На трибунах

На трибунах

За полчаса до квиддичного матча в дверь Гермионы постучали. Она, как обычно по субботам с утра, читала в кровати. Девушка открыла. За дверью стояли Фред с Джорджем.

— Чем могу помочь? — спросила она с робкой улыбкой, стесняясь своей пижамы: стоял полдень.

— Мы идем с тобой на квиддич, Грейнджер. Не помнишь? Одевайся, ждем, — усмехнулся Фред.

— Ребята, сегодня играют Слизерин с Рейвенкло. Нам обязательно смотреть? К тому же, вы не говорили, что возьмете меня с собой.

— Грейнджер, нам за соревнованием надо следить. Будет весело, к тому же ты обычно с нами на игры не ходишь — мы ведь в команде. Хочется услышать твое мнение, — ухмыльнулся Джордж.

— Что-то я сомневаюсь. Подождите в гостиной, пока собираюсь. Извращенцы. Десять минут, — Гермиона выставила братьев за дверь, закрывая ее.

Ровно через десять минут Гермиона появилась в гостиной, и троица отправилась на стадион. Они заняли верхнюю трибуну сектора Рейвенкло.

— Кто угодно, только не Слизерин, да? — Фред поддел Гермиону локтем под ребра. Она кивнула, туже обматывая вокруг шеи шарф.

Спустя полчаса игра шла во всю, но день выдался холодным, поэтому болельщиков было намного меньше обычного. Джордж набросил шерстяное одеяло на колени всех троих. К удивлению Гермионы рядом с ними никто не сидел: во время матчей Гриффиндора зрителей набивалось как селедок в бочку.

— Теплое, — сказала она, когда Уизли накрыл ее одеялом.

— Замерзла? — спросил Джордж. — Хочешь, согрею? — он принялся растирать ноги Гермионы, чтобы к ним прилила кровь, а Фред приобнял ее за плечи, просовывая руку под шарф, в горловину куртки, под рубашку и, наконец, в лифчик, обхватывая ее грудь, скрытую многочисленными слоями одежды.

Прошло несколько недель, а Уизли с Грейнджер так и сидели вместе на уроках МакГонагалл, и Гермиона совершенно не могла заниматься. Если близнецы ее не ласкали, она страстно желала, чтобы они этим срочно занялись; а если ласкали, то думать ни о чем другом она была уже не в состоянии. И хорошо, и плохо одновременно. Иногда парни шлепали ее по заднице в коридоре, или просовывали свои руки ей между ног за обеденным столом в Большом зале, но об отношениях никому не говорили. О публичных, в какой-то степени, отношениях. Никому. От этого Гермиону бросало в сладкую дрожь.

Теперь все снова повторялось на трибунах. Она должна была это предвидеть, когда братья за ней зашли, но думала, что без прикрытия в виде стола, трогать ее они не осмелятся. А они осмелились.

Пальцы Фреда пощипывали и дразнили сосок Гермионы, в то время как холодная рука Джорджа возилась с молнией и пуговицей на ее штанах. На уроки трансфигурации девушка ходила исключительно в юбке, но погода не радовала теплом, поэтому она надела брюки. Пальцы Джорджа, справившись с ширинкой, скользнули внутрь, под нижнее белье, и принялись массировать клитор. По просьбе близнецов, изложенной в непристойной записке на занятии, Гермиона недавно сбрила волосы в паху, но Джордж сегодня первый раз касался ее гладкого лобка.

— Фред, она побрилась, — в полголоса заметил он.

— Правда? — Фред поднял глаза на девушку, а его член дернулся. — Умница, — и ущипнул ее сосок. Гермиона с трудом сдержалась, чтобы не дернуться и не застонать. Они все-таки находились в людном месте и любой зритель, направив бинокль на верхнюю трибуну, мог бы понять, чем они занимаются. Поэтому девушка старательно делала вид, что следит за игрой.

— Испорченная девчонка, — подтвердил Джордж. Гермиона расстегнула молнию на его штанах, просовывая руку в трусы и принимаясь поглаживать его член. Сейчас это ей казалось самым очевидным действием.

Джордж вознаградил энтузиазм Гермионы, мучительно снижая темп своих движений, играя с ее промежностью, его пальцы ныряли внутрь, выныривали обратно, небрежно задевали клитор. Гермиона боролась с отчаянным желанием податься навстречу его руке. Ее смазка сочилась по гладковыбритой коже, по руке Джорджа, впитываясь в тонкую ткань хлопкового белья.

Фред остался несколько в стороне от происходящего. Гермиона видела, как подрагивает его возбужденный член, требуя внимания, он тяжело дышал, отчаянно перебирая пальцами ее сосок. Девушка хотела помочь, но в данный момент ее руки были заняты Джорджем, и она знала, что он не даст ей кончить, пока не кончит сам. Затем она заметила, как Фред принялся дрочить сам себе, наблюдая за тем, как его близнец трахает Гермиону пальцами. Мышцы между ног девушки непроизвольно сжались, когда она это осознала.

— Да, милая, вот так, — низким голосом произнес Джордж, пока Гермиона его ласкала. — Да, … лять.

Она ускорилась — ускорился и он за несколько секунд до оргазма. Девушка чуть не упала со скамьи, пытаясь как можно глубже насадиться на его пальцы, Уизли кончил тихо, только застонал вполголоса, не желая привлекать всеобщее внимание.