Giant Ducks and Tiny Trolls — Гигантские утки, крохотные тролли

— У огромного Пиппина память и все остальное такое же, как у Пиппина, но он существует сам по себе.

— В таком случае я не выберу огромного Пиппина, — заявил Леголас. — Я боюсь, что он будет сражаться нечестно. Без обид, — предупредил он Пиппина.

— Я и не в обиде. Я в самом деле жульничаю.

— Я выбираю гигантского Пиппина, потому что тоже знаю все его слабые места. А ты что скажешь? — обратился Мерри к Арагорну.

— Я все еще пытаюсь понять, откуда что взялось. Вот откуда у нас огромный Пиппин?

— Без понятия, — признался Фродо. — А откуда взялась гигантская утка?

— Вообще-то огромная утка выглядит правдоподобнее, чем огромный Пиппин, — сказал Гимли.

— Именно, — согласился Арагорн. — И Пиппин, ставший великаном, куда правдоподобнее, чем великан с воспоминаниями Пиппина.

— Ну, может, кто-то взял и превратил тролля в копию Пиппина, — предположил Гэндальф.

— А это порождает массу других вопросов…

— Ты выбираешь сражение с мелкими троллями, да? — спросил Мерри.

— Я еще не решил, — сказал Арагорн. — С гигантом-Пиппином можно договориться? — уточнил он у Фродо.

— Если он такой же, как Пиппин, то… нет, не получится.

— Звучит оскорбительно, — сказал Гимли.

— Нет, это чистая правда, — захихикал Пиппин.

— Тогда один большой Пиппин, — выбрал Арагорн. — Потому что я не хочу драться с пятью троллями сразу.

— Слишком много противников у гигантского Пиппина, — сказал Мерри. — Все согласны?

Боромир прочистил горло.

— Вообще-то я собирался сказать, что предпочту мелких троллей. Больше похоже на развлечение.

— И заодно не надо переживать, я этот гигант или нет, — одобрил Пиппин.

— Вроде выяснили, что нет, — сказал Мерри.

— Мы решили, что он как бы сам по себе, но если у него моя память и остальное все тоже мое, он, получается, я, разве нет?

— Нет, он — нет, — отрезал Мерри.

— А что тогда есть я, если я не то, что я помню и не мой характер? — спросил его Пиппин.

— Э… что? Не имею ни малейшего представления.

— Нет-нет, он прав, — поднял палец Арагорн. — Огромный Пиппин все равно остается Пиппином. Я беру себе троллей.

— Все еще придерживаюсь сражения с Пиппином, — напомнил Гэндальф.

— Все еще считаю, что ты мне льстишь, — отозвался Пиппин.

— Если гигантский Пиппин — это Пиппин и все, что у него там есть, то с чего он должен драться с кем-то из нас? — спросил Боромир.

— Я в ярости, — объяснил Пиппин, — потому что само мое существование — омерзительная насмешка.

— Ты вообще о чем? — удивился Мерри.

— Поставь себя на место гигантского Пиппина. Вот я только что превратился в великана, а потом осмотрелся и понял, что вот он — обычный хоббит, и до меня дошло, что он и есть настоящий Пиппин, а я, в отличие от него, нет, я просто гадость какая-то, и я думаю, что я бы сильно расстроился из-за этого, а тогда уже нет ничего странного в том, что я бы набросился на любого, кто попался бы мне на глаза. Я имею в виду, — добавил он, — что любой бы расстроился, если бы обнаружил, что он какая-то дрянь…

— Пожалуйста, заткнись, у меня голова от тебя разболелась, — простонал Мерри.

— Нет, нет, говори, — попросил Леголас. — Это интересно. А как быть с пятью маленькими троллями?

— Они вообще не сюда, они из другой… Стой. Это дети троллей или просто недоросли-взрослые? — вдруг осенило Мерри.

— Думаю, недоросли, — решил Пиппин. — Хоббитообразные тролли. Пусть будет так.

— И как мы их тогда отличим от уродливых хоббитов?

— Дождемся, пока солнце взойдет, — предложил Боромир.

— Точно, — ответил Мерри.

— Этот вопрос перестал быть игрой, — сказал Фродо, — пожалуй, я от него откажусь.

— Ты не можешь, — возразил Мерри. — Мы ведь уже играем.

— Я просто хочу перестать об этом думать, — пояснил Фродо.

— Однако, — сказал Мерри.

— Я бы выбрал большого Пиппина, мистер Фродо, — подал голос Сэм.

Фродо обернулся к нему в изумлении.

— Правда?

Сэм кивнул.

— Просто хочешь подраться с Пиппином, верно? — подначил его Мерри.

Сэм посмотрел на Мерри, потом на Пиппина и пробормотал:

— Я не стал бы этого отрицать…

— Не то чтобы я тебя за это осуждал, — хмыкнул Мерри, — но будь осторожен, он действительно дерется нечестно.

— Мы ходим по кругу, — заметил Пиппин, — если я все равно это пугало, значит ли это, что я могу выбирать, с кем из вас буду драться?

— Да, — сказал Фродо. — Почему бы и нет?

— Тогда Гимли. Потому что забавное вышло бы зрелище.

— Я бы даже и приплатил, — рассмеялся Боромир.

Пиппин кивнул в знак согласия.

— Я бы выиграл, — прохрипел Гимли.