Фандом: Гарри Поттер. Стерджис Подмор пишет книгу о тех, кто ушел в Первой войне. И в очередной раз доказывает, что любовь побеждает все преграды.Стерджис Подмор знает, что он должен ее тем, кого он до сих пор считает друзьями.
Добавить в моё избранное
17 мин, 19 сек 313
Молодые люди, приглашённые на этот своеобразный мальчишник-девичник, с охотой переодевались в костюмы XII века, девушки хихикали и пытались затянуть на себе затейливые шнуровки. На той же поляне то тут, то там раздавались взрывы веселого смеха, заливались флейты, утробно завывала волынка. Все танцевали без разбору на кровную принадлежность партнера. Джонатан, помнится, выиграл у Сириуса Блэка и преподнёс зардевшейся, смущённой невесте шейный платок, изрядно смятый в пылу сражения…
И ничего этого не было теперь. Гости чинно прогуливались, элегантно и аристократично пили и ели, негромко переговаривались, образцово-показательно танцевали. Ребята жались по углам, затравленно озираясь вокруг и настороженно ощупывая палочки в карманах. Вокруг было слишком много слизеринцев, и необъявленная пока война висела в воздухе тяжелым Дамокловым мечом.
— Мне платье жмёт, — тоскливо пробормотала Белл. — И плакать хочется. Почему всё так, Джей? Почему мы должны делать всё вот так, напоказ? Мы с тобой оба чистокровны, но знаешь, лучше бы сбежали от всех них.
Хлопок аппарации повис в воздухе, и на появившуюся гостью оказались наставлены пять или шесть палочек. Воцарилась мертвая, звенящая тишина, которую разорвала невеста, бросившись вперёд.
— Марли, ты тут! — воскликнула она радостно, приблизившись к светловолосой гостье и преизрядно запутавшись при этом в ворохе пышных юбок. — Ты пришла, я рада тебя видеть!
— Да, я пришла, — ответила Марлен и неуклюже, одной рукой обняла Белл. — Поздравляю вас, ребята, будьте счастливы!
— А где?
— Она не сможет, на дежурстве осталась. Держи, она вам подарок передала. А мой — в куче других, — Марлен широким жестом указала на шатёр, где лежали аккуратно упакованные свёртки.
У Джонатана задергался глаз.
В толпе гостей меж тем уже вовсю переругивались. Кто-то поминал грязнокровок, кто-то — Тёмного Лорда, волосы Беллатрикс воинственно встопорщились и растрепались, а Сириус и вовсе поднял палочку — его матушка, кажется, что-то сказала.
Свадьба продолжалась.
Когда я прибыл на эту свадьбу, в толпе была потасовка. Все зло кричали о своих убеждениях, призывали Бога и Мерлина в свидетели, клялись Темным Лордом, что этих оскорблений просто так не оставят, и неаристократично пускали в ход кулаки и палочки.
А я подошёл к Джею и Кристабелл. Белл была бледнее своего пышного платья, а Джонатан что-то тихо ей говорил. Сам он выглядел вымотанным, под глазами темнели круги. И без того бледный, Гринграсс стал и вовсе напоминать облачённый в смокинг труп.
— Идите отсюда, — сказал я им. — Пока они не видят, идите. Это день для вас двоих, а не для политических склок.
Они ничего не ответили мне, эти чистокровные ребята, скрытные, как и все слизеринцы. Они лишь посмотрели на меня благодарно — и не сдвинулись с места.
Только покрепче взялись за руки.
Они действительно очень друг другу подходили — Эльси была самодостаточной, непредсказуемой и никогда в себе не сомневалась, а Фрэнки был любознательным до полного безрассудства, смелым и самым упорным из нас — всегда шёл до победного конца.
— Эта парочка — вторые Скарлетт О'Хара и Ретт Баттлер, — говорил Бенджи Фенвик, лучезарно улыбаясь.
И, конечно, был абсолютно прав.
— Завтра они планируют быть в Абергавенни. Соберутся в доме у Ноттов. Ожидаются Розье, Малфой и братья Лестрейнджи.
— Когда ты говоришь «Розье»…
— То имею в виду Мелламори и Айвена. Кристабелл не участвует во всем этом.
— Ты точно знаешь, Марли?
МакКиннон устало потёрла переносицу и потянулась за сигаретой.
— Точно знаю. Кристабелл и её муж не входят в эту когорту. Белл ждёт ребёнка, а Джей слишком сильно её любит, чтобы подвергать опасности. Но они лояльны к Упивающимся, потому что…
— Мелламори и Айвен — брат и сестра Белл. Ты могла бы не говорить, — Доркас брезгливо отодвинулась от сигареты и скривилась. — Убери от меня эту дрянь. Ты издеваешься?
— То, что ты бросила курить, не должно мешать дымить другим! — подал голос Карадок, полирующий свою палочку. — Это уже эгоизм.
— Это не эгоизм, а элементарное уважение к окружающим! — Доркас неприятно ухмыльнулась. — И перестань ее выгораживать! Вечно ты…. — Дори! — Эд Боунс поднялся с дивана. — Дори, перестань. Не накручивай себя и не злись. Всем тяжело. Ты привыкнешь.
