Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
Добавить в моё избранное
238 мин, 11 сек 17955
Игорь Александрович с любопытством на меня глядит, а затем, видя, что я не собираюсь отвечать, говорит:
— Когда-то я учился в школе — тоже в Дурмстранге. На два класса младше меня училась девочка, Аня Романова. Я был видным женихом, но мне никто не был нужен. Только она. У девочки был отец — сильный маг. У этого мага была организация, ставящая своей целью захват власти в Британии. И я знал, что он не подпустит меня к ней, если я не докажу, что чего-то стою. Тогда самым логичным способом мне показался вариант — принять Метку.
— Аня Романова? — переспрашиваю. — Это… Анна Фоминична? Но ведь она Риддл…
— Риддл. По отцу, — кивает Игорь Александрович. — По матери — Романова.
— Вы любили Анну Фоминичну? — спрашиваю совершенно идиотскую вещь.
— Любил, — соглашается директор.
— А… потом что?
— Потом… потом я долго и старательно служил Лорду. Служил, надеясь, что он позволит мне быть рядом с ней. Хотя бы увидеться. Но не увиделся. Потом Лорд умер в первый раз, меня загребли в Азкабан. И я понял, что все мои робкие надежды на встречу и какое-то счастье разбиты. Чтобы не сгнить там, рассказал все, что знал.
— Но ведь потом вы с ней встретились.
— Да. Когда приехал на Турнир. Только я потом сбежал, а она вернулась к Лорду. Впрочем, она от него и не уходила…
— Не говорите так, — возражаю. — Анна Фоминична…
— Ты же помнишь змею? — перебивает меня Игорь Александрович и зачем-то добавляет: — И я ее помню. Все годы, когда я жил с надеждой на встречу, эта клятая змея висела у Лорда на шее.
— Причем тут змея? — хмурюсь.
— Так у Анны анимагическая форма — змея, — кривится мой собеседник.
— Нет у нее никакой анимагической формы…
— Есть-есть. И именно эта змея меня и укусила. В буквальном смысле.
Не понимаю.
— Но она же сказала…
— Анна много что говорила, — фыркает Игорь Александрович и спрашивает: — Ты ей верил?
— Анна Фоминична… — с трудом говорю. — Анна Фоминична… поддерживала меня все три года, когда Лорд вынудил принять Метку…
На лице Игоря Александровича проскальзывает интерес.
Решаться рассказать трудно. Но потом я плюю на все. Какая разница, если я уже мертв?
— Если бы не она, — медленно произносит Игорь Александрович, — я бы не принял Метку. Именно она в свое время убедила меня в этом. Сказала, что без нее нам будет невозможно быть вместе. И тебя она убедила, что ты должен идти к Лорду, якобы чтобы «помогать». Только ты понимаешь, что ты больше помогал не несчастным магглам, а Лорду? Варил зелья, лечил других Рыцарей. Скольким ты помог на самом деле? И была ли это помощь?
Молчу.
— Так Дамблдор был прав, надо было сразу сказать ему… еще тогда, когда я только получил Метку…
— И что? — фыркает директор Дурмстранга. — Ты думаешь, ты ему был нужен? Дамблдору было начхать на тебя. Он бы отправил тебя в Азкабан, не задумываясь.
— Но я же спас Поттера…
— И что? У тебя была Метка, Вить. И это бы сыграло ему на руку. Да и… Даже если бы Дамблдор и согласился тебя оставить, ты бы все равно был бы вовлечен в эту войну. Только уже на стороне Дамблдора. И не факт, что ты бы прожил три эти года.
— Тогда… Гермиона… — слезы меня душат.
— И с Гермионой у тебя бы ничего не сложилось все равно, — качает головой Игорь Александрович. — Вить, ты не понял? Ты мясо. Ты был мясом у Лорда, и был бы у Дамблдора.
— Анна Фоминична говорила, что я герой, — все, что могу сказать.
— Ну конечно, она говорила, — фыркает мой собеседник. — Она и не то сказать может. Ты самый лучший, самый смелый, самый сильный. Только надо вот еще чуть-чуть, еще немножко. И все будет хорошо. Так ведь, Вить?
Холодный ветер бьет в лицо брызги.
— И я был мясом, — грустно заключает Игорь Александрович. — И тоже верил, что все будет хорошо. Только… сам видишь.
— Так значит, она не была в плену? — доходит до меня, как до жирафа. — Она могла выходить…
— … и выходила, — заканчивает директор. — И на всех ваших собраниях присутствовала. И с Лордом общалась. И зелья варила, пока ты в Хогвартсе детей лечил и Кэрроу строил. А год до этого делала вид, что на стороне Дамблдора, принося Лорду всю информацию.
— Но… но зачем?!
— Потому что кровь не вода, — Игорь Александрович встает рядом, глядя в несуществующий горизонт.
Корабль поскрипывает рядом, терпеливо дожидаясь меня.
— А почему меня встретили именно вы? — спрашиваю у директора… бывшего директора моей школы.
— Не знаю. Наверное, так было нужно.
— А… я увижу отца? — робко интересуюсь.
— Не знаю, — Игорь Александрович пожимает плечами. — Вить, я не проводник. Я такой же мертвец, как и ты. Что знаю, говорю. Что не знаю — тут уж извини.
