Фандом: Гарри Поттер. Стой! Кто идет?!
Добавить в моё избранное
326 мин, 28 сек 9706
— Что вы тут делаете, мистер Малфой?
— Это разве ваше дело, до сих пор мисс Уизли? — шиплю и я в ответ.
Я буквально слышу скрежет ее зубов и чувствую жар злости, охватившей ее тело.
— Я знаю все, что ты задумал, но, поверь мне, ты останешься ни с чем, потому … — все произносится с таким ядом, что мне хочется ее просто-напросто ударить, но я только сжимаю в бессилии кулаки, — уезжай отсюда, иначе я сделаю так, что тебе не поздоровится!
Она заканчивает свою речь и — наконец-то! — отходит от меня.
На ней форма сборной, хотя не совсем понятно, зачем она ей в таком месте, а волосы растрепаны, как у ведьмы.
Не сказать, что мне совсем уж плевать на ее угрозы, в нашем мире возможно все. Но и уезжать я не собираюсь, хотя все равно немного страшновато. Она же сумасшедшая!
— Джинни, мы идем? — доносится до нас, и я замечаю человека, который явно все видел, но не думаю, что слышал.
Волосы светлые, широк в плечах, вид скучающий, а еще он, как и Джинни, одет в квиддичную форму национальной сборной.
Джинни еще раз смеряет меня злобно-угрожающим взглядом и все-таки отвечает:
— Да, Юджин.
Они уходят, и я уже более уверенно направляюсь к Нему в кабинет. Теперь очевидно, что Он здесь, и у меня внутри все переворачивается в предвкушении непонятного удовольствия. Я увижу его, слава Мерлину, я дождался его! Он не исчез, не пропал, мой шанс на нормальную жизнь все-таки не утрачен окончательно!
Стерва-секретарша отсутствует, поэтому я без промедления захожу в кабинет. Даже не постучавшись, но это просто от радости, что ли.
Поттер поднимает голову и тут же снова склоняет к бумагам на столе. Я успеваю оценить его уставший вид и серьезный взгляд. Даже на каплю не разбавилось отчуждение в глубине этой зелени при виде меня.
— Привет, рад видеть тебя в здравии, — нервно улыбаюсь и сажусь напротив него.
— Привет, да… — Поттер откладывает документы на край стола, и они исчезают. — Ты тоже, смотрю, не хвораешь.
Больше он ничего не говорит и просто выжидающе смотрит на меня, а я — на него.
— Ну… А ты еще зачем-то пришел? — спрашивает он, и это очень неприятно задевает.
— Я тут подумал, может, мы сходим куда-нибудь вечером? — я зову его на дружескую встречу, но так только кажется. По крайней мере, кажется ему.
— М-м… Честно говоря, не знаю, получится ли я сегодня… — он не меняется в лице, но прячет взгляд, будто вина какая-то есть. — Давай я напишу тебе, когда буду свободен, и мы договоримся.
Он, наверное, гордится собой, что так ловко выкрутился. А я чувствую себя раненым, но все равно киваю, поднимаюсь и иду к выходу, чтобы…
… снова ждать? Ждать, когда его рыжая соизволит мне отдать кусочек? Ждать чего? Крох?
— Где ты был? — резко разворачиваюсь и снова возвращаюсь к нему. Сажусь на кресло перед ним и отбрасываю все свои маски.
— Драко… — он хочет просто отвертеться, это ясно, как белый день. Но тут Гарри откидывается на спинку стула и поднимает голову вверх. — У меня свадьба двадцать восьмого февраля.
Он невозмутимо пялится в потолок, и хорошо, что пялится, потому что я начинаю разваливаться на куски. Дряхлые, гнилые куски. Двадцать восьмое февраля! Это чуть больше, чем через месяц.
Женится… Но он даже ее не любит! Поттер никого не любит, у него лишь холодная пустота внутри, дыра, пробитая желаниями. Быть может, я единственный, кого он любил, и, быть может, еще будет любить. Блейз был прав — либо все, либо ничего.
И пока Поттер занят ею… Пока — это главное!
— Пожалуйста, давай сходим в бар сегодня вечером? — я ставлю локти на стол и подаюсь вперед.
Не его лице проскальзывает тенью удивление. Я, кажется, даже вижу трещину, ползущую змеей по его лицу, по его маске. Но, конечно, мне это кажется, все пропадает за секунду.
— Я не смогу Драко, правда, — интересно, горечь в его словах или во мне?
— Из-за Нее, да? — выходит ядовито, не могу сдержать себя. — Когда ты планировал написать мне? Ведь никогда, верно?
Молчит. И я с ужасом понимаю, что, бросая эти слова наугад, попал в цель. В такую неприглядную цель. Уродливую.
— Ты обещал! — истерика просто вырывается из меня. — Или ты настолько лживый?
Мерлин знает, что я несу, я не успеваю думать. Зачем я порчу и так откровенно хреновые, масочные отношения? Но раз уж все летит к чертям, то и бояться уже нечего.
Наверное, слово «лживый», а может, «обещал» все-таки пронимает его. Он сжимает кулаки и на мгновение его лицо искажается болью. И мне снова кажется, что его лицо будто пересекает трещина, это так странно…
— Хорошо, Драко, — пауза, — сегодня в семь…
Да. Вот так-то лучше, Поттер, так-то лучше.
Он сам выбирает бар: маленький, мрачный, не шумный.
