Фандом: Гарри Поттер. Негоже… э-э… шататься по Лютному переулку. Гиблое место, да! Опасное! А если кто тебя здесь увидит? — Это я сразу понял, — сказал Гарри, увернувшись от взмаха огромной ручищи. Говорю тебе, я заблудился! А ты-то что там делал?
Добавить в моё избранное
6 мин, 10 сек 186
Хагрид резко спрятал за спину сверток, который подозрительно шевелился…
Гарри нахмурился, однако уличать друга в лицемерии не стал.
— Ладно, если ты не скажешь, что видел меня здесь, то я не скажу насчёт тебя.
— Ага, дык договорились, — заулыбался Хагрид, и они тут же двинулись в сторону выхода в Косой переулок.
Отработки, на которые Гарри с Роном ежедневно вынуждены были ходить после скандала с «фордиком» мистера Уизли, напрочь отбили желание влезать в неприятности, именно поэтому Гарри игнорировал голос, который не слышал никто, кроме него. Конечно, было интересно, почему только он его слышит, но не настолько, чтобы нарываться на приключения.
Родители до сих пор не простили Рона, да и Гарри было стыдно, что он не отговорил лучшего друга от авантюры, и добровольно влезать в следующую не хотелось. Гарри долго держался, но когда в словах неизвестного зазвучали угрозы, не смог остаться в стороне.
Друзья смотрели с удивлением и недоверием, слушая сбивчивый рассказ Гарри, но он был абсолютно уверен, что ему не почудилось.
— Он сказал, что хочет убить!
— Гарри, послушай, — деловито сложив руки на коленях, Гермиона с тревогой смотрела на Поттера, — ты же сам сказал, что слышал это давно. Ничего же не случилось. Может, кто-то глупо шутил?
Он упрямо покачал головой.
— Я слышал его. Это не шутка.
— Дружище, выбрось это из головы. Наверняка это близнецы безобразничают.
Снова покачав головой, Гарри нахмурился:
— Уж их голоса я бы узнал.
Он хотел добавить, что обладатель голоса вообще непохож на того, кто способен шутить, да и убийство — не повод для шуток, но в гриффиндорскую гостиную вернулись с ужина ученики, и разговор прервался.
Следующий месяц Гарри прислушивался, присматривался, но голос молчал. Он почти забыл об услышанных угрозах, когда тот напомнил о себе.
— Уби-и-ить!
Гарри вздрогнул и завертел головой по сторонам. Кроме него в коридоре никого не было.
— Кто здесь?
— Я хочу уби-и-ить!
Голос отдалялся, и Гарри, повинуясь импульсу, двинулся следом.
Пару минут он шёл, чутко прислушиваясь, но голос умолк. Зато тело миссис Норрис всё сказало за него.
Филч едва не вцепился Гарри в горло, обвиняя в гибели своей любимицы, к счастью, подоспели профессора, и Поттер был отправлен в гриффиндорскую башню до того, как о происшествии стало известно студентам.
Отсутствие в коридорах кошки завхоза удивило многих, но Гарри не торопился удовлетворять их любопытство, предпочитая, чтобы его имя не было связанно ни с какими историями.
В следующий раз голос дал о себе знать через неделю. Гарри хотел побежать за ним, но рядом были Рон с Гермионой, и ему не хотелось, чтобы друзья сочли его сумасшедшим — пришлось сделать вид, что всё в порядке. Никто не пострадал, и Гарри усомнился в собственной правоте, но ещё неделю спустя появилась первая человеческая жертва.
Тут уж Гарри не выдержал и, ничего не сказав друзьям, поспешил к директору.
Дамблдор выслушал его внимательно, но, вместо того, чтобы тотчас же бежать искать преступника, улыбнулся и посоветовал поменьше думать о мистике. Было обидно.
Напившись чая в директорском кабинете, Гарри пообещал не лезть в неприятности и был отпущен на все четыре стороны.
— Ну и ладно, — пробурчал он себе под нос, шаркающей походкой возвращаясь в гриффиндорскую башню, — ну и пусть!
Следом за Колином Криви в Больничное крыло попал Джастин Финч-Флетчли и девочка с Равенкло, но, поскольку они были живы, хоть и окаменели, совесть Гарри не очень протестовала против бездействия.
Но когда пострадала Гермиона…
— Рон, мы должны найти виновника! — едва дверь Больничного крыла закрылась за их спинами, заявил Гарри.
И на этот раз возражений не последовало.
Неделя напряжённого прислушивания не дала ничего. Рон постоянно указывал на какие-то звуки, но каждый раз тревога была ложной. Энтузиазм Уизли быстро сошёл на нет, а вот Гарри отступать не был намерен. Смирившись, что помощи от лучшего друга не дождётся, Гарри ничего ему не говорил, выбираясь ночью в мантии-невидимке из башни.
Он постоянно зевал, жутко не высыпаясь, похудел, обзавёлся синяками под глазами, но сдаваться не планировал. Бесчувственная Гермиона лежала в Больничном крыле, и кто-то должен был за это понести наказание!
— Уби-и-ить!
Гарри подскочил и завертел головой, пытаясь определить, откуда идёт звук.
— Съесть!
