Фандом: Самая плохая ведьма. После событий, произошедших во время родительского собрания, школа Кэкл продолжает жить своей обычной жизнью. Директриса школы пытается найти деньги на восстановление большого зала. Девочки продолжают учиться. Вскоре в школу приезжают инспекторы с очередной проверкой и именно тогда затаившееся в темноте зло снова решает проявить себя…
Добавить в моё избранное
302 мин, 10 сек 16663
Имоджен взглянула на письмо.
— Здесь и правда написано, что ты должна прибыть к десяти, хотя все остальные должны явиться к одиннадцати.
— Но почему я должна была прилететь раньше всех?
— Полагаю, мисс Кэкл хочет поговорить с тобой о том, что случилось во время родительского собрания, — ответила Имоджен. — Я как раз иду в ту сторону и могу помочь тебе с вещами.
В лаборатории зелий Констанс вздохнула, услышав в коридоре знакомые шаги. Хотя она уже почувствовала чье-то присутствие в школе, этот звук совершенно точно свидетельствовал о возвращении, по крайней мере, одной ученицы. Скоро школа окончательно проснется, и привычный распорядок дня будет восстановлен. В то же время, возвращение замка к привычной жизни, будет свидетельствовать об окончании ее тихого и спокойного отдыха. У нее больше не будет возможности экспериментировать в составлении сложных зелий, потому что такую работу невозможно было проделывать в присутствии учениц, которые норовили сунуться в каждый котел, что в свою очередь легко могло привести к посинению любопытных носов, или выпадению волос.
Констанс оглянулась и посмотрела на ингредиенты, которые все еще лежали на столе. Пора было заканчивать с этим зельем и убирать все это подальше от шаловливых ручек и посторонних глаз. Она закрыла блокнот и размяла пальцы. Медлить было нельзя, потому как ученицы могли появиться в любой момент. Констанс подняла руки, готовясь применить заклинание, и уже почувствовала знакомое покалывание магии на кончиках пальцев, но внезапно стиснула кулаки и опустила руки.
«Уборку вполне можно сделать и не прибегая к помощи магии», — сказала она себе, стараясь не обращать внимание на пульсирующую головную боль, которая досаждала ей всю последнюю неделю.
Милдред уселась на краешек стула в кабинете мисс Кэкл, наблюдая, как директриса перебирает стопку писем, видимо, ища какое-то конкретное. Девочку часто вызвали в этот кабинет в течение двух последних лет, так что она больше не чувствовала необходимости глядеть по сторонам и читать названия книг, стоящих в книжном шкафу. Милли помнила каждую безделушку, стоящую на полке и помнила каждый ранг, который был перечислен на сертификатах, висящих на стенах. И, тем не менее, она чувствовала себя очень не комфортно, сидя напротив мисс Кэкл. Не то, чтобы она боялась мисс Кэкл. Просто стул, на котором она сидела, казался ей крайне неудобным. Мисс Хардбрум здесь не было, но дискомфорт ощущался все равно.
— Ах, Милдред, — сказала мисс Кэкл, наконец находя нужное письмо и взглянув на девочку поверх очков. Она увидела беспокойство на лице ученицы и улыбнулась. — Не волнуйся. У тебя не будет никаких неприятностей. — После этих слов директриса заметила, что плечи девочки чуть-чуть расслабились. — Я просила тебя прибыть немного раньше остальных, так как хотела иметь возможность поговорить с тобой о том, что произошло во время родительского собрания.
Амелия увидела, как девочка снова напряглась.
— А что сказала мисс Хардбрум? — спросила она.
Директриса вздохнула. Она надеялась, что Милдред не задаст этот вопрос.
— Неважно, что сказала мисс Хардбрум, — ободряюще сказала Амелия. — Я хочу услышать от тебя о событиях того вечера. — Мисс Кэкл видела, как Милдред склонила голову, теребя свои косички. Женщина снова обнадеживающе улыбнулась. — Только не торопись, дорогая.
— Я знаю, что все случившееся — моя вина, — начала Милдред, но мисс Кэкл покачала головой.
— Давай не будем беспокоиться о том, кто первый применил заклинание, — сказала директриса. — Речь идет не о перекладывании вины. Мне просто нужно составить четкую картину того, что произошло, чтобы я могла подготовить доклад для Гильдии ведьм.
Глаза Милдред испуганно расширились.
— Гильдия ведьм? — пролепетала она. — Неужели им действительно нужно знать?
Мисс Кэкл кивнула.
— Я собираюсь попросить их одолжить денег на восстановление Большого зала, а так же я уверена, что некоторые родители обратились с просьбой объяснить, что произошло, не только ко мне.
Милдред заерзала на своем стуле, не зная, что сказать.
— Просто расскажи мне, что произошло после того, как мисс Хардбрум применила замораживающее заклинание, — попросила Амелия.
Милдред пожала плечами и посмотрела на свои ноги.
— Я знаю, что мисс Хардбрум почувствовала присутствие какого-то магического существа в воздухе.
Амелия попыталась дальше разговорить Милдред.
— И что случилось потом? — Она увидела, как Милдред снова нерешительно пожала плечами. — Милдред! — снова позвала директриса, но ученица лишь покачала головой, и сморгнула слезы, которые уже успели скопиться в уголках ее глаз. — Все в порядке, Милдред, — мягко сказала мисс Кэкл. — Давай пока оставим это, но я хотела бы вернуться к этому разговору, когда ты немного успокоишься.
