Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14639
Сделав глубокий вдох, Гермиона успокоила собственное волнение. Риддл откашлялся.
— Твоя широта охвата материала просто поражает, — слегка язвительно прокомментировал он.
Гермиона напоказ равнодушно пожала плечами:
— У меня были хорошие учителя.
— Магглолюбы? — уточнил он, его глаза нехорошо сверкнули.
— Практики, — скривилась Гермиона, начав подниматься по лестнице. — А библиотека одного из них так просто напичкана книгами по черной магии.
— Уж не там ли ты раздобыла описание ритуала? — слегка насмешливо предположил он.
— Точно, — подтвердила девушка. — Сейчас придем, и сам полюбуешься, что это за шедевр.
Доев лягушку, парень кивнул и, не сводя с нее внимательного взгляда, заметил:
— Странно, почему столь полезный ритуал фактически не известен?
— Я сама была удивлена, — согласилась она. — Скорее всего, потому что он крайне сложный в техническом отношении. Обычно ко времени, когда волшебники достигают подобной силы, мало кто остается девственником. К тому же, требуется высокое умение обоих партнеров. Иначе последствия могут быть катастрофическими. Только особо выдающимся магам под силу совершить подобную трансформацию.
Видя, как заблестели зелено-синие глаза, Гермиона хмыкнула про себя. О, а мы падки на лесть!
— Причем, судя по тому, с какой легкостью рассказывается о ритуале, будто о само собой разумеющимся и известном, — добавила девушка, внутренне улыбаясь, — раньше с девственностью все-таки расставались позже.
Молодые люди как раз вошли в коридор пятого этажа. И Риддл почти что неожиданно для Гермионы прижал ее к стене.
— Значит, ты чувствуешь себя особенной? — прошептал он, прожигая ее взглядом.
— Конечно! — искренне заявила девушка.
Покажите в Хогвартсе хотя бы еще одного студента-путешественника во времени? Она не просто чувствовала себя, она была особенной!
Ее полный собственного достоинства тон, видимо, впечатлил Риддла. Он улыбнулся одной из своих самых очаровательных улыбок. И прежде, чем склониться к ее губам в сладком поцелуе, заявил:
— И это совершенно справедливо.
Страстно целуя его в ответ, девушка знала, что и для него она стала особенной. По крайней мере, в том смысле, в каком выделял людей из фона закоренелый эгоист.
Но ничего, скоро добавим еще порошка сновидений, а к нему вновь шоколадку с успокаивающей микстурой… Ты должен остаться человеком, милый. К троллям хоркруксы, даешь Философский камень!
В отдалении послышались голоса, и Том с неохотой отпрянул от девушки. В какой-то момент парню даже показалось, что ему наплевать, увидит ли кто-то его обжимающимся у стены с новенькой или не увидит. В конце концов, пусть знают, что лучшая ученица Хогвартса принадлежит ему. Но с другой стороны, не дай Салазар заронить мысли, что он сам кому-то принадлежит.
Гермиона наградила его понимающей усмешкой и зашагала в сторону библиотеки. Том, помедлив, последовал за ней. Почему в ее глазах не было ни капли осуждения? Обычно все девчонки при проявлении его нежелания демонстрировать близкие отношения на людях, строили обиженные гримасы и требовали признаний в любви. От этого Том просто зверел. Кто он для них? Очередное брильянтовое украшение? И он едва сдерживался, чтобы не показать им свою кровавую оправу.
Молодые люди дошли до библиотеки и уселись в самом дальнем углу. Гермиона увеличила книгу и, раскрыв ее на нужном месте, протянула Риддлу.
Пожелтевшие страницы излучали древность, мощь и какую-то присущую только старым изданиям ауру спокойствия. Как будто они знали то, что уже давным-давно было неведомо другим.
— Магическое пособие на всю жизнь, — прочитал название Том. — Бэлфор Бейн. Так он даже не был темным магом!
— Тебя это удивляет? — слегка язвительно поинтересовалась Гермиона.
Он перевел взгляд на девушку, нахмурился. Она что, смеется над ним?
— Да, — холодно отозвался он и вновь посмотрел в книгу, открыв оглавление.
Зато теперь стало ясно, почему сей ритуал был неизвестен. Светлые, как всегда, решили скрыть свои ценности «от греха подальше». То есть подальше от таких, как он. — И напрасно. Видимо, тебе просто не попадались стоящие издания из хорошей библиотеки, — уже серьезно отметила девушка. — Хотя ритуалы и заклинания, которые описаны здесь, и светлыми полностью назвать нельзя. Вот, например, — она ткнула пальцем в одну из строчек оглавления, — Как украсть, не крадя«, ритуал по привлечению благосостояния.»
Том открыл указанную страницу и бегло пробежал по ней глазами.
— Хм, для тех, у кого времени не меряно, — с неодобрением прокомментировал он. — Если это и не светлая магия, то уж точно и не темная.
— Возможно, различий куда меньше, чем кажется, — вдруг обронила Гермиона. — Дело лишь в мотивации и намерениях. Искусство аппарировать, например, по своей сути нейтрально.
