Между ненавистью и любовью тонкая грань

Оказывается отец девочки, услышал детский плачь, пусть и совсем тихий. На большое удивление девочки отец был трезв, хотя его долго не было. Обычно, после такого долгого отсутствия отца, девочка встречала его потом пьяным в стельку, он бормотал себе под нос о том, что ненавидит её всем сердцем и душой, и если бы не она, то Биилин, мама девочки, была бы жива. Естественно маленькую девчушку это задевало, после таких слов хотелось ударить отца чем — нибудь достаточно тяжёлым, но девочка крепко стиснув зубы выслушивала этот бред и шла спать.

— Что случилось, дорогая? — спросил отец, беря девочку на руки и прижимая к себе.

— Мне мама приснилась, — еле слышно прошептала Розали.

Всё, больше отцу и не надо было знать ничего. Несколько месяцев назад мистер Тейлор водил дочь к психологу, та посоветовала ему помогать дочери в психологическом смысле, с чем Джон плохо справлялся. Отец был хорошо осведомлен о ночных снах девочки, в которых была её мать и он довольно — таки хорошо знал реакцию дочери на такие сны — истерика и слёзы.

— Слушай, у меня есть подарок для тебя, — сказал Джон, после продолжительного, уже порядком затянувшегося молчания.

Отец аккуратно положил девочку на кровать, накрыв одеялом и ушёл из комнаты. Девочка позабыв про сон, с нетерпением и большим интересом смотрела на дверь и ждала отца с её подарком. Долго ждать не пришлось, отец зашёл в комнату и пройдя к кровати девочки сел на край, отодвинув одеяло.

— Что там? — с любопытством спросила девочка, уже распаковывая коробочку с подарком.

— Духи твоей мамы, она их не до конца использовала и я подумал, что этот подарок тебе придётся по душе, — задумчиво сказал мистер Тейлор.

Руки девочки остановились, так и не распаковав духи, но спустя секунды, девчушка будто очнулась. Маленькая коробочка полетела прочь вместе с обёрточной бумагой и в руках Роуз появился флакончик духов от Yves Rocher «So Elixir», даже не понюхав девочка прижала флакончик крепко к груди из глаз побежали дорожки слёз. Вот так отец и дочь просидели всю ночь. Джон рассказывал девочке о матери…

Сейчас убирая осколки, Розали вдыхала аромат и блаженство разливалось по всему телу. Собрав почти все осколки, Роуз порезалась самым последним.

— Чёрт! Ну этого стоило ожидать! — пробурчала Розали, не удивлённая тому, что порезалась.

Обработав рану, девушка довольная собой и жизнью пошла в комнату, дабы убраться там окончательно. Через пару минут в комнате было расставлено всё по местам и девушка наконец начала пылесосить, с этим заданием девушка справилась быстро и с облегчением упала на кровать. Она смотрела на потолок чёрного цвета и на ненастоящие звёздочки, которые при свете луны начинают мерцать. И её пришло в голову новое воспоминание:

— Папа, я не хочу зелёный потолок! — возмутилась Розали, встав в позу «руки — в — боки».

— Тогда розовый? — спросил Джон указывая пальцем на розовые потолочные обои.

— Ага, а ещё можно сделать розовые стены, поставить розовую кровать, розовый пол и вообще я буду жить как «Барби»?! — чуть повысив голос спросила девчушка.

Начало «войны» происходило посреди магазина для ремонта. Девочка Розали, которой уже исполнилось десять лет, спорила со своим отцом по поводу того, какой у неё в комнате будет потолок, но отец выбирал какую — то чушь, а не потолочные обои!

— Здравствуйте, я могу предложить, Вам, помощь? — спросила подошедшая к ним продавец — консультант.

— Ага, помогите моему отцу мозг вернуть, а то он у него убежал, — буркнула девочка себе под нос, но молодая девушка услышала девочку и еле подавила улыбку, вызванную словами девочки.

— Да, мы не откажемся от помощи! — спокойно ответил Джон, уже придумывая наказание дочери за сказанные слова.

— Пройдёмте за мной, я покажу, Вам, обои, очень красивые, по моему мнению.

Розали и Джон проследовали за продавцом и лишь иногда обменивались гневными взглядами, словно говоря, что продолжение ссоры по любому состоится, но только дома. Розали насупилась, отец всё ещё считал её маленькой девочкой, хотя на самом деле Роуз была очень взрослая в душе, её можно было сравнить со взрослым человеком двадцати пяти лет и знаете разницы бы почти не было. У мистера Тейлора был весьма скучающий вид, будто его вообще не интересовало всё это и ему было откровенно плевать на всё происходящее вокруг. Он не подавал виду, что зол на дочь за её слова, но внутри у него кипит буря эмоций и если девчушка позволит хоть одну язвительную фразу в его адрес, то непременно получит за это и Джону будет плевать, что вокруг прохожие.

— Вот, при лунном свете, да, и просто в темноте вот эти звёздочки, — девушка указала на ели заметные звёзды. — Горят, будто настоящие.

По Роуз было видно, что она загорелась желанием заполучить эти обои и по ночам любоваться россыпью звёзд на своём потолке.