Фандом: Гарри Поттер. По узкой безлюдной улице медленно шел странно одетый парень. Плащ (для знающих, конечно, мантия) был заляпан грязью и порван в нескольких местах.
Добавить в моё избранное
9 мин, 7 сек 208
— Итак, Рональд, я, как вы уже, наверное, догадались, начальник Отдела Тайн. Меня зовут Джейк Растин. Я хочу предложить вам заняться изготовлением хроноворотов.
Последняя фраза вызвала в Роне чувство, отдаленно напоминающее удивление.
— Я не умею. И никогда не обладал какими-то выдающимися знаниями. Вряд ли я вам подойду, — безразлично ответил он.
— Не спешите с выводами. Создание хроноворотов — наука, не требующая большого объема знаний. Тут нужно нечто другое — куда более редкое. Помните, я говорил в больнице о временном потенциале? Так вот, это своего рода способность управлять временем. Не в прямом смысле, конечно.
Рон посмотрел на собеседника слегка заинтересованно, не до конца понимая, о чем тот говорит.
— Это особый вид магии, которой заряжается песок в хроновороте. Вы когда-нибудь видели хроноворот?
Рон кивнул, вызывая из памяти образ небольшого приборчика, напоминающего золотые часы с песком.
— Хорошо, тогда вы примерно представляете, о чем мы говорим. Маги с таким потенциалом, как у вас — чрезвычайная редкость. Сейчас в секторе по изготовлению хроноворотов работает всего два человека, но даже вместе они не обладают такими сильными способностями, как вы.
— То есть вы предлагаете мне работу в Отделе Тайн. Мне? Человеку, который даже Хогвартс толком не окончил, не говоря уже о недокурсах Аврората, — Рон нахмурился, ожидая подвоха.
Мистер Растин улыбнулся и кивнул, возвращаясь к своему повествованию.
— Процесс создания одного хроноворота очень долгий и весьма энергоемкий, хотя с вашим потенциалом это будет чуть менее ощутимо. Ко всему прочему, у нас весьма высокие зарплаты — Аврорат совершенно не сравнится, — хитро улыбнулся он.
Рон пожал плечами — именно этот вопрос был ему совершенно неинтересен.
— Надо проходить какое-то специальное обучение? Сдавать экзамены?
— Нет, что вы. Обучения, как такового, нет. Вы просто будете прикреплены к одному из действующих мастеров до тех пор, пока он не решит, что вы готовы.
Рон закрыл глаза на минуту, после чего кивнул.
— Хорошо, я согласен. В любом случае, других вариантов у меня нет.
— Тогда, Рональд, вам необходимо подписать несколько документов и принести магическую клятву о неразглашении.
Пять месяцев спустя
Рон был вполне доволен своей работой — по крайней мере, она давала ему именно то, в чем он так нуждался — отсутствие сил на размышления. Поначалу всю картину портило то, что его наставником сделали Блейза Забини, который не упускал случая задеть Рона посильнее. Но вскоре он обнаружил, что взрывной раньше гриффиндорец теперь лишь безразлично отворачивался и уходил.
Постепенно Блейзу надоело сотрясать воздух, и он отстал. Через два месяца Рона допустили к самостоятельной работе, суть которой была относительно проста. Начиналось создание нового хроноворота, конечно, с зачаровывания песка.
В первые дни Рон удивлялся, почему нельзя заколдовать сразу большое количество песка, а затем засыпать его в маленькие часы. Оказалось, что каждый хроноворот работает на своей частоте. У одного оборот приравнивался часу, у другого — неделе. Ко всему прочему, магия из песка быстро выдыхалась.
Процесс зачаровывания песка был несложным, но требовал большой концентрации и внимания. Сначала надо было прочитать длинное заклинание на латыни, выводя палочкой в воздухе замысловатые фигуры, отдаленно напоминающие кельтские руны. Потом песок помещался в специальную коробочку, где проходил процесс так называемой консервации, длившийся три дня.
Потом наступала очередь стеклянных часов, на которые необходимо было наложить сеть сложных хитросплетенных заклинаний, не дающих выдыхаться магии из песка. Такие сети обычно требовали огромного потока магических сил, после чего мастер отправлялся домой на два дня — приходить в себя.
За это время заканчивались все необходимые магические процессы, и мастеру оставалось только поместить песок в часы, запечатать их магической руной и вставить в готовую конструкцию. Конструкции — единственное, что заготавливалось заранее в больших количествах. При заготовке на них наносились специальные руны, но они не приходили в действие, пока мастер не собирал все части воедино и не произносил специального активирующего заклинания.
После этого хроноворот можно было использовать. Его невозможно сжечь или разбить, при желании можно даже наложить на него чары против потери. Более того, прибор привязывался к одному волшебнику особыми чарами, и никто, кроме владельца, не имел права им пользоваться.
