Фандом: Ориджиналы. О деяниях блистательных правителей Скайварда, его магах и воинах, слагают легенды и поют песни. Однако в борделе обо всех этих влиятельных господах могут рассказать совсем другие, не песенные, истории.
Добавить в моё избранное
12 мин, 43 сек 351
Светленькая была еще совсем юна, а выглядела и вовсе невинным ребенком. И пока успешно отыгрывала роль испуганной девственницы.
Вот и в тот раз, следуя сценарию, она бросила на своего гостя олений взгляд из-под ресниц и опустила голову, тонкими пальчиками комкая белоснежный подол своей прозрачной невесомой рубашки. Гризли просто стоял и смотрел, выдерживая нервную, наполненную предвкушением паузу. Светленькая тихо всхлипнула, Квикер хмыкнул, сделал вперед шаг, еще один. И вот он уже с угрожающим рычанием повалил свою жертву на застиранные простыни. Кровать жалобно заскрипела.
— Пожалуйста, не надо, — привычно лепетала шлюха.
Однако вскоре ей пришлось вскрикивать от боли уже без притворства.
Намотав светлые волосы себе на руку, клиент прошептал ей на ухо перед тем, как войти:
— Хорошенько запомни этот момент, шлюха!
— … ему было мало просто оприходовать меня, — с горькой насмешкой продолжила свой рассказ светленькая, глядя мимо подруг, — он хотел показать свою власть, унизить, втоптать в грязь. Он не был столь любезен, чтобы быстро уснуть в процессе. Он не успокоился, пока не оставил метки на каждой пяди моего тела…
Нимфетка немного приспустила свое платье, чтобы показать отчетливые следы зубов у себя на плече.
— Бедненькая! — слегка фальшиво посочувствовала кошечка. Ура поморщилась.
— А еще он все говорил, что это, мол, такая честь для меня, тупой шлюхи, быть лишенной девственности таким великим воином, который со временем поимеет и Лорда Света… И сам возьмет мир за яйца! — издевательски кривляясь, закончила свой рассказ нимфетка.
— Случается, — вновь равнодушно заметила Ура, — мужчины часто любят рассказывать шлюхам о своем будущем величии. И живые — не исключение.
— Тебя, Ура, сложно удивить. Все-то ты повидала, — протянула рыженькая, — только вот никогда не рассказываешь ничего.
— Да, Ура! — подхватила нимфетка, сверкая белозубой ухмылкой, — поделись с подругами! Расскажи что-нибудь интересненькое из твоего опыта.
Ура скривилась:
— Вы же знаете, не люблю я о таком болтать…
— Ой, да чего ты боишься?! Мы же — никому… Правда, подруга? — горячо проговорила кошечка. — В конце концов, расскажи о чем-нибудь, что произошло давно. Так давно, что теперь уже ни для кого не важно.
Ура потянулась к кувшину. Ее задумчивое лицо ненадолго отразилось в изогнутой медной поверхности, моргнуло припухшим глазом и исчезло.
— Ладно! Почему бы и нет? Столько лет ведь минуло, — решилась, наконец, она. — Я расскажу вам о том, как однажды за два дня приняла у себя и Эрика Драгона, и его сына Альрека.
— Что?! — завопила кошечка. Спящий посетитель даже пробормотал какое-то ругательство сквозь сон, потревоженный.
— Я думала, Лорд Света не ходит по борделям… — шепотом заметила светленькая, смешно тараща глаза.
— Да ты сочиняешь! — запальчиво припечатала кошечка, безотрывно глядя на прихлебывающую из кружки подругу. Та невозмутимо пожала плечами:
— Не хотите, не верьте.
— Мы верим, верим, — поспешила заверить ее светленькая. — Ты рассказывай.
Ура криво улыбнулась, погружаясь в воспоминания.
В тот вечер она чувствовала себя паршиво. Сильно болел зуб сверху слева. Даже блистательный Эрик Драгон выбрал в тот вечер не ее, обозвав девушку «слишком угрюмой» и хлопнув в утешение по заднице. И увез в свою башню развлекаться и пить трех подруг Уры. А она осталась в борделе, принимая обычных клиентов.
Когда очередной, третий или четвертый по счету, клиент ушел, Ура позволила себе немного помедлить, прежде чем возвращаться в общий зал. Она перестелила смятую постель со следами мужского семени, не торопясь расчесала свои смоляные кудри. Полюбовалась новенькой золотой заколкой, подкрасила губы, накинула на плечи шелковый платок с яркими пятнами красных маков…
И вышла из игриво мерцающей в свете свечей спальни в темный коридор с царящим там извечным запахом плесени и рыскающими под ногами крысами.
Она не успела дойти до обшарпанного входа в общий зал, как услышала за спиной звук открывающейся двери. Ура обернулась, ожидая увидеть одну из своих коллег или, быть может, клиента.
В полутьме девушка не сразу разобрала, кто выскользнул из-за скрипящей двери в конце коридора. Там, как хорошо знала Ура, скрывалась комната для тайных встреч. Хозяйка борделя сдавала ее ищущим уединения парочкам.
Впрочем, уже через мгновение Ура узнала этот силуэт. Надежный плащ из крыльев, величественная корона из рогов… Драгон, это, несомненно был кто-то из Драгонов. И не девушка, как подумала было Ура. Светловолосый и худощавый подросток по имени Альрек.
