У меня в распоряжении были глюченный комп, тазик оливье, детское шампанское, сетка мандаринов, четыре гирлянды, искусственная ёлка, десяток ёлочных игрушек, пачка бенгальских огней и шикарные планы на праздник. Но когда тебе с какой-то борозды прилетает тупым предметом по башке, а потом ты приходишь в себя в незнакомом доселе месте, приходится на ходу менять планы и пожелания.
Добавить в моё избранное
70 мин, 16 сек 4988
Я же должна знать, почему меня боится сама гроза всех почек человечества! — но я была настойчивей и упёртей.
И, вот, только Джек хотел поведать мне эту тайну, священную, как грааль с молоком упоротого кокоса с радужной примесью на закате, как…
— Я нашел лестницу! — в комнату радостно ворвался Бен. Твою мать… Что б тебя!
— Ну, вот и отлично! — подскочил обрадованный такому повороту событий Джек, сразу принимая у Бена стремянку и таща к ёлке. — Давайте уже наряжать, пока нам втык не вставили!
Ну, вот, вроде, Безглазик перестал меня шугаться. И это уже хорошо.
Бен, отдав нам нашу прелесть, полетел украшать соседнее окно, а Джек залез на лестницу с мишурой. Мне было поручено держать основания стремянки, чтобы он не грохнулся.
Как вдруг, мне приспичило докопаться-таки до Бена.
— Наркомаш, наш разговор не окончен… — протянула я, напоминая Бену о так стремительно ускакавших от меня ответов на фигову тьму вопросов.
— А, ты об этом… — пропыхтел сосредоточенный на закидывании на гардину дождика Бен. — Ну, в общем, всё очень просто: Чем нам ещё заниматься, кроме нашей… так скажем, основной деятельности?… Правильно, нечем. А, учитывая то, что после этой «основной деятельности» нужно ещё и, по-хорошему, залечь на дно, представь, как нам скучно! Вот, мы и развлекаемся, как можем. В этом году решили разбежаться по разным странам, отпраздновать Новый Год, отдохнуть друг от друга. А многие из нас давно лелеяли грязную мечту съездить в Россию, посмотреть на гуляющих в шапках-ушанках с балалайками медведей, водки попить. Ради такого можно даже и язык выучить. Тем более, ну, скучно же, ну! Собственно, и вот, — с этими словами, эльф закрепил последний узелок из дождика, достав из зубов висящую, как сосиска, розовую гирлянду.
— О-ху-деть, — только и высказала я после небольшой паузы. — Это Спарта, господа…
— Это покруче всякой Спарты, детка. Это Россия! — расправившись уже и с гирляндой, усмехнулся Линк.
Минутку мне дали на то, чтобы всё осмыслить, и я, будучи за это благодарной, держала стремянку крепко, как верующий пост.
Но вот, с последующим следующим разговором, моя психика явно лишилась девственности…
— Ну, если тебе так интересно, то я и не только это рассказать могу, — ядовито ухмыльнулся Бен, косясь на замершего в одно мгновение Безглазого. — Хех, Джек, а ты уже рассказал ей? — когда он это говорил, то я не на шутку боялась, что харя у Линка треснет. Уж больно злорадная.
— Что рассказал? — поинтересовалась я, надеясь, что хоть Бен прольёт мне свет на тайну, священную, как грааль с молоком упоротого кокос… Ну, вы поняли.
— Бен, заткни пасть! — Джек швырнул в эльфа ёлочной игрушкой, но тот увернулся и заржал пуще прежнего, а вот первый угодил рукавом толстовки прямо в гущу еловых веток. Блин, я не уверена, чувствует ли Безглазый боль, но это, должно быть, не самое приятное ощущение. Тем более, что он там запутался к чертям.
— Значит, не рассказа-а-л… — ухмыльнулся Эльф с интересом наблюдая, как Безглазый в кипише пытается слезть со стремянки и одновременно освободить руку.
— Да что он рассказать-то должен был?! — не унималась я, тем не менее, продолжая держать лестницу.
— Я сейчас тебя на ёлку вместо звезды насажу задницей! Заткнись! — продолжал беспомощно топтаться на месте Джек. Бедолага… Надо его снимать оттуда. Но, только после того, как я узнаю тайну!
— Он ведь тебя не просто так боится…
— Так, твою дивизию, любитель интриги! Говори уже! Говори! — не выдержав, завопила я.
— Твою мать! Я спущусь и начищу тебе твою ухмыляющуюся рожу!— заорал Джек, дёргая рукав, отчего стремянка пошла ходуном, но я её чудом держала из последних сил.
— Короче, как-то на Джека совершили облаву фанатки! Зажали в угол, едва не изнасиловали и на кусочки не порвали! — заржал Бен во всю и схватился за живот. Я настолько офигела. Мне хотелось и смеяться, как скотина, представляя себе эту картину: испуганный зацелованный Джек, забившись в подворотне, осеняет толпу фанаток-маньячек крестом; и плакать, ибо, зная отбитость фанаток КрипиПасты — безжалостных машин смерти (смерти ли… ) — становится реально страшно…
Я так охренела, что отпустила стремянку…
— БЕН! ТВОЮ МАТЬ! КТО ТЕБЯ ПРОСИ…! — только и сорвалось сверху, прежде, чем слова перешли в отчаянный крик и просьбу о помощи. Безглазый с воплем полетел вниз. Он приземлился успешно.
На коробку с игрушками…
Послышались громкое кляцание и крики Джека. И Бена. И мои…
На это орёво вновь сбежались все ребята, бросив свои неотложные, как вызов скорой (а она кому-то точно понадобится), дела.