Они — единственный в мире сектор, занимающийся изготовлением хроноворотов — больше ни в одной стране этого не умеют. Поэтому заказы приходят со всех точек земного шара. Работы много, но после окончания изготовления одного хроноворота каждый мастер обязан провести три выходных вне работы — чтобы восстановить магические силы и не подвергать свое здоровье риску.
Последняя фраза вызвала в Роне чувство, отдаленно напоминающее удивление.
— Я не умею. И никогда не обладал какими-то выдающимися знаниями. Вряд ли я вам подойду, — безразлично ответил он.
— Не спешите с выводами. Создание хроноворотов — наука, не требующая большого объема знаний. Тут нужно нечто другое — куда более редкое. Помните, я говорил в больнице о временном потенциале? Так вот, это своего рода способность управлять временем. Не в прямом смысле, конечно.
Рон посмотрел на собеседника слегка заинтересованно, не до конца понимая, о чем тот говорит.
— Это особый вид магии, которой заряжается песок в хроновороте. Вы когда-нибудь видели хроноворот?
Рон кивнул, вызывая из памяти образ небольшого приборчика, напоминающего золотые часы с песком.
— Хорошо, тогда вы примерно представляете, о чем мы говорим. Маги с таким потенциалом, как у вас — чрезвычайная редкость. Сейчас в секторе по изготовлению хроноворотов работает всего два человека, но даже вместе они не обладают такими сильными способностями, как вы.
— То есть вы предлагаете мне работу в Отделе Тайн. Мне? Человеку, который даже Хогвартс толком не окончил, не говоря уже о недокурсах Аврората, — Рон нахмурился, ожидая подвоха.
Мистер Растин улыбнулся и кивнул, возвращаясь к своему повествованию.
— Процесс создания одного хроноворота очень долгий и весьма энергоемкий, хотя с вашим потенциалом это будет чуть менее ощутимо. Ко всему прочему, у нас весьма высокие зарплаты — Аврорат совершенно не сравнится, — хитро улыбнулся он.
Рон пожал плечами — именно этот вопрос был ему совершенно неинтересен.
— Надо проходить какое-то специальное обучение? Сдавать экзамены?
— Нет, что вы. Обучения, как такового, нет. Вы просто будете прикреплены к одному из действующих мастеров до тех пор, пока он не решит, что вы готовы.
Рон закрыл глаза на минуту, после чего кивнул.
— Хорошо, я согласен. В любом случае, других вариантов у меня нет.
— Тогда, Рональд, вам необходимо подписать несколько документов и принести магическую клятву о неразглашении.
Пять месяцев спустя
Рон был вполне доволен своей работой — по крайней мере, она давала ему именно то, в чем он так нуждался — отсутствие сил на размышления. Поначалу всю картину портило то, что его наставником сделали Блейза Забини, который не упускал случая задеть Рона посильнее. Но вскоре он обнаружил, что взрывной раньше гриффиндорец теперь лишь безразлично отворачивался и уходил.
Постепенно Блейзу надоело сотрясать воздух, и он отстал. Через два месяца Рона допустили к самостоятельной работе, суть которой была относительно проста. Начиналось создание нового хроноворота, конечно, с зачаровывания песка.
В первые дни Рон удивлялся, почему нельзя заколдовать сразу большое количество песка, а затем засыпать его в маленькие часы. Оказалось, что каждый хроноворот работает на своей частоте. У одного оборот приравнивался часу, у другого — неделе. Ко всему прочему, магия из песка быстро выдыхалась.
Процесс зачаровывания песка был несложным, но требовал большой концентрации и внимания. Сначала надо было прочитать длинное заклинание на латыни, выводя палочкой в воздухе замысловатые фигуры, отдаленно напоминающие кельтские руны. Потом песок помещался в специальную коробочку, где проходил процесс так называемой консервации, длившийся три дня.
Потом наступала очередь стеклянных часов, на которые необходимо было наложить сеть сложных хитросплетенных заклинаний, не дающих выдыхаться магии из песка. Такие сети обычно требовали огромного потока магических сил, после чего мастер отправлялся домой на два дня — приходить в себя.
За это время заканчивались все необходимые магические процессы, и мастеру оставалось только поместить песок в часы, запечатать их магической руной и вставить в готовую конструкцию. Конструкции — единственное, что заготавливалось заранее в больших количествах. При заготовке на них наносились специальные руны, но они не приходили в действие, пока мастер не собирал все части воедино и не произносил специального активирующего заклинания.
После этого хроноворот можно было использовать. Его невозможно сжечь или разбить, при желании можно даже наложить на него чары против потери. Более того, прибор привязывался к одному волшебнику особыми чарами, и никто, кроме владельца, не имел права им пользоваться.
Они — единственный в мире сектор, занимающийся изготовлением хроноворотов — больше ни в одной стране этого не умеют. Поэтому заказы приходят со всех точек земного шара. Работы много, но после окончания изготовления одного хроноворота каждый мастер обязан провести три выходных вне работы — чтобы восстановить магические силы и не подвергать свое здоровье риску.
Страница 2 из 3
