Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
Добавить в моё избранное
373 мин, 4 сек 24011
Джону Уотсону не раз приходилось наблюдать за тем, как, сидя в креслах на Бейкер-стрит, братья Холмсы ведут лишь им понятный немой диалог, — чему он даже слегка завидовал… иногда.
Игру в молчанку обычно выигрывает Майкрофт. Не становится исключением и это утро: оценив общий задумчивый вид брата, пару-тройку взглядов исподлобья и слегка более сильное, чем обычное, нажатие вилки, Шерлок отставляет пустую тарелку и задирает подбородок.
— Если тебе так не терпится, скажи.
— Что именно, Шерлок?
— Тебе виднее… То, о чём думаешь этим утром. Что-то связанное со мной. Очевидно.
Майкрофт неторопливо доедает свою порцию яичницы с беконом и, сделав глоток сока, аккуратно ставит стакан.
— Я думаю об отчётах из Каира и сомневаюсь, что они должны интересовать тебя.
— Ну конечно, и их тексты напечатаны у меня на лбу. Стоило сочинить более убедительную ложь, Майкрофт, — криво усмехнувшись, Шерлок потирает указательным и большим пальцами глаза и долго моргает, стараясь избавиться от мутности зрения. Вроде бы удаётся, пусть голова и по-прежнему ощущается тяжёлой.
— Есть улучшения в сравнении с вчерашним днём?
— Не намного.
— Понятно… — Майкрофт несколько секунд размышляет над тем, стоит ли говорить, и всё же решается: — Полагаю, мне стоит поблагодарить тебя за то, что в свой последний визит перед падением с крыши ты ограничился причинением материального ущерба моему кабинету. Демонстративная отправка писем террористам с моего е-мэйла была лишь фикцией.
— Не припомню, чтобы ты пытался меня остановить, — Шерлок размешивает сахар в чашке и делает маленький глоток кофе, проверяя температуру. Нет, слишком горячий.
— Я признаю законность права на личную месть, если прощение невозможно.
— Если бы я хотел уничтожить твою политическую карьеру, Майкрофт, то не стал бы ждать для этого столько лет. Она мне безразлична.
— Мне ждать, что ты выберешь другой способ?
— Способ чего? — в голосе Шерлока звучат раздражённые нотки, и в комнате воцаряется тишина.
О завтраке забывают оба, увлёкшись разговором, начало которого было исключительно делом времени. Отложив салфетку, Майкрофт опирается о спинку стула, оставляя лишь кисти рук на столе и не пытаясь закрыться.
— Расплаты, — отвечает он веско, глядя Шерлоку в глаза. — За то состояние, в котором ты находишься сейчас. Дорогой брат.
На это Шерлок со вздохом вертикально ставит на стол правый локоть и упирается лбом в ладонь, закрывая глаза.
— Для людей в Скотланд-Ярде я психопат, решивший во имя славы похитить и отравить ртутью маленьких детей. Для Джона — бездушная машина. Неудобный квартирант для миссис Хадсон. Манипулятор для Молли Хупер — судя по записям в её блоге. Болван, променявший карьеру в правительстве на сомнительное детективное увлечение, для собственной матери и подделка и лжец для всего остального мира…
— Шерлок…
— Я не закончил, — Шерлок опускает руку на стол и смотрит на брата, чувствуя непривычную горечь во рту. — Какая может быть, к чёрту, месть, Майкрофт? Какая расплата? Что за чушь? Ты допустил ошибку, не приняв в расчёт одержимость Мориарти мной. Он ею воспользовался, проведя свою игру и застрелившись в финале. Конец истории.
— Но ограничения для тебя!
— Господи… Да, я лишился привычного образа жизни. На неопределённый срок. И вынужден искать снайперов и их лидера вместо грабителей и маньяков, живя в твоём доме. Всё так. Плюс неудобства физического порядка, как то необходимость спать на спине, делать всё одной рукой, терпеть уколы по утрам и ходить по стенке. Это не смертельно!
— Но и не слишком приятно.
— Определённо. Всё, что для меня важно сейчас, — моё расследование. Без него мне не вернуться на Бейкер-стрит. Поэтому прекрати выспрашивать у меня отсутствующие зловещие планы на твой счёт.
Шерлок отворачивается, обхватив правой рукой перевязанное левое предплечье.
Лицо у Майкрофта проясняется. Он разглядывает нахмурившегося брата, обдумывая его слова, и решает всё же уточнить:
— Означает ли это, что ты…
— Да! Да, я на тебя не злюсь. Нет, я не считаю, что должен тебя за что-то прощать. Раздражаешь? По-прежнему. Что ты мой брат — помню. За сидение со мной по ночам благодарен. Ещё вопросы?
— Ты повзрослел.
— Джон писал, что я становлюсь человечнее. Возможно, проявление этого ты и наблюдаешь сейчас… Если это всё, приятного дня.
Этот день Шерлок решает провести у Майкрофта в кабинете — дождавшись, когда хозяин уйдёт, естественно, и крайне неспешно дойдя до знакомой дубовой двери. Выбор именно этой просторной комнаты объясняется просто — наличием оперативного простора и чистой стены, на которую можно прикреплять кнопками бумаги.