Ура чуть улыбнулась ему, уже собираясь отвернуться, чтобы не смущать… Когда из общего зала вдруг раздался громкий голос:
— Я, Лорд Света, заслуживаю лучших женщин!
Вот и в тот раз, следуя сценарию, она бросила на своего гостя олений взгляд из-под ресниц и опустила голову, тонкими пальчиками комкая белоснежный подол своей прозрачной невесомой рубашки. Гризли просто стоял и смотрел, выдерживая нервную, наполненную предвкушением паузу. Светленькая тихо всхлипнула, Квикер хмыкнул, сделал вперед шаг, еще один. И вот он уже с угрожающим рычанием повалил свою жертву на застиранные простыни. Кровать жалобно заскрипела.
— Пожалуйста, не надо, — привычно лепетала шлюха.
Однако вскоре ей пришлось вскрикивать от боли уже без притворства.
Намотав светлые волосы себе на руку, клиент прошептал ей на ухо перед тем, как войти:
— Хорошенько запомни этот момент, шлюха!
— … ему было мало просто оприходовать меня, — с горькой насмешкой продолжила свой рассказ светленькая, глядя мимо подруг, — он хотел показать свою власть, унизить, втоптать в грязь. Он не был столь любезен, чтобы быстро уснуть в процессе. Он не успокоился, пока не оставил метки на каждой пяди моего тела…
Нимфетка немного приспустила свое платье, чтобы показать отчетливые следы зубов у себя на плече.
— Бедненькая! — слегка фальшиво посочувствовала кошечка. Ура поморщилась.
— А еще он все говорил, что это, мол, такая честь для меня, тупой шлюхи, быть лишенной девственности таким великим воином, который со временем поимеет и Лорда Света… И сам возьмет мир за яйца! — издевательски кривляясь, закончила свой рассказ нимфетка.
— Случается, — вновь равнодушно заметила Ура, — мужчины часто любят рассказывать шлюхам о своем будущем величии. И живые — не исключение.
— Тебя, Ура, сложно удивить. Все-то ты повидала, — протянула рыженькая, — только вот никогда не рассказываешь ничего.
— Да, Ура! — подхватила нимфетка, сверкая белозубой ухмылкой, — поделись с подругами! Расскажи что-нибудь интересненькое из твоего опыта.
Ура скривилась:
— Вы же знаете, не люблю я о таком болтать…
— Ой, да чего ты боишься?! Мы же — никому… Правда, подруга? — горячо проговорила кошечка. — В конце концов, расскажи о чем-нибудь, что произошло давно. Так давно, что теперь уже ни для кого не важно.
Ура потянулась к кувшину. Ее задумчивое лицо ненадолго отразилось в изогнутой медной поверхности, моргнуло припухшим глазом и исчезло.
— Ладно! Почему бы и нет? Столько лет ведь минуло, — решилась, наконец, она. — Я расскажу вам о том, как однажды за два дня приняла у себя и Эрика Драгона, и его сына Альрека.
— Что?! — завопила кошечка. Спящий посетитель даже пробормотал какое-то ругательство сквозь сон, потревоженный.
— Я думала, Лорд Света не ходит по борделям… — шепотом заметила светленькая, смешно тараща глаза.
— Да ты сочиняешь! — запальчиво припечатала кошечка, безотрывно глядя на прихлебывающую из кружки подругу. Та невозмутимо пожала плечами:
— Не хотите, не верьте.
— Мы верим, верим, — поспешила заверить ее светленькая. — Ты рассказывай.
Ура криво улыбнулась, погружаясь в воспоминания.
В тот вечер она чувствовала себя паршиво. Сильно болел зуб сверху слева. Даже блистательный Эрик Драгон выбрал в тот вечер не ее, обозвав девушку «слишком угрюмой» и хлопнув в утешение по заднице. И увез в свою башню развлекаться и пить трех подруг Уры. А она осталась в борделе, принимая обычных клиентов.
Когда очередной, третий или четвертый по счету, клиент ушел, Ура позволила себе немного помедлить, прежде чем возвращаться в общий зал. Она перестелила смятую постель со следами мужского семени, не торопясь расчесала свои смоляные кудри. Полюбовалась новенькой золотой заколкой, подкрасила губы, накинула на плечи шелковый платок с яркими пятнами красных маков…
И вышла из игриво мерцающей в свете свечей спальни в темный коридор с царящим там извечным запахом плесени и рыскающими под ногами крысами.
Она не успела дойти до обшарпанного входа в общий зал, как услышала за спиной звук открывающейся двери. Ура обернулась, ожидая увидеть одну из своих коллег или, быть может, клиента.
В полутьме девушка не сразу разобрала, кто выскользнул из-за скрипящей двери в конце коридора. Там, как хорошо знала Ура, скрывалась комната для тайных встреч. Хозяйка борделя сдавала ее ищущим уединения парочкам.
Впрочем, уже через мгновение Ура узнала этот силуэт. Надежный плащ из крыльев, величественная корона из рогов… Драгон, это, несомненно был кто-то из Драгонов. И не девушка, как подумала было Ура. Светловолосый и худощавый подросток по имени Альрек.
Ура чуть улыбнулась ему, уже собираясь отвернуться, чтобы не смущать… Когда из общего зала вдруг раздался громкий голос:
— Я, Лорд Света, заслуживаю лучших женщин!
Страница 2 из 4
