Бездна взывает к бездне

— Ого, — я правда потрясен, — не думал, что ты любишь фильмы.

— Очень люблю, Гарри, — хмыкает и щурится — Сходим вместе?

И, конечно же, я не могу отказаться.

Я беру два билета на одиннадцать тридцать пять, и Драко очень широко улыбается, когда я машу ему ими.

— Ты в порядке? — что-то не нравится мне эта его улыбка.

— Да, да, — быстро кивает, — все просто отлично, жду не дождусь, когда буду смотреть кино!

Удивительно, но он даже не спросил меня, что за фильм. И вообще, до этого он смотрелся довольно забавно возле больших баннеров, которые он рассматривал, почесывая подбородок. Одетому в строгий черный костюм, ему таки не место в кино.

Поправляю теплый свитер и снова цепляюсь к нему:

— Ты точно в порядке? — мне все же кажется, что он заболел, но Драко лишь отмахивается от меня, немного нервно.

Люблю занимать места ровно по центру зала (там лучший обзор и лучший звук), и в этот раз мы с Драко усаживаемся в «золотую середину». Я молча утыкаюсь в черный экран, на котором вот-вот появится реклама, а Драко принимается вертеться, и, в конце концов, когда гаснет свет, он выдает:

— А что, все парочки садятся в конце? — нет бы спросить меня, на какой фильм он пришел.

Я едва оборачиваюсь и вижу, что там уселись четыре пары, которые весь просмотр будут целоваться и шептаться.

— Да, места для поцелуев, — отвечаю, и тут же на экране начинают крутить рекламу.

— То есть мы будем смотреть фильм, а они будут целоваться? — Драко хмыкает, — надо было и нам взять места в поцелуях.

Вся интонация его показывает, что он шутит, но черт, что он несет?! Я недоверчиво кошусь на него какое-то время, прежде чем снова вернуться к просмотру рекламы.

«Бойцы, вы должны будете десантироваться туда…»

PОV Драко

Мозес написал мне уже утром в субботу и пригласил в министерство для беседы по поводу работы. Это было первое по-настоящему счастливое утро в Лондоне с самого момента возвращения моего в родную Англию.

Конечно, мы договорились быстро, хотя с бумагами возникли небольшие трудности, которые он обещал со временем уладить.

В первый же день я понял, что все не так легко как могло казаться, на деле я помощник одного мелкого аналитика, но выходит так, что этого мистера Онли за неделю я ни разу не видел, а вот поручения Мозеса выполнял только так. Это мелкие задания из разряда: «отнеси это туда», «перебери вот это вот так», и «подпиши вот эту стопочку». Но понемногу он вводит меня в курс финансовых дел, рассказывая, у кого какие кошельки и кто как ими управляется.

Все это значит, что с Мозесом мы сработаемся, хоть это и не так легко и престижно на первый взгляд.

Я помню, как в среду между нами состоялся такой диалог:

— Можно я передохну пару минут? — я отложил стопку заявлений на предоставление суммы.

— Нет, — он улыбнулся. — Ты не проработал и трех часов подряд.

— Но мне надо в туалет, — соврал я, даже не краснея.

— Нет, — он опять улыбнулся и потянулся за обычными сигаретами.

— Мне надо зайти к Гарри, пока есть возможность его поймать, — в конце концов, честность это последняя надежда.

— А, ну иди, конечно, чего сразу-то не сказал, — Мозес согласился так легко, что я подумал, это шутка. Но, когда я встал и вышел, он ничего не сказал, и когда вернулся от Поттера, он лишь спросил, как у того дела.

«Бойцы, вы должны будете десантироваться туда…» — так громко вещает некто с экрана, что я опасаюсь, как бы у меня не взорвался мозг и не вытек через уши. И я вообще не пойму, это уже фильм, или что это за нарезки такие? Типа приглашения на другие фильмы?

Если честно, я очень доволен собой, по тому факту, что еще держу себя в руках. Во-первых, я ненавижу фильмы, отвратительное маггловское производство. Во-вторых, я легко заставил Гарри взять меня с собой, пафосно и вовремя продекламировав речь Блейза, который не так давно вздумал защищать кино. И, в-третьих, чертов Поттер так и побуждает меня напасть на него прямо здесь.

Он так заманчиво расслабился, что у меня чешутся руки, то ли избить его, то ли просто потрогать. В общем, не знаю что, но определенно что-то мне с ним хочется сделать.

Изначально, мне казалось, что он показательно расслабился и все еще держит ухо востро, следя за мной. По крайней мере, когда он отталкивал меня от себя, я мог понять смысл его действий, и все было логично. Он чувствовал и знал все мои планы, и поэтому не отвечал на мои послания и сухо здоровался.

Но вот потом, когда он начал играть со мной в примерную дружбу… Я правда подумал, что он просто вступил со мной в новую игру, по новым правилам, пока в баре я не понял, что он действительно потерял нюх! Это очаровательно и прекрасно, зверь наконец уснул, полностью потеряв бдительность, и я могу делать все, что захочу!