Одна вещь заставляет Шерлока озадачиться — отсутствие ассистента.
Игру в молчанку обычно выигрывает Майкрофт. Не становится исключением и это утро: оценив общий задумчивый вид брата, пару-тройку взглядов исподлобья и слегка более сильное, чем обычное, нажатие вилки, Шерлок отставляет пустую тарелку и задирает подбородок.
— Если тебе так не терпится, скажи.
— Что именно, Шерлок?
— Тебе виднее… То, о чём думаешь этим утром. Что-то связанное со мной. Очевидно.
Майкрофт неторопливо доедает свою порцию яичницы с беконом и, сделав глоток сока, аккуратно ставит стакан.
— Я думаю об отчётах из Каира и сомневаюсь, что они должны интересовать тебя.
— Ну конечно, и их тексты напечатаны у меня на лбу. Стоило сочинить более убедительную ложь, Майкрофт, — криво усмехнувшись, Шерлок потирает указательным и большим пальцами глаза и долго моргает, стараясь избавиться от мутности зрения. Вроде бы удаётся, пусть голова и по-прежнему ощущается тяжёлой.
— Есть улучшения в сравнении с вчерашним днём?
— Не намного.
— Понятно… — Майкрофт несколько секунд размышляет над тем, стоит ли говорить, и всё же решается: — Полагаю, мне стоит поблагодарить тебя за то, что в свой последний визит перед падением с крыши ты ограничился причинением материального ущерба моему кабинету. Демонстративная отправка писем террористам с моего е-мэйла была лишь фикцией.
— Не припомню, чтобы ты пытался меня остановить, — Шерлок размешивает сахар в чашке и делает маленький глоток кофе, проверяя температуру. Нет, слишком горячий.
— Я признаю законность права на личную месть, если прощение невозможно.
— Если бы я хотел уничтожить твою политическую карьеру, Майкрофт, то не стал бы ждать для этого столько лет. Она мне безразлична.
— Мне ждать, что ты выберешь другой способ?
— Способ чего? — в голосе Шерлока звучат раздражённые нотки, и в комнате воцаряется тишина.
О завтраке забывают оба, увлёкшись разговором, начало которого было исключительно делом времени. Отложив салфетку, Майкрофт опирается о спинку стула, оставляя лишь кисти рук на столе и не пытаясь закрыться.
— Расплаты, — отвечает он веско, глядя Шерлоку в глаза. — За то состояние, в котором ты находишься сейчас. Дорогой брат.
На это Шерлок со вздохом вертикально ставит на стол правый локоть и упирается лбом в ладонь, закрывая глаза.
— Для людей в Скотланд-Ярде я психопат, решивший во имя славы похитить и отравить ртутью маленьких детей. Для Джона — бездушная машина. Неудобный квартирант для миссис Хадсон. Манипулятор для Молли Хупер — судя по записям в её блоге. Болван, променявший карьеру в правительстве на сомнительное детективное увлечение, для собственной матери и подделка и лжец для всего остального мира…
— Шерлок…
— Я не закончил, — Шерлок опускает руку на стол и смотрит на брата, чувствуя непривычную горечь во рту. — Какая может быть, к чёрту, месть, Майкрофт? Какая расплата? Что за чушь? Ты допустил ошибку, не приняв в расчёт одержимость Мориарти мной. Он ею воспользовался, проведя свою игру и застрелившись в финале. Конец истории.
— Но ограничения для тебя!
— Господи… Да, я лишился привычного образа жизни. На неопределённый срок. И вынужден искать снайперов и их лидера вместо грабителей и маньяков, живя в твоём доме. Всё так. Плюс неудобства физического порядка, как то необходимость спать на спине, делать всё одной рукой, терпеть уколы по утрам и ходить по стенке. Это не смертельно!
— Но и не слишком приятно.
— Определённо. Всё, что для меня важно сейчас, — моё расследование. Без него мне не вернуться на Бейкер-стрит. Поэтому прекрати выспрашивать у меня отсутствующие зловещие планы на твой счёт.
Шерлок отворачивается, обхватив правой рукой перевязанное левое предплечье.
Лицо у Майкрофта проясняется. Он разглядывает нахмурившегося брата, обдумывая его слова, и решает всё же уточнить:
— Означает ли это, что ты…
— Да! Да, я на тебя не злюсь. Нет, я не считаю, что должен тебя за что-то прощать. Раздражаешь? По-прежнему. Что ты мой брат — помню. За сидение со мной по ночам благодарен. Ещё вопросы?
— Ты повзрослел.
— Джон писал, что я становлюсь человечнее. Возможно, проявление этого ты и наблюдаешь сейчас… Если это всё, приятного дня.
Этот день Шерлок решает провести у Майкрофта в кабинете — дождавшись, когда хозяин уйдёт, естественно, и крайне неспешно дойдя до знакомой дубовой двери. Выбор именно этой просторной комнаты объясняется просто — наличием оперативного простора и чистой стены, на которую можно прикреплять кнопками бумаги.
Одна вещь заставляет Шерлока озадачиться — отсутствие ассистента.
Страница 9 из 112