Мы садимся за столик в уголке и оказываемся почти в полной темноте.
— Это разве ваше дело, до сих пор мисс Уизли? — шиплю и я в ответ.
Я буквально слышу скрежет ее зубов и чувствую жар злости, охватившей ее тело.
— Я знаю все, что ты задумал, но, поверь мне, ты останешься ни с чем, потому … — все произносится с таким ядом, что мне хочется ее просто-напросто ударить, но я только сжимаю в бессилии кулаки, — уезжай отсюда, иначе я сделаю так, что тебе не поздоровится!
Она заканчивает свою речь и — наконец-то! — отходит от меня.
На ней форма сборной, хотя не совсем понятно, зачем она ей в таком месте, а волосы растрепаны, как у ведьмы.
Не сказать, что мне совсем уж плевать на ее угрозы, в нашем мире возможно все. Но и уезжать я не собираюсь, хотя все равно немного страшновато. Она же сумасшедшая!
— Джинни, мы идем? — доносится до нас, и я замечаю человека, который явно все видел, но не думаю, что слышал.
Волосы светлые, широк в плечах, вид скучающий, а еще он, как и Джинни, одет в квиддичную форму национальной сборной.
Джинни еще раз смеряет меня злобно-угрожающим взглядом и все-таки отвечает:
— Да, Юджин.
Они уходят, и я уже более уверенно направляюсь к Нему в кабинет. Теперь очевидно, что Он здесь, и у меня внутри все переворачивается в предвкушении непонятного удовольствия. Я увижу его, слава Мерлину, я дождался его! Он не исчез, не пропал, мой шанс на нормальную жизнь все-таки не утрачен окончательно!
Стерва-секретарша отсутствует, поэтому я без промедления захожу в кабинет. Даже не постучавшись, но это просто от радости, что ли.
Поттер поднимает голову и тут же снова склоняет к бумагам на столе. Я успеваю оценить его уставший вид и серьезный взгляд. Даже на каплю не разбавилось отчуждение в глубине этой зелени при виде меня.
— Привет, рад видеть тебя в здравии, — нервно улыбаюсь и сажусь напротив него.
— Привет, да… — Поттер откладывает документы на край стола, и они исчезают. — Ты тоже, смотрю, не хвораешь.
Больше он ничего не говорит и просто выжидающе смотрит на меня, а я — на него.
— Ну… А ты еще зачем-то пришел? — спрашивает он, и это очень неприятно задевает.
— Я тут подумал, может, мы сходим куда-нибудь вечером? — я зову его на дружескую встречу, но так только кажется. По крайней мере, кажется ему.
— М-м… Честно говоря, не знаю, получится ли я сегодня… — он не меняется в лице, но прячет взгляд, будто вина какая-то есть. — Давай я напишу тебе, когда буду свободен, и мы договоримся.
Он, наверное, гордится собой, что так ловко выкрутился. А я чувствую себя раненым, но все равно киваю, поднимаюсь и иду к выходу, чтобы…
… снова ждать? Ждать, когда его рыжая соизволит мне отдать кусочек? Ждать чего? Крох?
— Где ты был? — резко разворачиваюсь и снова возвращаюсь к нему. Сажусь на кресло перед ним и отбрасываю все свои маски.
— Драко… — он хочет просто отвертеться, это ясно, как белый день. Но тут Гарри откидывается на спинку стула и поднимает голову вверх. — У меня свадьба двадцать восьмого февраля.
Он невозмутимо пялится в потолок, и хорошо, что пялится, потому что я начинаю разваливаться на куски. Дряхлые, гнилые куски. Двадцать восьмое февраля! Это чуть больше, чем через месяц.
Женится… Но он даже ее не любит! Поттер никого не любит, у него лишь холодная пустота внутри, дыра, пробитая желаниями. Быть может, я единственный, кого он любил, и, быть может, еще будет любить. Блейз был прав — либо все, либо ничего.
И пока Поттер занят ею… Пока — это главное!
— Пожалуйста, давай сходим в бар сегодня вечером? — я ставлю локти на стол и подаюсь вперед.
Не его лице проскальзывает тенью удивление. Я, кажется, даже вижу трещину, ползущую змеей по его лицу, по его маске. Но, конечно, мне это кажется, все пропадает за секунду.
— Я не смогу Драко, правда, — интересно, горечь в его словах или во мне?
— Из-за Нее, да? — выходит ядовито, не могу сдержать себя. — Когда ты планировал написать мне? Ведь никогда, верно?
Молчит. И я с ужасом понимаю, что, бросая эти слова наугад, попал в цель. В такую неприглядную цель. Уродливую.
— Ты обещал! — истерика просто вырывается из меня. — Или ты настолько лживый?
Мерлин знает, что я несу, я не успеваю думать. Зачем я порчу и так откровенно хреновые, масочные отношения? Но раз уж все летит к чертям, то и бояться уже нечего.
Наверное, слово «лживый», а может, «обещал» все-таки пронимает его. Он сжимает кулаки и на мгновение его лицо искажается болью. И мне снова кажется, что его лицо будто пересекает трещина, это так странно…
— Хорошо, Драко, — пауза, — сегодня в семь…
Да. Вот так-то лучше, Поттер, так-то лучше.
Он сам выбирает бар: маленький, мрачный, не шумный.
Мы садимся за столик в уголке и оказываемся почти в полной темноте.
Страница 31 из 88
