Дело рыжих: Джинния

— она осмотрелась. — Еще и в окружении бутылок.

Гарри снова хохотнул и приподнял руку с зажатой палочкой.

— Я всего лишь хотел призвать одну, но, наверное, что-то не то ляпнул, и сама видишь, как меня тут забросало.

— Тебе повезло, что бутылки заколдованы и не разбились. А то хорош ты был бы сейчас.

Гарри тихо хмыкнул и закрыл глаза. Некоторое время Гермиона смотрела на отражение Луны на стеклах его очков, потом глубоко вздохнула.

— Зачем ты это сделал?

Гарри отозвался не сразу.

— Что именно?

— Зачем ты дотянул до последнего? Неужели нельзя было сказать все Джинни до свадьбы вместо того, чтобы сегодня весь день изображать из себя счастливого мужа?

— Ага, значит, ты все-таки услышала. Я думал, музыка заглушила.

— Услышала что?

— Я сказал тебе, что не женат. За пару секунд до того, как ты удрала от меня в замок. Или ты о чем-то другом? — он повернул голову в ее сторону, но из-за бликов на стеклах Гермиона не видела его глаза.

— Об этом, да, но я не слышала… — озадаченно произнесла Гермиона. — Мне Джинни рассказала, и она надеется, что утром ты ей скажешь, что это все неправда.

— Не скажу.

— Так почему, Гарри?

— Из-за тебя.

Луна спряталась за тучей, и башня погрузилась в полную темноту. Лишь белоснежная рубашка Гарри едва была различима.

— Что?

Со стороны Гарри раздался шорох, и под вновь выглянувшей Луной Гермиона увидела, что он сел.

— А ты посмотри на себя.

Она немного отодвинулась от него и мельком осмотрела себя.

— Что со мной не так?

— Не так! Вся такая правильная, — громко фыркнул Гарри и принялся загибать пальцы. — Умная, понимающая, заботливая. Ты всегда меня поддерживала, всегда помогала во всем, даже, не побоюсь этого слова, защищала. Так какого хрена я должен жениться на ком-то другом, а не на тебе?

Гермиона удивленно закашлялась.

— Совсем спятил? — она достала палочку. — Давай я тебя немного приведу в чувство, а то ты по пьяни до того договоришься, что…

— Нет, жалеть о сказанном не буду, — Гарри отобрал у нее палочку и швырнул к стене. — А ты что, против?

— Да, я против такого обращения с моей палочкой.

— Я не про палочку, — ответил Гарри, поднимая одну из бутылок.

— Ну знаешь, даже Рон мне предложение романтичней делал.

— М-м, — Гарри резко отнял бутылку от губ, — забавно получается — он передумал жениться на тебе, я — на его сестре.

— Спасибо, что напомнил, — мрачно произнесла Гермиона. Гарри протянул ей бутылку. — Заодно отомстить решил?

— Знаешь же, что нет.

— В любом случае, я не согласна с тобой. То, что ты перечислил — не повод для срыва свадьбы. И когда ты протрезвеешь…

— Когда я принял это решение, я был абсолютно трезв. И я же говорил, что я страшный сон, а не муж.

— И после такого еще будешь спрашивать, против ли я? — засмеялась Гермиона.

— А тебя этим не испугать.

— И что ты предлагаешь?

— Выпить, — он пожал плечами и опять приложился к бутылке.

— Остановись уже, — Гермиона отобрала у него огневиски. — Приятно, конечно, что ты обо мне такого мнения, но это довольно неожиданно. Ты так не думаешь?

— Думаю. Я сам понял это все только сегодня утром.

— Вот и не спеши с выводами. Пойдем в гостиную, тебе определенно надо выспаться.

Гарри с трудом открыл глаза, жмурясь от яркого света. Голова предсказуемо раскалывалась, казалось, что на ней танцуют тролли. Недовольно нахмурившись, он повернулся на другой бок, машинально отворачиваясь от окна. Но солнечные лучи все равно били прямо в лицо, и к тому же что-то сильно защекотало щеку и нос. Фыркнув, Гарри сделал еще одну попытку открыть глаза, и когда они привыкли к свету, он медленно приподнялся на локте и удивленно огляделся. Теплый ветерок взъерошил челку, солнце ярко освещало всю площадку башни, а под боком лежала Гермиона, едва прикрытая каким-то светло-розовым покрывалом. Обернувшись, Гарри увидел валяющиеся брюки, но едва он до них дотянулся, Гермиона пошевелилась и открыла глаза.

— Доброе утро, — пробормотал Гарри, наблюдая, как в ее глазах исчезают остатки сна и появляется испуг.

Гермиона опустила голову и, охнув, дернула покрывало на себя, закутываясь в него по самый нос. Ее взгляд скользнул по груди Гарри вниз, к животу, но, опомнившись, Гермиона быстро отвернулась, краснея.

— Что тут было? — тихо спросила она.

Гарри натянул брюки и сел.

— У тебя несколько вариантов? — улыбнулся он, прижимая ладони к вискам.

— Какой кошмар, — шепотом протянула Гермиона. — Я ничего не помню.

— Я тоже, — вздохнул Гарри. — А жаль.

— Ты что, не протрезвел еще? — рявкнула Гермиона и запустила в него своей туфлей.