— Твоя широта охвата материала просто поражает, — слегка язвительно прокомментировал он.
Гермиона напоказ равнодушно пожала плечами:
— У меня были хорошие учителя.
— Магглолюбы? — уточнил он, его глаза нехорошо сверкнули.
— Практики, — скривилась Гермиона, начав подниматься по лестнице. — А библиотека одного из них так просто напичкана книгами по черной магии.
— Уж не там ли ты раздобыла описание ритуала? — слегка насмешливо предположил он.
— Точно, — подтвердила девушка. — Сейчас придем, и сам полюбуешься, что это за шедевр.
Доев лягушку, парень кивнул и, не сводя с нее внимательного взгляда, заметил:
— Странно, почему столь полезный ритуал фактически не известен?
— Я сама была удивлена, — согласилась она. — Скорее всего, потому что он крайне сложный в техническом отношении. Обычно ко времени, когда волшебники достигают подобной силы, мало кто остается девственником. К тому же, требуется высокое умение обоих партнеров. Иначе последствия могут быть катастрофическими. Только особо выдающимся магам под силу совершить подобную трансформацию.
Видя, как заблестели зелено-синие глаза, Гермиона хмыкнула про себя. О, а мы падки на лесть!
— Причем, судя по тому, с какой легкостью рассказывается о ритуале, будто о само собой разумеющимся и известном, — добавила девушка, внутренне улыбаясь, — раньше с девственностью все-таки расставались позже.
Молодые люди как раз вошли в коридор пятого этажа. И Риддл почти что неожиданно для Гермионы прижал ее к стене.
— Значит, ты чувствуешь себя особенной? — прошептал он, прожигая ее взглядом.
— Конечно! — искренне заявила девушка.
Покажите в Хогвартсе хотя бы еще одного студента-путешественника во времени? Она не просто чувствовала себя, она была особенной!
Ее полный собственного достоинства тон, видимо, впечатлил Риддла. Он улыбнулся одной из своих самых очаровательных улыбок. И прежде, чем склониться к ее губам в сладком поцелуе, заявил:
— И это совершенно справедливо.
Страстно целуя его в ответ, девушка знала, что и для него она стала особенной. По крайней мере, в том смысле, в каком выделял людей из фона закоренелый эгоист.
Но ничего, скоро добавим еще порошка сновидений, а к нему вновь шоколадку с успокаивающей микстурой… Ты должен остаться человеком, милый. К троллям хоркруксы, даешь Философский камень!
В отдалении послышались голоса, и Том с неохотой отпрянул от девушки. В какой-то момент парню даже показалось, что ему наплевать, увидит ли кто-то его обжимающимся у стены с новенькой или не увидит. В конце концов, пусть знают, что лучшая ученица Хогвартса принадлежит ему. Но с другой стороны, не дай Салазар заронить мысли, что он сам кому-то принадлежит.
Гермиона наградила его понимающей усмешкой и зашагала в сторону библиотеки. Том, помедлив, последовал за ней. Почему в ее глазах не было ни капли осуждения? Обычно все девчонки при проявлении его нежелания демонстрировать близкие отношения на людях, строили обиженные гримасы и требовали признаний в любви. От этого Том просто зверел. Кто он для них? Очередное брильянтовое украшение? И он едва сдерживался, чтобы не показать им свою кровавую оправу.
Молодые люди дошли до библиотеки и уселись в самом дальнем углу. Гермиона увеличила книгу и, раскрыв ее на нужном месте, протянула Риддлу.
Пожелтевшие страницы излучали древность, мощь и какую-то присущую только старым изданиям ауру спокойствия. Как будто они знали то, что уже давным-давно было неведомо другим.
— Магическое пособие на всю жизнь, — прочитал название Том. — Бэлфор Бейн. Так он даже не был темным магом!
— Тебя это удивляет? — слегка язвительно поинтересовалась Гермиона.
Он перевел взгляд на девушку, нахмурился. Она что, смеется над ним?
— Да, — холодно отозвался он и вновь посмотрел в книгу, открыв оглавление.
Зато теперь стало ясно, почему сей ритуал был неизвестен. Светлые, как всегда, решили скрыть свои ценности «от греха подальше». То есть подальше от таких, как он. — И напрасно. Видимо, тебе просто не попадались стоящие издания из хорошей библиотеки, — уже серьезно отметила девушка. — Хотя ритуалы и заклинания, которые описаны здесь, и светлыми полностью назвать нельзя. Вот, например, — она ткнула пальцем в одну из строчек оглавления, — Как украсть, не крадя«, ритуал по привлечению благосостояния.»
Том открыл указанную страницу и бегло пробежал по ней глазами.
— Хм, для тех, у кого времени не меряно, — с неодобрением прокомментировал он. — Если это и не светлая магия, то уж точно и не темная.
— Возможно, различий куда меньше, чем кажется, — вдруг обронила Гермиона. — Дело лишь в мотивации и намерениях. Искусство аппарировать, например, по своей сути нейтрально.
Страница 28 из 119
