Работа над ошибками

Его любовь считалась греховной — и влекла за собой раскаянье и искупление. Орден хорошо постарался над ним, и, вспомнив о любви, твой друг вспомнил и о своей каре — и повторил все то, что уже совершил однажды.

— Вы не рассказали мне этого… в первый раз, — голос графа прозвучал глухо.

— В этом не было нужды. Твои воспоминания были слишком свежи, не нужно было лишний раз тревожить рану, — не отводя взгляда от потемневших глаз Дракулы, Повелитель негромко поинтересовался: — Теперь ты, наконец, откажешься от него?

— Никогда, — покачал головой вампир. — Я не отступлюсь.

— Пусть так, — Владыка едва заметно вздохнул. — Но я вернусь к вопросу о подарке. Первую причину я озвучил, теперь переходим ко второй. На самом деле я с самого начала задумал, что если ты оправдаешь мои надежды, я награжу тебя таким образом. Но ты не только оправдал, ты позабавил меня замечательным зрелищем — а такое нечасто случается. Это лишь утвердило меня в моем решении. Поэтому… вот.

Повелитель протянул руки вперед, и на них внезапно очутился небольшой плотно спеленатый кокон. Дракула кожей — или что там у его души — ощутил, как от Владыки Ада исходят волны энергии, и сероватый кокон начал менять очертания. Бесконечно долго — и почти мгновенно — длилась трансформация, закончившаяся тем, что на руках у Повелителя остался лежать крохотный младенец.

— Ребенок? — удивился Дракула.

Владыка усмехнулся.

— Узнаешь?

Графа охватил трепет. Медленно, ломко, будто марионетка, он поднялся с кресла и сделал два неровных шага в сторону Повелителя. Еще немного — и он стоит уже совсем рядом, неверяще вглядываясь в личико ребенка. Совсем маленький мальчик — Дракула в своей жизни не так много видел детей, но решил, что это дитя только недавно родилось.

— Это… — граф остановился, боясь произнести слово — то слово, которое, оказавшись ошибочным, причинило бы ему слишком много боли.

— Влад, забери у меня, наконец, своего сына, — нетерпеливо произнес Повелитель. — Знаешь, Дьявол с младенцем на руках — не самая удачная картина. К тому же это дитя не является вампиром от рождения — хотя и ребенок это тоже не совсем обычный. В любом случае, я хочу чтобы все неожиданности достались на долю счастливого отца, а то ведь я могу и передумать.

Дракула решил не проверять, осуществит ли Повелитель свою завуалированную угрозу, и поспешно взял ребенка, прижав к своей груди. Он тут же понял, о чем говорил Владыка: маленькое сердце ровно билось, отсчитывая секунды жизни этого создания.

— Я… благодарю Вас, Повелитель, — ставшими вдруг непослушными губами прошептал граф, но тот лишь отмахнулся.

— Не стоит, Влад, не стоит. Но наше время истекло — тебе пора возвращаться.

Последнее, что Дракула ощутил на Том Свете, это сильный рывок, уносящий его куда-то вверх.

Глаза Дракулы открылись и одновременно он сел на кровати.

Это была его кровать, стоящая в его собственной спальне. Он лежал на ней, полностью одетый, даже в ботинках.

А справа находилось живое существо.

Влад резко обернулся в ту сторону и встретился взглядом с широко распахнутыми синими глазами.

— Граф? — с легким недоверием произнесла Анна

Девушка глядела на то место, где стилет Ван Хельсинга вошел в грудь Дракулы. Стилет она давно вынула, но сейчас ее внимание привлекло иное: кровавое пятно, расползшееся по белоснежной рубашке, теперь прикрывал маленький ребенок, которого вампир прижимал к себе. Анна просидела здесь, возле кровати с неподвижным Дракулой все это время, никуда не отходя, и могла поклясться, что всего минуту назад никакого ребенка не было.

— Анна, — граф, казалось, пытается с ориентироваться в пространстве. Потом внезапно улыбнулся. — О тебе хорошо отзывались, — видя непонимающий взгляд, Влад пояснил: — Там. Если тебе приятно это слышать, то Повелитель не против твоего обращения… Если таковое наметится, конечно.

— О Господи… — пробормотала девушка и тут же, сбившись, покраснела: — Черт…

Дракула негромко рассмеялся.

— Милая, ты уж определись как-нибудь.

Анна промолчала, и ее брови, нахмурившись, стали похожими на изогнувшихся змеек. Мечты мечтами, но когда тебя, как котенка, тычут носом в совершенно нереальную реальность… Именно это пыталась осмыслить девушка, сидя на стуле возле кровати и решая, что же ей делать теперь. Оказывается, этот месяц она провела с самым что ни на есть настоящим вампиром, который действительно пил ее кровь. Если верить герру Стокеру, этого времени должно было хватить, чтобы превратить девушку в вампиршу, но Анна ничего похожего за собой не замечала. Хотя с другой стороны, верить книге глупо: у того же Стокера написано, что Дракулу уничтожили почти двадцать лет назад.

— Я тебя не тороплю, — из задумчивости девушку вывел голос графа. — Наоборот, я бы хотел, чтобы ты тщательно обдумала этот вопрос.