Фандом: Гарри Поттер. О попытке отделить зерна от плевел, посадить семь розовых кустов и познать самое себя.
Добавить в моё избранное
181 мин, 22 сек 1532
Панси поджала губы:
— А с чего ты взяла, что мне нужна твоя помощь?
«Потому что тебе нужна помощь, Панси».
Она невольно вздрогнула, потому что ехидный внутренний голос, всегда звучащий в голове, неожиданно изменился.
Теперь это был голос Невилла Лонгботтома.
«Ты подумаешь об этом позже. Когда проверяющий уедет, тучи над головой развеются, а ты снова станешь ужасной училкой, ты позволишь себе сесть и проанализировать, с чего бы это вдруг таким важным стало для тебя мнение Лонгботтома».
— Хорошо, Грейнджер. Я согласна.
В конце концов, она ведь слизеринка. А слизеринцы могут позволить себе очень многое для достижения цели, даже согласиться принять чью-то помощь, не так ли?
А если Грейнджер не поможет — у Панси всегда есть запасной вариант.
14 сентября 2003 года
Всю субботу Панси работала с учебными планами, пытаясь все-таки довести их до ума, а воскресным утром наглая министерская сова уронила прямо в омлет на тарелке Панси письмо от куратора Конноли с требованием срочно явиться на встречу. Пришлось забыть о внушительной стопке непроверенных контрольных работ и идти в Хогсмид, чтобы воспользоваться одним из тамошних каминов. Шальную мысль об аппарации сразу за границей защитного купола Хогвартса Паркинсон отбросила, поэтому в назначенное место в центре Лондона прибыла ближе к обеду.
Джордж Конноли ждал ее в маленьком маггловском ресторанчике недалеко от «Дырявого котла». Заведение оказалось на удивление приличным, и Панси даже на мгновение пожалела, что не стала переодеваться, а явилась в потертых голубых джинсах и водолазке.
«Забавно. Как по магической школе в подобном виде ходить — так запросто, а как в маггловский ресторан — так стесняешься отчего-то», — насмешливо фыркнул внутренний голос. По-прежнему Лонгботтом, разумеется.
— Добрый день, куратор, — произнесла Панси, велев внутреннему голосу заткнуться, а то так и до раздвоения личности недолго.
— Здравствуйте, мисс Паркинсон, — Конноли слегка вздрогнул, оборачиваясь и вставая. — Чудесно выглядите. Присаживайтесь.
Комплименты от куратора — это было что-то новенькое.
Паркинсон машинально села на предложенный аврором стул, от изумления вздернув левую бровь — глупая привычка подражать декану, оставшаяся со школьных лет. Официант, как по волшебству возникший у столика, вопросительно поднял блокнот.
— Вы голодны, мисс Паркинсон? — шелковым голосом спросил Конноли.
Странное, давно забытое чувство. Быть привлекательной, интересной. Женщиной, в конце концов, а не опытным образцом.
Кажется, в последний раз ее куда-то приглашали года три назад. Но тогда они оба — и Панси, и ее кавалер — точно знали, что их роман продлится всего пару месяцев: он приехал из Лондона в Эдинбург в командировку по приглашению крупного банка. Паркинсон тогда работала официанткой, обслуживала вечеринки и официальные приемы. На одном из них они и познакомились. Ей нужны были простые человеческие отношения с кем-то никак не связанным ни с магическим миром, ни с миром городских окраин. Адаму нужно было с кем-то убить вечер. Идеальное сочетание.
Но неожиданное проявление чисто мужского интереса от давно знакомого человека, от куратора из Аврората, знавшего о Панси абсолютно все, включая мельчайшие детали ее единственного романа? Или ей мерещится, и Конноли всего лишь вежлив?
Тогда, кажется, пора сдаваться колдомедикам или психиатрам.
— Закажите что-нибудь на ваше усмотрение, — выдавила из себя Паркинсон, осознав, что пауза неприлично затянулась. И добавила, не сдержавшись: — И кофе, пожалуйста. А здесь можно курить?
— Вам — можно, — ответил Конноли, прежде чем обратиться к официанту.
Поглощенная поиском купленных сигарет в сумочке, Панси не услышала, что именно заказал аврор. Нервно содрала пластиковую упаковку, выбила сигарету, безрезультатно поискала зажигалку — и вздрогнула от неожиданно вспыхнувшего перед лицом пламени.
— Это уже слишком! — безапелляционно заявила она, отталкивая руку Конноли и убирая оставшуюся незажженной сигарету. — Вы что, издеваетесь?!
Джордж Конноли вежливо улыбнулся, но Панси вдруг заметила, какие серьезные у него глаза:
— Ну что вы, милая мисс Паркинсон, отчего же мне не поухаживать немного за привлекательной девушкой? Позвольте поцеловать вам руку?
Словно во сне, Панси послушно протянула руку. Аврор почтительно прикоснулся к тыльной стороне ладони губами, одарив Паркинсон очередным серьезным взглядом. Он слегка сжал ее руку, вкладывая что-то в ладонь, и Паркинсон машинально стиснула пальцы в кулак. Конноли кивнул с едва заметным одобрением.
— Извините, я на минуту, — она осторожно встала.
