразные вещи для украшения зала… их вообще не было. Вариант атомной войны гриффиндорка решила оставить, как официальную версию событий. Около одного из перевернутых столиков валялось письмо, в котором было написано следующее:
«Поттер!»
Я рад, что ты наивно решил, будто бы всю мороку с Паудерхемом и Рождественским балом я придумал только для того, чтобы в очередной раз попытаться поймать твою персону, но вынужден тебя разочаровать: я хочу спокойно отпраздновать Рождество без погонь, драк, и, главное, без твоей мужественной костлявой фигуры, маячащей на горизонте. Только подарки, ёлки и олени. Небольшой подарок от меня ты можешь лицезреть в гостиной.
P.S. Я бы мог закончить письмо строчкой назад, но, по опыту зная, что ты не умеешь понимать намеков, потому что для этого стоит прикладывать недюжинные умственные усилия, сообщаю: я устраиваю Рождественский бал в замке исключительно для себя и своих друзей. Ты в них не значишься. Так что отдыхай в своём ненаглядном Хогвартсе со своими разлюбезными друзьями. Думал, что я отдам замок тебе из-за страховки? Думай дальше, простодушный мой. Меня лишь греет мысль о том, что хотя бы в эту ночь ты не будешь моим навязчивым, вечно преследующим кошмаром.
P.S. До твоего появления на свете, я почти любил этот праздник.
Л. В.
Внизу письма шла мелкая подписка, явно написанная рукой другого человека:
«Простите, я не хотел. Меня заставили. По сравнению с тем, что он предлагал, то, что я устроил — мелкая пакость.»
С. С.
— Праздника не будет? — сделал логичный вывод Рон, дослушав животрепещущую историю до конца.
— Как это не будет?! — побагровел Гарри, комкая в руках злосчастное письмо. — Праздновать, он, видите ли, хочет… Не позволю! — вскричал он и, прорвавшись через кордон озабоченно кудахтающих учеников, ринулся из комнаты в одной пижаме.
— ПРОФЕССОР!
Дамблдор и Снейп затравленно обернулись: на пороге нарисовался Гарри Поттер, вокруг которого исходила аура праведного гнева. Зельевар вовремя увернулся от полетевшего в его сторону цветочного горшка и юркнул под директорский стол.
Страница 32 из 47