Вспоминаю еще кое о чем.
— Когда-то я учился в школе — тоже в Дурмстранге. На два класса младше меня училась девочка, Аня Романова. Я был видным женихом, но мне никто не был нужен. Только она. У девочки был отец — сильный маг. У этого мага была организация, ставящая своей целью захват власти в Британии. И я знал, что он не подпустит меня к ней, если я не докажу, что чего-то стою. Тогда самым логичным способом мне показался вариант — принять Метку.
— Аня Романова? — переспрашиваю. — Это… Анна Фоминична? Но ведь она Риддл…
— Риддл. По отцу, — кивает Игорь Александрович. — По матери — Романова.
— Вы любили Анну Фоминичну? — спрашиваю совершенно идиотскую вещь.
— Любил, — соглашается директор.
— А… потом что?
— Потом… потом я долго и старательно служил Лорду. Служил, надеясь, что он позволит мне быть рядом с ней. Хотя бы увидеться. Но не увиделся. Потом Лорд умер в первый раз, меня загребли в Азкабан. И я понял, что все мои робкие надежды на встречу и какое-то счастье разбиты. Чтобы не сгнить там, рассказал все, что знал.
— Но ведь потом вы с ней встретились.
— Да. Когда приехал на Турнир. Только я потом сбежал, а она вернулась к Лорду. Впрочем, она от него и не уходила…
— Не говорите так, — возражаю. — Анна Фоминична…
— Ты же помнишь змею? — перебивает меня Игорь Александрович и зачем-то добавляет: — И я ее помню. Все годы, когда я жил с надеждой на встречу, эта клятая змея висела у Лорда на шее.
— Причем тут змея? — хмурюсь.
— Так у Анны анимагическая форма — змея, — кривится мой собеседник.
— Нет у нее никакой анимагической формы…
— Есть-есть. И именно эта змея меня и укусила. В буквальном смысле.
Не понимаю.
— Но она же сказала…
— Анна много что говорила, — фыркает Игорь Александрович и спрашивает: — Ты ей верил?
— Анна Фоминична… — с трудом говорю. — Анна Фоминична… поддерживала меня все три года, когда Лорд вынудил принять Метку…
На лице Игоря Александровича проскальзывает интерес.
Решаться рассказать трудно. Но потом я плюю на все. Какая разница, если я уже мертв?
— Если бы не она, — медленно произносит Игорь Александрович, — я бы не принял Метку. Именно она в свое время убедила меня в этом. Сказала, что без нее нам будет невозможно быть вместе. И тебя она убедила, что ты должен идти к Лорду, якобы чтобы «помогать». Только ты понимаешь, что ты больше помогал не несчастным магглам, а Лорду? Варил зелья, лечил других Рыцарей. Скольким ты помог на самом деле? И была ли это помощь?
Молчу.
— Так Дамблдор был прав, надо было сразу сказать ему… еще тогда, когда я только получил Метку…
— И что? — фыркает директор Дурмстранга. — Ты думаешь, ты ему был нужен? Дамблдору было начхать на тебя. Он бы отправил тебя в Азкабан, не задумываясь.
— Но я же спас Поттера…
— И что? У тебя была Метка, Вить. И это бы сыграло ему на руку. Да и… Даже если бы Дамблдор и согласился тебя оставить, ты бы все равно был бы вовлечен в эту войну. Только уже на стороне Дамблдора. И не факт, что ты бы прожил три эти года.
— Тогда… Гермиона… — слезы меня душат.
— И с Гермионой у тебя бы ничего не сложилось все равно, — качает головой Игорь Александрович. — Вить, ты не понял? Ты мясо. Ты был мясом у Лорда, и был бы у Дамблдора.
— Анна Фоминична говорила, что я герой, — все, что могу сказать.
— Ну конечно, она говорила, — фыркает мой собеседник. — Она и не то сказать может. Ты самый лучший, самый смелый, самый сильный. Только надо вот еще чуть-чуть, еще немножко. И все будет хорошо. Так ведь, Вить?
Холодный ветер бьет в лицо брызги.
— И я был мясом, — грустно заключает Игорь Александрович. — И тоже верил, что все будет хорошо. Только… сам видишь.
— Так значит, она не была в плену? — доходит до меня, как до жирафа. — Она могла выходить…
— … и выходила, — заканчивает директор. — И на всех ваших собраниях присутствовала. И с Лордом общалась. И зелья варила, пока ты в Хогвартсе детей лечил и Кэрроу строил. А год до этого делала вид, что на стороне Дамблдора, принося Лорду всю информацию.
— Но… но зачем?!
— Потому что кровь не вода, — Игорь Александрович встает рядом, глядя в несуществующий горизонт.
Корабль поскрипывает рядом, терпеливо дожидаясь меня.
— А почему меня встретили именно вы? — спрашиваю у директора… бывшего директора моей школы.
— Не знаю. Наверное, так было нужно.
— А… я увижу отца? — робко интересуюсь.
— Не знаю, — Игорь Александрович пожимает плечами. — Вить, я не проводник. Я такой же мертвец, как и ты. Что знаю, говорю. Что не знаю — тут уж извини.
Вспоминаю еще кое о чем.
Страница 70 из 71