— Прямо по коридору и направо, — все тем же вежливо-предупредительным тоном сказал мужчина.
— А с чего ты взяла, что мне нужна твоя помощь?
«Потому что тебе нужна помощь, Панси».
Она невольно вздрогнула, потому что ехидный внутренний голос, всегда звучащий в голове, неожиданно изменился.
Теперь это был голос Невилла Лонгботтома.
«Ты подумаешь об этом позже. Когда проверяющий уедет, тучи над головой развеются, а ты снова станешь ужасной училкой, ты позволишь себе сесть и проанализировать, с чего бы это вдруг таким важным стало для тебя мнение Лонгботтома».
— Хорошо, Грейнджер. Я согласна.
В конце концов, она ведь слизеринка. А слизеринцы могут позволить себе очень многое для достижения цели, даже согласиться принять чью-то помощь, не так ли?
А если Грейнджер не поможет — у Панси всегда есть запасной вариант.
14 сентября 2003 года
Всю субботу Панси работала с учебными планами, пытаясь все-таки довести их до ума, а воскресным утром наглая министерская сова уронила прямо в омлет на тарелке Панси письмо от куратора Конноли с требованием срочно явиться на встречу. Пришлось забыть о внушительной стопке непроверенных контрольных работ и идти в Хогсмид, чтобы воспользоваться одним из тамошних каминов. Шальную мысль об аппарации сразу за границей защитного купола Хогвартса Паркинсон отбросила, поэтому в назначенное место в центре Лондона прибыла ближе к обеду.
Джордж Конноли ждал ее в маленьком маггловском ресторанчике недалеко от «Дырявого котла». Заведение оказалось на удивление приличным, и Панси даже на мгновение пожалела, что не стала переодеваться, а явилась в потертых голубых джинсах и водолазке.
«Забавно. Как по магической школе в подобном виде ходить — так запросто, а как в маггловский ресторан — так стесняешься отчего-то», — насмешливо фыркнул внутренний голос. По-прежнему Лонгботтом, разумеется.
— Добрый день, куратор, — произнесла Панси, велев внутреннему голосу заткнуться, а то так и до раздвоения личности недолго.
— Здравствуйте, мисс Паркинсон, — Конноли слегка вздрогнул, оборачиваясь и вставая. — Чудесно выглядите. Присаживайтесь.
Комплименты от куратора — это было что-то новенькое.
Паркинсон машинально села на предложенный аврором стул, от изумления вздернув левую бровь — глупая привычка подражать декану, оставшаяся со школьных лет. Официант, как по волшебству возникший у столика, вопросительно поднял блокнот.
— Вы голодны, мисс Паркинсон? — шелковым голосом спросил Конноли.
Странное, давно забытое чувство. Быть привлекательной, интересной. Женщиной, в конце концов, а не опытным образцом.
Кажется, в последний раз ее куда-то приглашали года три назад. Но тогда они оба — и Панси, и ее кавалер — точно знали, что их роман продлится всего пару месяцев: он приехал из Лондона в Эдинбург в командировку по приглашению крупного банка. Паркинсон тогда работала официанткой, обслуживала вечеринки и официальные приемы. На одном из них они и познакомились. Ей нужны были простые человеческие отношения с кем-то никак не связанным ни с магическим миром, ни с миром городских окраин. Адаму нужно было с кем-то убить вечер. Идеальное сочетание.
Но неожиданное проявление чисто мужского интереса от давно знакомого человека, от куратора из Аврората, знавшего о Панси абсолютно все, включая мельчайшие детали ее единственного романа? Или ей мерещится, и Конноли всего лишь вежлив?
Тогда, кажется, пора сдаваться колдомедикам или психиатрам.
— Закажите что-нибудь на ваше усмотрение, — выдавила из себя Паркинсон, осознав, что пауза неприлично затянулась. И добавила, не сдержавшись: — И кофе, пожалуйста. А здесь можно курить?
— Вам — можно, — ответил Конноли, прежде чем обратиться к официанту.
Поглощенная поиском купленных сигарет в сумочке, Панси не услышала, что именно заказал аврор. Нервно содрала пластиковую упаковку, выбила сигарету, безрезультатно поискала зажигалку — и вздрогнула от неожиданно вспыхнувшего перед лицом пламени.
— Это уже слишком! — безапелляционно заявила она, отталкивая руку Конноли и убирая оставшуюся незажженной сигарету. — Вы что, издеваетесь?!
Джордж Конноли вежливо улыбнулся, но Панси вдруг заметила, какие серьезные у него глаза:
— Ну что вы, милая мисс Паркинсон, отчего же мне не поухаживать немного за привлекательной девушкой? Позвольте поцеловать вам руку?
Словно во сне, Панси послушно протянула руку. Аврор почтительно прикоснулся к тыльной стороне ладони губами, одарив Паркинсон очередным серьезным взглядом. Он слегка сжал ее руку, вкладывая что-то в ладонь, и Паркинсон машинально стиснула пальцы в кулак. Конноли кивнул с едва заметным одобрением.
— Извините, я на минуту, — она осторожно встала.
— Прямо по коридору и направо, — все тем же вежливо-предупредительным тоном сказал мужчина.
Страница 17 из 55
