Случайности не случайны

— Степ, — Шура отделился от своего места и приблизился к Коваленко. — Может ты дашь Лешке самому решить. Как говориться: «Судьба и под лавкой найдет»? Не упустит он свой шанс. И ты не бросай его. Это не правильно. Нельзя отказываться от человека, который любит тебя.

— Пф, Шура, блин, хорош придуриваться! — Степан вымученно засмеялся. — Кто тут о любви говорит?

— Ты. Если бы он был тебе безразличен, ты не стал бы с ним жить. И волноваться о его карьерном росте и думать, о том, где он и с кем.

— Я и так знаю, где он и с кем. Тут только можно порадоваться, что старые чувства не заржавели.

— Ты сам себя накручиваешь. Только ты один что-то себе навыдумывал, выводы сделал и решение принял. Все. Точка.

— Потому что мне за двоих думать приходится. Вы же знаете Ремнева. Он решит, что что-то мне должен и будет «тянуть одеяло» на себя. А я такого себе позволить не могу.

— Не хочешь. Это вернее, — Коля скривился, как от зубной боли. — Ты так бесишь со своим всезнанием. Даже Лешку жалко.

— Не вздумайте ляпнуть ему что-нибудь, пока я не поговорю. Ясно?

— Сам разбирайся, — огрызнулся Шурочка, откидываясь назад. Больше они эту тему не поднимали, каждый погрузился в свои размышления и атмосфера в салоне стала еще более тяжелой и гнетущей.

Рок-фестиваль проходил недалеко от небольшого городишки в пригороде столицы. В огромном поле раскинулись шатры с провизией, выросли постройки, две сцены. Отгорожены места под палатки и парковку.

Когда прибыли на место, у пропускного пункта ждал Ремнев.

— Как я соскучилась! — Власова повисла на длинном парне.

— Сколько лет, сколько зим, — прогудел Петр, радушно хлопая Алексея по спине.

— Кха, — выдохнув остатки воздуха из легких, кашлянул тот, — я тоже по вам скучал. А где мой зануда?

— Здесь я, — Коваленко вышел из машины и подошел к парню. — Что надо?

— Как приятно осознавать, что хоть что-то в этой жизни не меняется. А именно твое плохое настроение, — Ремнев счастливо улыбнулся, обнимая партнера за плечи.

— Поаккуратней, — отодвинулся от него Степан, — а то Ирка приравняет дружеские объятия к интимным. И ты в следующем году не поедешь, а я буду оплачивать всю поездку.

— Старый жмот, — все равно Алексей радостно разглядывал своего мужчину, не скрывая довольного выражения лица.

— Лешечка! — Шура повис на манер Власовой на парне. — Мы скучали.

— Правда?

— Правда-правда, — кивнул Николай, сжимая протянутую руку. — Сто лет тебя не видел.

— Ну что? Пойдем столбиться?

— Пошли, — кивнул Ремнев. — Только я не один.

— А ЭТО что здесь делает? — Коваленко тыкал пальцем в высокого незнакомого для остальных мужчину.

— А ты думал мне твое персональное разрешение нужно? — Евгений вышел к приехавшим. — Приятно познакомиться. Я старый друг Алексея.

Власовы, Коля и Шура поздоровались и уставились на Ремнева, ожидая разъяснений.

— Это мой старый-старый друг, — объяснил он. — Когда Женька узнал, что мы каждый год ездим на музыкальный рок-фестиваль, то тоже выразил желание поехать с нами. Вы не против?

— А с чего мы должны быть против? — удивились его друзья. — Мы здесь фейс-контроль не устанавливаем.

— Понял? — полушепотом съязвил Евгений в ухо Степану.

— Делай что хочешь. Мне по хрен здесь ты или нет, — равнодушно отмахнулся от него Коваленко и потащил свою палатку к месту, которое им выделили организаторы.

После установки двух палаток, все разбрелись по своим делам. Ира с детьми отравилась смотреть, что можно заказать из еды. Шуру оставили присмотреть за вещами, а все остальные мужчины пошли в душ, благо находился он недалеко.

На рок-фестивале большого сервиса не было. Все-таки здесь собираются люди в душе неформалы и рок-н-рольщики. И помещение, в котором располагался душ, представлял собой длинный барак, к которому была подведена вода. Внутри было порядком двадцати кабинок, отделенных друг от друга небольшими перегородками высотой с рост человека. И закрывались они такими же хлипкими дверцами, которые от любого движения распахивались, демонстрирую публике взмыленного человека.

Ждали свою очередь на улице. Народу было не очень много, основная масса людей придет сюда ближе к вечеру, чтобы смыть весь пот и пыль за день. Когда подошла очередь Коваленко, он неожиданно схватил Алексея за грудки и потащил за собой в дальний угол, в освободившуюся кабинку. У Петра и Николая челюсти синхронно брякнули об пол.

— Только не говори мне… — начал Коля.

— «Хьюстон, у нас проблемы», — нервно сглотнул Петр, оглядываясь по сторонам. — И не маленькие.

К их счастью, это мало кто заметил. Все вокруг были заняты обсуждением предстоящего события, смеялись и вспоминали предыдущие поездки. Даже Евгений с кем-то затеял разговор и не заметил, что в одной кабинке двое мужчин и оба его знакомые.