Carry on my wayward father

Джон раздраженно сбросил с себя покрывало, в которое до этого так тщательно закутывался, отфутболил в изножье кровати и решительно встал. Ну, во всяком случае, честно попытался. Марш-бросок до расположенного в конце коридора туалета показался в тысячу раз длиннее армейских нормативов, но Джон с мужеством его преодолел.

… Пытаясь не шуметь, чтобы не перебудить всех в доме, Джон медленно продвигался к кухне, отчаянно стараясь не наступать на скрипучие половицы — предательница-память услужливо подкидывала ему их местонахождение вместе с воспоминаниями о былом.

Голоса Дина и его ручного кровососа он услышал еще на подходе. Ранние пташки сидели за кухонным столом и подкреплялись: Дин чашкой крепкого кофе, что поставил перед ним радушный хозяин, и пирогом, а Бенни — консервированной кровушкой из пакета. У обоих видок при этом был до такой степени повседневным, что Джон постарался как можно дольше не обнаруживать свое присутствие.

— Куда это ты срывался на ночь глядя? — ворчливо допытывался Лафитт.

— Заскочил к Каину на чаёк, — тщательно облизывая вымазанные в вишневом джеме пальцы, отчитался Дин, — этот мистер «я в отставке, а не в могиле» всегда держит ухо по ветру.

— И что Каин? — заинтересовался вампир.

— Он тоже не знает, кто нам с Сэмом оказал такую услугу, — Дин кивнул в сторону лестницы на второй этаж, — но пообещал навести справки.

Их радушный хозяин подозрительно прищурился, вместе с ним насторожился и Джон. Идея подслушивать совершенно не предназначенные для его ушей разговоры уже не казалась ему неудачной.

— А как же то дело, что нам подкинула Джоди? Подозрительный сайт знакомств, странные смерти… Помнишь? Как я понял, ты хотел отпустить вопрос с воскрешением отца… или я чего-то не знаю?

— «Отпустить» — это значит, что мы не будем лезть на рожон, — со значительным видом поправил Дин. — А вот Каин… я слабо себе представляю, что может навредить первому рыцарю, так что, думаю, ничего страшного не произойдет, если он покопается во всем этом. А на случай, если что-то и случится, у него всегда будут под рукой мои орлы, сам же понимаешь, мне сейчас светиться вместе с ними не с руки, — криво усмехнулся сын.

— Перекинул свою работу на пенсионера и радуется — зараза ты, однако, — с восхищением протянул Бенджамин. — Но все же ты чего-то не договариваешь, — заключил проницательный вампир. — Что случилось, Динно? Ты же знаешь, что можешь рассчитывать на меня… так какого черта?

В любой другой ситуации возмущение кровососа, что ему не доверяют, вызвало бы у Джона чувство глубокого когнитивного диссонанса, но в этот раз заставило напрячься. Он старый, побитый жизнью охотник и с вампирами встречался сотни раз. Джону многое известно об их сильных и слабых сторонах, поэтому он был со сто процентной гарантией уверен, что Бенни осведомлен о непрошенном свидетеле, просто из каких-то своих соображений позволял ему подслушивать.

— Мы только вчера говорили об этом с Сэмми — год выдался слишком уж спокойным, — хмуро проронил Дин. — Мы так лихо разделили власть, наверняка ведь нашлись те, кому это встало поперёк горла.

— Скорее я поверю в то, что слишком многим встало поперек горла ваше с Сэмом влияние на Кастиэля и Кроули, — фыркнул вампир. — То, что они ради твоих прекрасных глаз расшибутся в лепёшку и перевернут мир с ног на голову, если потребуется, уже давно ни для кого не секрет.

— А вот это было сейчас не смешно, — возмутился Дин, обиженный нападками на свою мужественность.

— Зато правда, — с безмятежным видом парировал Бенджамин и тут же посерьёзнел. — Что еще тебя беспокоит? Ну же, брат. Почему мне приходится вытаскивать всё по капле?

Со своего наблюдательного пункта Джону было отлично видно, что Дин напрягся после этого вопроса. О, ему было отлично знакомо это задумчивое покусывание губ, в то время как в голове вовсю крутятся шестеренки: сказать или направить разговор в другое русло?

Дин, явно для того чтобы выиграть себе немного времени, допил кофе и поставил в мойку пустую тарелку из-под пирога.

— Мне не нравится, к чему может привести это затишье, — вернувшись за стол, неожиданно серьёзно проронил тот. — Бунтовщики — это не беда, большую часть из них уже вразумили, и теперь остались лишь те, чье существование никому не опасно. Куда больше меня напрягают те, что затаились в ожидании удобного момента. И вот теперь, когда мы расслабились, наш неизвестный сделал свой ход. И он весьма удачен, с какой стороны ни посмотреть, учитывая не только нашу нынешнюю жизнь, но и…

— Доброе утро, Джон, — с сильно преувеличенной бодростью в голосе громко поздоровался с ним Бенджамин, одновременно с этим пиная Дина под столом. — Кофе? — небрежно указав на чуждо смотрящуюся в устаревшем лет на двадцать интерьере кухни навороченную кофе-машину, с самым невинным видом предложил кровосос.