Поняв, что голос движется, Гарри сделал пару шагов вправо, потом влево, и, поняв, что голос звучит тише, рванул в правый коридор. Звук шёл словно из-за стены, но Гарри был абсолютно уверен, что там нет помещений, где мог бы спрятаться преступник, но вот тайные ходы…
— Покажись! — шептал Гарри, не обращая внимания ни на что, кроме голоса.
Гарри нахмурился, однако уличать друга в лицемерии не стал.
— Ладно, если ты не скажешь, что видел меня здесь, то я не скажу насчёт тебя.
— Ага, дык договорились, — заулыбался Хагрид, и они тут же двинулись в сторону выхода в Косой переулок.
Отработки, на которые Гарри с Роном ежедневно вынуждены были ходить после скандала с «фордиком» мистера Уизли, напрочь отбили желание влезать в неприятности, именно поэтому Гарри игнорировал голос, который не слышал никто, кроме него. Конечно, было интересно, почему только он его слышит, но не настолько, чтобы нарываться на приключения.
Родители до сих пор не простили Рона, да и Гарри было стыдно, что он не отговорил лучшего друга от авантюры, и добровольно влезать в следующую не хотелось. Гарри долго держался, но когда в словах неизвестного зазвучали угрозы, не смог остаться в стороне.
Друзья смотрели с удивлением и недоверием, слушая сбивчивый рассказ Гарри, но он был абсолютно уверен, что ему не почудилось.
— Он сказал, что хочет убить!
— Гарри, послушай, — деловито сложив руки на коленях, Гермиона с тревогой смотрела на Поттера, — ты же сам сказал, что слышал это давно. Ничего же не случилось. Может, кто-то глупо шутил?
Он упрямо покачал головой.
— Я слышал его. Это не шутка.
— Дружище, выбрось это из головы. Наверняка это близнецы безобразничают.
Снова покачав головой, Гарри нахмурился:
— Уж их голоса я бы узнал.
Он хотел добавить, что обладатель голоса вообще непохож на того, кто способен шутить, да и убийство — не повод для шуток, но в гриффиндорскую гостиную вернулись с ужина ученики, и разговор прервался.
Следующий месяц Гарри прислушивался, присматривался, но голос молчал. Он почти забыл об услышанных угрозах, когда тот напомнил о себе.
— Уби-и-ить!
Гарри вздрогнул и завертел головой по сторонам. Кроме него в коридоре никого не было.
— Кто здесь?
— Я хочу уби-и-ить!
Голос отдалялся, и Гарри, повинуясь импульсу, двинулся следом.
Пару минут он шёл, чутко прислушиваясь, но голос умолк. Зато тело миссис Норрис всё сказало за него.
Филч едва не вцепился Гарри в горло, обвиняя в гибели своей любимицы, к счастью, подоспели профессора, и Поттер был отправлен в гриффиндорскую башню до того, как о происшествии стало известно студентам.
Отсутствие в коридорах кошки завхоза удивило многих, но Гарри не торопился удовлетворять их любопытство, предпочитая, чтобы его имя не было связанно ни с какими историями.
В следующий раз голос дал о себе знать через неделю. Гарри хотел побежать за ним, но рядом были Рон с Гермионой, и ему не хотелось, чтобы друзья сочли его сумасшедшим — пришлось сделать вид, что всё в порядке. Никто не пострадал, и Гарри усомнился в собственной правоте, но ещё неделю спустя появилась первая человеческая жертва.
Тут уж Гарри не выдержал и, ничего не сказав друзьям, поспешил к директору.
Дамблдор выслушал его внимательно, но, вместо того, чтобы тотчас же бежать искать преступника, улыбнулся и посоветовал поменьше думать о мистике. Было обидно.
Напившись чая в директорском кабинете, Гарри пообещал не лезть в неприятности и был отпущен на все четыре стороны.
— Ну и ладно, — пробурчал он себе под нос, шаркающей походкой возвращаясь в гриффиндорскую башню, — ну и пусть!
Следом за Колином Криви в Больничное крыло попал Джастин Финч-Флетчли и девочка с Равенкло, но, поскольку они были живы, хоть и окаменели, совесть Гарри не очень протестовала против бездействия.
Но когда пострадала Гермиона…
— Рон, мы должны найти виновника! — едва дверь Больничного крыла закрылась за их спинами, заявил Гарри.
И на этот раз возражений не последовало.
Неделя напряжённого прислушивания не дала ничего. Рон постоянно указывал на какие-то звуки, но каждый раз тревога была ложной. Энтузиазм Уизли быстро сошёл на нет, а вот Гарри отступать не был намерен. Смирившись, что помощи от лучшего друга не дождётся, Гарри ничего ему не говорил, выбираясь ночью в мантии-невидимке из башни.
Он постоянно зевал, жутко не высыпаясь, похудел, обзавёлся синяками под глазами, но сдаваться не планировал. Бесчувственная Гермиона лежала в Больничном крыле, и кто-то должен был за это понести наказание!
— Уби-и-ить!
Гарри подскочил и завертел головой, пытаясь определить, откуда идёт звук.
— Съесть!
Поняв, что голос движется, Гарри сделал пару шагов вправо, потом влево, и, поняв, что голос звучит тише, рванул в правый коридор. Звук шёл словно из-за стены, но Гарри был абсолютно уверен, что там нет помещений, где мог бы спрятаться преступник, но вот тайные ходы…
— Покажись! — шептал Гарри, не обращая внимания ни на что, кроме голоса.
Страница 1 из 2
