Фандом: Ориджиналы. Порой случайные встречи могут изменить жизнь гораздо круче, чем долго вынашиваемые планы. И бывает, что после такой встречи уже не отвертеться от своего темного, но счастливого будущего…
Добавить в моё избранное
29 мин, 44 сек 469
Сейчас всё будет хорошо, — терпеливо, как ребёнку, повторила она.
Таруг плюхнулся на диван и зашипел, когда потревоженное резким движением тело отозвалось вспышкой боли. Продышался, переварил тот факт, что Кира привела его к себе домой, даже если и собираясь потом вызвать врача, но всё равно приятно. Не испугалась же его, такого разукрашенного. На руку капнуло, орк запрокинул голову, чтобы не испачкать ковёр кровью из разбитого носа. Хотя, наверное, уже испачкал — отметелили его знатно. Если сразу после драки помогали держаться остатки адреналина и необходимость выбраться хотя бы из переулка, а потом — нежелание окончательно позориться перед Кирой, то сейчас организм решил, что норму по спасению он уже перевыполнил. Перед глазами всё плыло, в ушах звенело, ощущение времени терялось — Таруг не мог даже сказать, долго ли Кира чем-то шуршит в соседней комнате. Приходилось то и дело прикусывать губу, чтобы хоть как-то прояснить мысли, но истерзанный организм новую боль почти не замечал, и сознание норовило снова уплыть.
— Пойдём, — прошелестел рядом голос девушки. Когда она подошла, было совершенно непонятно. И куда вела — тоже. Но делала она это настойчиво.
— Вставай, ну. Тут пара шагов.
Таруг с силой зажмурился, пытаясь прояснить взгляд — не хватало ещё споткнуться обо что-то и свалиться на девушку, — и узрел какую-то фигуру со свечками и чашечками. Рефлекторно попятился: правило не лезть в магическую геометрию дед вбивал в него розгами и от всей широты орочьей души. Кира с неожиданной силой подтолкнула его, заставляя сделать последний шаг.
— Э-э-э, Кира?
— Ты же не боишься? — улыбнулась девушка, отлично зная, куда надавить. — Всё в порядке, я своё знаю!
Нет, Таруг не боялся. Он просто чувствовал себя очень, очень неуютно в центре какого-то явно ритуального рисунка.
— А может, не надо? Я так отлежусь…
— Надо, надо, — заверила его Кира, и линии, нарисованные прямо на застеленном дешёвым покрытием полу, вспыхнули неярким багровым светом.
Дальнейшее орк запомнил плохо.
Что-то трещало, горело, разбрасывая не обжигающие кожу искры. Свистело, будто ветер в неплотно прикрытом окне, подвывало почему-то Кириным голосом и вообще вело себя крайне неприлично, в какой-то момент от души приложив его по лбу вымазанной в чём-то ладонью.
И как только допрыгнуло… ла… в общем, долезло.
Потом под ним оказалась жалобно скрипнувшая кровать, и глаза окончательно закрылись.
Первым осознанным ощущением после этого был дробный стук от долбящегося в череп дятла. Таруг недовольно шевельнулся, поморщился — судя по ощущениям, это было никак не похмелье, а скорее хорошая драка. Но после драки обычно в голове не стучит, даже если кто-то хорошо приложит по черепушке. Пришлось открывать глаза.
Определить своё положение в пространстве удалось тоже не сразу: взгляд упёрся в обои, расписанные цветами, которых в общаге точно не водилось. Подушка тоже была незнакомой, да и кровать на габариты орка явно не рассчитывалась. Таруг поморщился и решил сначала выяснить, кто устроил такую безумную дробь. Где-то на середине процесса вставания с кровати догнала мысль, что отрубился он у Киры во время какого-то ритуала и либо провалялся очень долго, либо колдунство всё-таки сработало, потому что тело неохотно, со скрипом, но слушалось. И на ногах удавалось стоять даже без дружеской поддержки стены.
Стук стих, но вовсе не потому, что слегка кружащаяся голова приняла вертикальное положение. Просто где-то прекратили барабанить, а неподалёку зазвучал слегка сонный голос Киры, а потом внезапно — Рилонара. Причём у эльфа интонации были встревоженные, почти до паники. Таруг вздохнул и героически пошёл выяснять, что ещё могло произойти.
Его появление встретили затянувшейся паузой.
— Живой, — наконец с явным облегчением выдохнул эльф.
— Получилось, — деловито улыбнулась Кира.
— Рил, ты чего в двери долбишься, — Таруг оглянулся на окно, — с утра пораньше? И почему к Кире?
— С того, что тебя не было в общежитии две ночи подряд, — уже почти спокойно ответил эльф. — После того как ты ушёл за этим выродком.
— Две ночи? Вот кхырдаш, — орк поморщился. — В универе прогулы влепили, да?
Рилонар почему-то молчал, глядя на него. Потом уточнил:
— Тебя прогулы интересуют больше, чем это?
И, когда орк недоумённо нахмурился, толкнул в плечо, разворачивая к висящему на стене зеркалу, подозрительно большому для такой маленькой квартиры. Так или иначе, сейчас оно не отражало ничего особенного, если не считать орка с не до конца оттёртой кровью на физиономии и в заляпанной бурым одежде.
— Что ещё за «это»? — недовольно буркнул Таруг. — То, что меня отметелили, как подростка? Так я им тоже в ответ навешал, не сомневайся.