— Никогда не привыкну. К трупам — никогда, — отрывисто бросила Мэдоуз и опустилась обратно на стул. — Но ты прав. Кого мы ждём, кстати? Давно пора начинать наше собрание.
— Элис ждем. И Фрэнка.
И ничего этого не было теперь. Гости чинно прогуливались, элегантно и аристократично пили и ели, негромко переговаривались, образцово-показательно танцевали. Ребята жались по углам, затравленно озираясь вокруг и настороженно ощупывая палочки в карманах. Вокруг было слишком много слизеринцев, и необъявленная пока война висела в воздухе тяжелым Дамокловым мечом.
— Мне платье жмёт, — тоскливо пробормотала Белл. — И плакать хочется. Почему всё так, Джей? Почему мы должны делать всё вот так, напоказ? Мы с тобой оба чистокровны, но знаешь, лучше бы сбежали от всех них.
Хлопок аппарации повис в воздухе, и на появившуюся гостью оказались наставлены пять или шесть палочек. Воцарилась мертвая, звенящая тишина, которую разорвала невеста, бросившись вперёд.
— Марли, ты тут! — воскликнула она радостно, приблизившись к светловолосой гостье и преизрядно запутавшись при этом в ворохе пышных юбок. — Ты пришла, я рада тебя видеть!
— Да, я пришла, — ответила Марлен и неуклюже, одной рукой обняла Белл. — Поздравляю вас, ребята, будьте счастливы!
— А где?
— Она не сможет, на дежурстве осталась. Держи, она вам подарок передала. А мой — в куче других, — Марлен широким жестом указала на шатёр, где лежали аккуратно упакованные свёртки.
У Джонатана задергался глаз.
В толпе гостей меж тем уже вовсю переругивались. Кто-то поминал грязнокровок, кто-то — Тёмного Лорда, волосы Беллатрикс воинственно встопорщились и растрепались, а Сириус и вовсе поднял палочку — его матушка, кажется, что-то сказала.
Свадьба продолжалась.
Когда я прибыл на эту свадьбу, в толпе была потасовка. Все зло кричали о своих убеждениях, призывали Бога и Мерлина в свидетели, клялись Темным Лордом, что этих оскорблений просто так не оставят, и неаристократично пускали в ход кулаки и палочки.
А я подошёл к Джею и Кристабелл. Белл была бледнее своего пышного платья, а Джонатан что-то тихо ей говорил. Сам он выглядел вымотанным, под глазами темнели круги. И без того бледный, Гринграсс стал и вовсе напоминать облачённый в смокинг труп.
— Идите отсюда, — сказал я им. — Пока они не видят, идите. Это день для вас двоих, а не для политических склок.
Они ничего не ответили мне, эти чистокровные ребята, скрытные, как и все слизеринцы. Они лишь посмотрели на меня благодарно — и не сдвинулись с места.
Только покрепче взялись за руки.
#2. Лонгботтом и Гэмп. Рабочий момент
Алиса Гэмп и Фрэнк Лонгботтом. Великие авроры, любящие супруги, прекрасные родители. Верные друзья и профессионалы. Каждый, кто знал их, подтвердит мои слова — все, вплоть до самого последнего.Они действительно очень друг другу подходили — Эльси была самодостаточной, непредсказуемой и никогда в себе не сомневалась, а Фрэнки был любознательным до полного безрассудства, смелым и самым упорным из нас — всегда шёл до победного конца.
— Эта парочка — вторые Скарлетт О'Хара и Ретт Баттлер, — говорил Бенджи Фенвик, лучезарно улыбаясь.
И, конечно, был абсолютно прав.
— Завтра они планируют быть в Абергавенни. Соберутся в доме у Ноттов. Ожидаются Розье, Малфой и братья Лестрейнджи.
— Когда ты говоришь «Розье»…
— То имею в виду Мелламори и Айвена. Кристабелл не участвует во всем этом.
— Ты точно знаешь, Марли?
МакКиннон устало потёрла переносицу и потянулась за сигаретой.
— Точно знаю. Кристабелл и её муж не входят в эту когорту. Белл ждёт ребёнка, а Джей слишком сильно её любит, чтобы подвергать опасности. Но они лояльны к Упивающимся, потому что…
— Мелламори и Айвен — брат и сестра Белл. Ты могла бы не говорить, — Доркас брезгливо отодвинулась от сигареты и скривилась. — Убери от меня эту дрянь. Ты издеваешься?
— То, что ты бросила курить, не должно мешать дымить другим! — подал голос Карадок, полирующий свою палочку. — Это уже эгоизм.
— Это не эгоизм, а элементарное уважение к окружающим! — Доркас неприятно ухмыльнулась. — И перестань ее выгораживать! Вечно ты…. — Дори! — Эд Боунс поднялся с дивана. — Дори, перестань. Не накручивай себя и не злись. Всем тяжело. Ты привыкнешь.
— Никогда не привыкну. К трупам — никогда, — отрывисто бросила Мэдоуз и опустилась обратно на стул. — Но ты прав. Кого мы ждём, кстати? Давно пора начинать наше собрание.
— Элис ждем. И Фрэнка.
Страница 2 из 5
