Бездна взывает к бездне

Козел, не берегущий мое нажитое непосильным трудом имущество!

Не успеваю добраться до палочки, как начнают настойчиво трезвонить в дверь. Да что же это за мука?! Где Мерлин?!

— Да хватит! Ползу я! — морщусь от боли в ноге.

Открываю дверь, кое-как отыскав ключи на полу, и удивляюсь сверхмерно Её появлению.

— Эм… — совсем не знаю, что ей сказать.

— Блейз Забини? — спрашивает она, хотя очевидно, что меня узнала.

Киваю и пропускаю ее внутрь, а то неприлично как-то саму Джинни пока еще Уизли держать на пороге.

— Не знаю, кого вы ищете, но тут, кроме меня, никого нет, — а голова все же побаливает после вчерашнего. Не так сильно, как могло бы, но все же я не свежий огурчик.

— А кто был ночью? — она смотрит на меня так внимательно своими карими глазами, что мне приходится ей соврать — я не хочу, чтобы она плакала. А по ней видно, что она не спала, а мучилась.

— Я был в баре, а когда пришел, Драко уже спал, — пожимаю плечами и спохватываюсь от того, что стою перед ней в одних трусах. Совсем не помню, как добрался до постели, и вполне естественно, что Драко меня переодевать не стал, если это вообще он меня раздел, а не я сам на автопилоте. — Когда я проснулся, он уже ушел на работу.

Она кивает, и я вижу, как блуждает ее взгляд. Вот она смотрит на мою валяющуюся мантию, вот на мешок с мусором, который я вчера забыл вынести, а Драко утром тоже не прихватил. Теперь она смотрит на следы крови на полу, на мою пораненную ногу, и пробегается взглядом по моему телу в одних трусах.

Мне становится неловко, Мерлин, кажется, только сейчас я осознаю, какой конченый неудачник. Представляю, как выглядит мое помятое лицо, Поттер себе такого, наверное, не позволяет.

Хочется, чтобы она ушла, и я наконец уладил свои проблемы и, забыв про жизненное дерьмо, пошел на тухлую работу. Это из-за Драко я все время страдаю.

Только вот она уходить не собирается. Ничего не говоря, достает палочку, и я даже не успеваю возмутиться, как она нацеливает ее на мою стопу. Все порезы тут же затягиваются. Ей даже не нужно произносить заклинания.

— Спасибо, — я ей правда благодарен, — а то больно было.

Мне даже показалось, что она улыбается, но все же лицо ее остается таким же трагическим, каким было, когда я открыл дверь.

Пока я не знаю, что делать дальше, она с помощью магии убирает следы крови на полу и уже руками вешает мантию на крючок.

Я не успеваю поблагодарить и за это, как она снимает свою мантию и вешает ее рядом. Скидывает сапоги и проходит внутрь, с любопытством оглядываясь.

— Чаю? Или… пива? — хочется отрезать себе язык! Это мне нужно пиво, а она наверняка не пьет.

— Чаю, — даже не смотрит на меня, подходит к полке и берет с нее колдографию в черной рамке. — А кто это?

— Это я с Бетти, мы тогда с ней неплохо трах… Моя бывшая-до-бывшая девушка, — что я несу?

Чтобы больше не говорить ерунды приличной и известной Джинни Уизли, спешу ретироваться на кухню и чуть снова не вляпываюсь в осколки. Блять, так и не убрал ведь!

Разворачиваюсь, чтобы взять-таки палочку, как чуть не впечатываюсь в другую остроту — она рядом. И выглядит уже более-менее нормально.

Заглядывает мне через плечо, привставая на носочки, и говорит:

— Я уберу, — уходит в коридор и возвращается с палочкой, чтобы за секунду избавиться от напасти.

Мы заходим на кухню, когда я думаю, что мне надо хотя бы надеть штаны, а она смотрит на гору посуды в раковине. Какая стыдоба! А еще на столе пролитое пиво дополняет антураж.

— Эм… — чешу затылок в растерянности.

— Мистер Забини, оденьте штаны, а я пока приберусь и налью нам чай.

— Но… вы же гость, а эт…

— Оденьте штаны, — она грозная, и у меня сразу вся растерянность пропадает.

Ухожу к себе в комнату и одеваю домашние штаны, немного растянутые на коленках, правда, но еще довольно приличные, серые.

Когда я возвращаюсь на кухню, она уже сидит за чистым столом, и напротив нее две чашки чая.

В раковине заколдованная мочалка моет посуду, и я убеждаюсь в том, что в бытовых заклинаниях она гораздо лучше меня. Хотя тут лучше быть не сложно, так как я в этом полный профан. И Драко, к слову, тоже.

Сажусь рядом, стол небольшой совсем, максимум для троих, и пододвигаю к себе чашку с довольно ароматным чаем. Интересно, кто его купил?

Вообще, мне бы лучше выпить пивка, чтобы прошла голова, но раз уж я забыл ее предупредить, что чай не буду, то теперь поздно отказываться.

— Я извиняюсь за… бардак, — это еще мягко сказано — бардак. Да тут у меня образцовый свинарник.

— Ничего страшного, — она опускает глаза и делает глоток чая, — в конце концов, я незваный утренний гость.

Какое-то время мы пьем пустой чай в тишине, и у меня странно проходит голова.