Милдред медленно кивнула, вытирая глаза.
— Здесь и правда написано, что ты должна прибыть к десяти, хотя все остальные должны явиться к одиннадцати.
— Но почему я должна была прилететь раньше всех?
— Полагаю, мисс Кэкл хочет поговорить с тобой о том, что случилось во время родительского собрания, — ответила Имоджен. — Я как раз иду в ту сторону и могу помочь тебе с вещами.
В лаборатории зелий Констанс вздохнула, услышав в коридоре знакомые шаги. Хотя она уже почувствовала чье-то присутствие в школе, этот звук совершенно точно свидетельствовал о возвращении, по крайней мере, одной ученицы. Скоро школа окончательно проснется, и привычный распорядок дня будет восстановлен. В то же время, возвращение замка к привычной жизни, будет свидетельствовать об окончании ее тихого и спокойного отдыха. У нее больше не будет возможности экспериментировать в составлении сложных зелий, потому что такую работу невозможно было проделывать в присутствии учениц, которые норовили сунуться в каждый котел, что в свою очередь легко могло привести к посинению любопытных носов, или выпадению волос.
Констанс оглянулась и посмотрела на ингредиенты, которые все еще лежали на столе. Пора было заканчивать с этим зельем и убирать все это подальше от шаловливых ручек и посторонних глаз. Она закрыла блокнот и размяла пальцы. Медлить было нельзя, потому как ученицы могли появиться в любой момент. Констанс подняла руки, готовясь применить заклинание, и уже почувствовала знакомое покалывание магии на кончиках пальцев, но внезапно стиснула кулаки и опустила руки.
«Уборку вполне можно сделать и не прибегая к помощи магии», — сказала она себе, стараясь не обращать внимание на пульсирующую головную боль, которая досаждала ей всю последнюю неделю.
Милдред уселась на краешек стула в кабинете мисс Кэкл, наблюдая, как директриса перебирает стопку писем, видимо, ища какое-то конкретное. Девочку часто вызвали в этот кабинет в течение двух последних лет, так что она больше не чувствовала необходимости глядеть по сторонам и читать названия книг, стоящих в книжном шкафу. Милли помнила каждую безделушку, стоящую на полке и помнила каждый ранг, который был перечислен на сертификатах, висящих на стенах. И, тем не менее, она чувствовала себя очень не комфортно, сидя напротив мисс Кэкл. Не то, чтобы она боялась мисс Кэкл. Просто стул, на котором она сидела, казался ей крайне неудобным. Мисс Хардбрум здесь не было, но дискомфорт ощущался все равно.
— Ах, Милдред, — сказала мисс Кэкл, наконец находя нужное письмо и взглянув на девочку поверх очков. Она увидела беспокойство на лице ученицы и улыбнулась. — Не волнуйся. У тебя не будет никаких неприятностей. — После этих слов директриса заметила, что плечи девочки чуть-чуть расслабились. — Я просила тебя прибыть немного раньше остальных, так как хотела иметь возможность поговорить с тобой о том, что произошло во время родительского собрания.
Амелия увидела, как девочка снова напряглась.
— А что сказала мисс Хардбрум? — спросила она.
Директриса вздохнула. Она надеялась, что Милдред не задаст этот вопрос.
— Неважно, что сказала мисс Хардбрум, — ободряюще сказала Амелия. — Я хочу услышать от тебя о событиях того вечера. — Мисс Кэкл видела, как Милдред склонила голову, теребя свои косички. Женщина снова обнадеживающе улыбнулась. — Только не торопись, дорогая.
— Я знаю, что все случившееся — моя вина, — начала Милдред, но мисс Кэкл покачала головой.
— Давай не будем беспокоиться о том, кто первый применил заклинание, — сказала директриса. — Речь идет не о перекладывании вины. Мне просто нужно составить четкую картину того, что произошло, чтобы я могла подготовить доклад для Гильдии ведьм.
Глаза Милдред испуганно расширились.
— Гильдия ведьм? — пролепетала она. — Неужели им действительно нужно знать?
Мисс Кэкл кивнула.
— Я собираюсь попросить их одолжить денег на восстановление Большого зала, а так же я уверена, что некоторые родители обратились с просьбой объяснить, что произошло, не только ко мне.
Милдред заерзала на своем стуле, не зная, что сказать.
— Просто расскажи мне, что произошло после того, как мисс Хардбрум применила замораживающее заклинание, — попросила Амелия.
Милдред пожала плечами и посмотрела на свои ноги.
— Я знаю, что мисс Хардбрум почувствовала присутствие какого-то магического существа в воздухе.
Амелия попыталась дальше разговорить Милдред.
— И что случилось потом? — Она увидела, как Милдред снова нерешительно пожала плечами. — Милдред! — снова позвала директриса, но ученица лишь покачала головой, и сморгнула слезы, которые уже успели скопиться в уголках ее глаз. — Все в порядке, Милдред, — мягко сказала мисс Кэкл. — Давай пока оставим это, но я хотела бы вернуться к этому разговору, когда ты немного успокоишься.
Милдред медленно кивнула, вытирая глаза.
Страница 3 из 89