— Да что б тебя! — не выдержал Безликий. — Кристина! Ты опять накосячила?! — Слендера бомбило, как Ноев ковчег просто…
— Твою мать, больно! — вопил Джек.
— Ахаххихахих!
И, вот, только Джек хотел поведать мне эту тайну, священную, как грааль с молоком упоротого кокоса с радужной примесью на закате, как…
— Я нашел лестницу! — в комнату радостно ворвался Бен. Твою мать… Что б тебя!
— Ну, вот и отлично! — подскочил обрадованный такому повороту событий Джек, сразу принимая у Бена стремянку и таща к ёлке. — Давайте уже наряжать, пока нам втык не вставили!
Ну, вот, вроде, Безглазик перестал меня шугаться. И это уже хорошо.
Бен, отдав нам нашу прелесть, полетел украшать соседнее окно, а Джек залез на лестницу с мишурой. Мне было поручено держать основания стремянки, чтобы он не грохнулся.
Как вдруг, мне приспичило докопаться-таки до Бена.
— Наркомаш, наш разговор не окончен… — протянула я, напоминая Бену о так стремительно ускакавших от меня ответов на фигову тьму вопросов.
— А, ты об этом… — пропыхтел сосредоточенный на закидывании на гардину дождика Бен. — Ну, в общем, всё очень просто: Чем нам ещё заниматься, кроме нашей… так скажем, основной деятельности?… Правильно, нечем. А, учитывая то, что после этой «основной деятельности» нужно ещё и, по-хорошему, залечь на дно, представь, как нам скучно! Вот, мы и развлекаемся, как можем. В этом году решили разбежаться по разным странам, отпраздновать Новый Год, отдохнуть друг от друга. А многие из нас давно лелеяли грязную мечту съездить в Россию, посмотреть на гуляющих в шапках-ушанках с балалайками медведей, водки попить. Ради такого можно даже и язык выучить. Тем более, ну, скучно же, ну! Собственно, и вот, — с этими словами, эльф закрепил последний узелок из дождика, достав из зубов висящую, как сосиска, розовую гирлянду.
— О-ху-деть, — только и высказала я после небольшой паузы. — Это Спарта, господа…
— Это покруче всякой Спарты, детка. Это Россия! — расправившись уже и с гирляндой, усмехнулся Линк.
Минутку мне дали на то, чтобы всё осмыслить, и я, будучи за это благодарной, держала стремянку крепко, как верующий пост.
Но вот, с последующим следующим разговором, моя психика явно лишилась девственности…
— Ну, если тебе так интересно, то я и не только это рассказать могу, — ядовито ухмыльнулся Бен, косясь на замершего в одно мгновение Безглазого. — Хех, Джек, а ты уже рассказал ей? — когда он это говорил, то я не на шутку боялась, что харя у Линка треснет. Уж больно злорадная.
— Что рассказал? — поинтересовалась я, надеясь, что хоть Бен прольёт мне свет на тайну, священную, как грааль с молоком упоротого кокос… Ну, вы поняли.
— Бен, заткни пасть! — Джек швырнул в эльфа ёлочной игрушкой, но тот увернулся и заржал пуще прежнего, а вот первый угодил рукавом толстовки прямо в гущу еловых веток. Блин, я не уверена, чувствует ли Безглазый боль, но это, должно быть, не самое приятное ощущение. Тем более, что он там запутался к чертям.
— Значит, не рассказа-а-л… — ухмыльнулся Эльф с интересом наблюдая, как Безглазый в кипише пытается слезть со стремянки и одновременно освободить руку.
— Да что он рассказать-то должен был?! — не унималась я, тем не менее, продолжая держать лестницу.
— Я сейчас тебя на ёлку вместо звезды насажу задницей! Заткнись! — продолжал беспомощно топтаться на месте Джек. Бедолага… Надо его снимать оттуда. Но, только после того, как я узнаю тайну!
— Он ведь тебя не просто так боится…
— Так, твою дивизию, любитель интриги! Говори уже! Говори! — не выдержав, завопила я.
— Твою мать! Я спущусь и начищу тебе твою ухмыляющуюся рожу!— заорал Джек, дёргая рукав, отчего стремянка пошла ходуном, но я её чудом держала из последних сил.
— Короче, как-то на Джека совершили облаву фанатки! Зажали в угол, едва не изнасиловали и на кусочки не порвали! — заржал Бен во всю и схватился за живот. Я настолько офигела. Мне хотелось и смеяться, как скотина, представляя себе эту картину: испуганный зацелованный Джек, забившись в подворотне, осеняет толпу фанаток-маньячек крестом; и плакать, ибо, зная отбитость фанаток КрипиПасты — безжалостных машин смерти (смерти ли… ) — становится реально страшно…
Я так охренела, что отпустила стремянку…
— БЕН! ТВОЮ МАТЬ! КТО ТЕБЯ ПРОСИ…! — только и сорвалось сверху, прежде, чем слова перешли в отчаянный крик и просьбу о помощи. Безглазый с воплем полетел вниз. Он приземлился успешно.
На коробку с игрушками…
Послышались громкое кляцание и крики Джека. И Бена. И мои…
На это орёво вновь сбежались все ребята, бросив свои неотложные, как вызов скорой (а она кому-то точно понадобится), дела.
— Да что б тебя! — не выдержал Безликий. — Кристина! Ты опять накосячила?! — Слендера бомбило, как Ноев ковчег просто…
— Твою мать, больно! — вопил Джек.
— Ахаххихахих!
Страница 11 из 20