— Идиот.
Голос эльфа подозрительно двоился, причём эхо напоминало Киру.
Таруг плюхнулся на диван и зашипел, когда потревоженное резким движением тело отозвалось вспышкой боли. Продышался, переварил тот факт, что Кира привела его к себе домой, даже если и собираясь потом вызвать врача, но всё равно приятно. Не испугалась же его, такого разукрашенного. На руку капнуло, орк запрокинул голову, чтобы не испачкать ковёр кровью из разбитого носа. Хотя, наверное, уже испачкал — отметелили его знатно. Если сразу после драки помогали держаться остатки адреналина и необходимость выбраться хотя бы из переулка, а потом — нежелание окончательно позориться перед Кирой, то сейчас организм решил, что норму по спасению он уже перевыполнил. Перед глазами всё плыло, в ушах звенело, ощущение времени терялось — Таруг не мог даже сказать, долго ли Кира чем-то шуршит в соседней комнате. Приходилось то и дело прикусывать губу, чтобы хоть как-то прояснить мысли, но истерзанный организм новую боль почти не замечал, и сознание норовило снова уплыть.
— Пойдём, — прошелестел рядом голос девушки. Когда она подошла, было совершенно непонятно. И куда вела — тоже. Но делала она это настойчиво.
— Вставай, ну. Тут пара шагов.
Таруг с силой зажмурился, пытаясь прояснить взгляд — не хватало ещё споткнуться обо что-то и свалиться на девушку, — и узрел какую-то фигуру со свечками и чашечками. Рефлекторно попятился: правило не лезть в магическую геометрию дед вбивал в него розгами и от всей широты орочьей души. Кира с неожиданной силой подтолкнула его, заставляя сделать последний шаг.
— Э-э-э, Кира?
— Ты же не боишься? — улыбнулась девушка, отлично зная, куда надавить. — Всё в порядке, я своё знаю!
Нет, Таруг не боялся. Он просто чувствовал себя очень, очень неуютно в центре какого-то явно ритуального рисунка.
— А может, не надо? Я так отлежусь…
— Надо, надо, — заверила его Кира, и линии, нарисованные прямо на застеленном дешёвым покрытием полу, вспыхнули неярким багровым светом.
Дальнейшее орк запомнил плохо.
Что-то трещало, горело, разбрасывая не обжигающие кожу искры. Свистело, будто ветер в неплотно прикрытом окне, подвывало почему-то Кириным голосом и вообще вело себя крайне неприлично, в какой-то момент от души приложив его по лбу вымазанной в чём-то ладонью.
И как только допрыгнуло… ла… в общем, долезло.
Потом под ним оказалась жалобно скрипнувшая кровать, и глаза окончательно закрылись.
Первым осознанным ощущением после этого был дробный стук от долбящегося в череп дятла. Таруг недовольно шевельнулся, поморщился — судя по ощущениям, это было никак не похмелье, а скорее хорошая драка. Но после драки обычно в голове не стучит, даже если кто-то хорошо приложит по черепушке. Пришлось открывать глаза.
Определить своё положение в пространстве удалось тоже не сразу: взгляд упёрся в обои, расписанные цветами, которых в общаге точно не водилось. Подушка тоже была незнакомой, да и кровать на габариты орка явно не рассчитывалась. Таруг поморщился и решил сначала выяснить, кто устроил такую безумную дробь. Где-то на середине процесса вставания с кровати догнала мысль, что отрубился он у Киры во время какого-то ритуала и либо провалялся очень долго, либо колдунство всё-таки сработало, потому что тело неохотно, со скрипом, но слушалось. И на ногах удавалось стоять даже без дружеской поддержки стены.
Стук стих, но вовсе не потому, что слегка кружащаяся голова приняла вертикальное положение. Просто где-то прекратили барабанить, а неподалёку зазвучал слегка сонный голос Киры, а потом внезапно — Рилонара. Причём у эльфа интонации были встревоженные, почти до паники. Таруг вздохнул и героически пошёл выяснять, что ещё могло произойти.
Его появление встретили затянувшейся паузой.
— Живой, — наконец с явным облегчением выдохнул эльф.
— Получилось, — деловито улыбнулась Кира.
— Рил, ты чего в двери долбишься, — Таруг оглянулся на окно, — с утра пораньше? И почему к Кире?
— С того, что тебя не было в общежитии две ночи подряд, — уже почти спокойно ответил эльф. — После того как ты ушёл за этим выродком.
— Две ночи? Вот кхырдаш, — орк поморщился. — В универе прогулы влепили, да?
Рилонар почему-то молчал, глядя на него. Потом уточнил:
— Тебя прогулы интересуют больше, чем это?
И, когда орк недоумённо нахмурился, толкнул в плечо, разворачивая к висящему на стене зеркалу, подозрительно большому для такой маленькой квартиры. Так или иначе, сейчас оно не отражало ничего особенного, если не считать орка с не до конца оттёртой кровью на физиономии и в заляпанной бурым одежде.
— Что ещё за «это»? — недовольно буркнул Таруг. — То, что меня отметелили, как подростка? Так я им тоже в ответ навешал, не сомневайся.
— Идиот.
Голос эльфа подозрительно двоился, причём эхо напоминало Киру.
Страница 6 из 9
