Фандом: Ориджиналы. После неудачи в поисках принцессы Жанны королю Хауруну остаётся либо вернуться в Белый город, либо наудачу отправиться дальше в путешествие по своей стране, которую он совсем не знает.
Добавить в моё избранное
176 мин, 9 сек 1745
Наоборот, бояться нужно тех, кто подкрадывается бесшумно. Например, министра…
— Я, — сказал он в полумрак, из которого выступали бока кувшинов, тазов и кастрюль: это была лавка медника.
— Что угодно, сударь? — спросил хозяин, выходя на свет. — Любая медная посуда на ваш вкус. Изволите взглянуть?
— Предмет у вас на витрине — это что? — без обиняков спросил менестрель. Он где-то слышал, что от натиска люди теряются и говорят правду. Однако на медника этот приём не подействовал.
— Какой? — недоумённо переспросил он, почёсывая затылок. Раньше Толе почему-то казалось, что все медники должны быть рыжими, но этот был шатеном.
— Там, — сказал Толя и ткнул пальцем.
— А, это… — протянул хозяин, но особого энтузиазма не выказал. — Ей-богу, сударь, зачем вам эта штука? Отец мой, покойник, смастерил, так вот лет пятнадцать валяется… Вот ежели вам кастрюлю, али сковородку…
— Покажите, пожалуйста, этот предмет, — твёрдо попросил Толя, как будто невзначай позвенев в кармане мелочью. Это возымело своё действие: медник подошёл к окну и снял с подушки металлическую трубку. Толя почти выхватил её, уже не сомневаясь, для чего она предназначена. Это была флейта, только не деревянная, к какой все привыкли, думая, что другой и быть не может, а сделанная из сплава металлов. Мастер облегчил труд музыканта, заранее закрыв клапанами все отверстия. Теперь, чтобы извлечь звук, нужно было нажать на соответствующий клапан, только и всего. Система была совершенно иной, чем та, к которой привык Толя, но он знал, что тренировки сделают своё дело и переучиться вполне возможно. Он быстро поднёс флейту к губам и, резко выдохнув, пробежался пальцами по клапанам. Те поддавались туго, занемев от долгого бездействия, но должны были разойтись.
— Сколько просите?
Медник остался в полном недоумении.
— Да разве ж я знаю, сударь… Вот ежели сковороду…
— Понятно, — Толя вздохнул и выгреб из кармана все медяки. — На монету серебром должно хватить. Спасибо, прощайте.
С этими словами он развернулся на каблуках, едва не потерял равновесие и вылетел за дверь, чуть не приложив ею короля прямо по лбу.
— Где тебя носит? — разгневался тот, но тут же увидел у Толи в руках новую флейту. — А это что за трубка такая?
— Это не трубка, это флейта, — отбивался Толя, в поисках поддержки оглядывая Магнуса, Люциуса и Лию, по виду которой было понятно, что остановиться всех заставила именно она.
— Флейта? — алхимик взял инструмент, повертел в руках. — Какая странная…
— Она хоть играет? — с подозрением спросил Хаурун. — А то вдруг ты кота в мешке купил?
— Играет, — заверил его радостный Толя, но в этот момент встретил насмешливый взгляд министра, и радость его как будто померкла. В самом деле, что он обрадовался, как ребёнок новой игрушке? Какой-то мастер придумал новую конструкцию флейты — ещё неизвестно, будет ли она нормально играть или её придётся выбросить через неделю. А с одной трели разве поймёшь?
— Пойдёмте, — сказала Лия, — нужно ещё найти дом.
Путешественники миновали переулок и вышли на большую улицу, засаженную посередине каштанами и не слишком оживлённую. Толя одной рукой тянул в поводу своего коня, а второй держал новоприобретённую флейту, понимая, между тем, что выглядит как идиот по крайней мере в глазах одного из своих спутников.
— «Морской бульвар», — громко прочитала Лия табличку, прикреплённую к воротам одного из выстроившихся вдоль улицы особняков. — Ой, сударь, а вы не знаете, где здесь живёт господин Талве с супругой?
Пожилой человек, чем-то похожий на отставного чиновника, остановился и внимательно посмотрел на девушку. За его спиной возвышался слуга с зонтиком в руках.
— По случайному стечению обстоятельств виконт Талве это я, — сухо сказал он. — Чем могу быть полезен, сударь?
Пятеро путешественников сгрудились вокруг него.
— О, господин Талве, это и впрямь счастливое стечение обстоятельств! — вещала Лия. — Мы чиновники, едем с государственной ревизией и попутно везём письмо вашей супруге от её матери, госпожи ле Венар, что проживает в Венакхе!
Остальные с интересом наблюдали за развитием и расцветом в их спутнице дипломатического таланта.
— Отлично, — так же невыразительно сказал господин Талве, и Толя подумал, как это можно не любить такую милую тёщу, как Катарина ле Венар. — Прошу следовать за мной.
Путешественники отправились за виконтом, и менестрель, оказавшийся в цепочке первым, старался не терять из виду спину его слуги.
Наконец Талве подвёл их к воротам своего дома, густо обвитым диким виноградом. За воротами в глубине двора стоял неказистый двухэтажный особнячок, выкрашенный в голубую краску, которая в некоторых местах пооблетела. Пожилой лакей отворил ворота изнутри и пропустил всех пришедших. Во дворе господин Талве обернулся к гостям.
— Я, — сказал он в полумрак, из которого выступали бока кувшинов, тазов и кастрюль: это была лавка медника.
— Что угодно, сударь? — спросил хозяин, выходя на свет. — Любая медная посуда на ваш вкус. Изволите взглянуть?
— Предмет у вас на витрине — это что? — без обиняков спросил менестрель. Он где-то слышал, что от натиска люди теряются и говорят правду. Однако на медника этот приём не подействовал.
— Какой? — недоумённо переспросил он, почёсывая затылок. Раньше Толе почему-то казалось, что все медники должны быть рыжими, но этот был шатеном.
— Там, — сказал Толя и ткнул пальцем.
— А, это… — протянул хозяин, но особого энтузиазма не выказал. — Ей-богу, сударь, зачем вам эта штука? Отец мой, покойник, смастерил, так вот лет пятнадцать валяется… Вот ежели вам кастрюлю, али сковородку…
— Покажите, пожалуйста, этот предмет, — твёрдо попросил Толя, как будто невзначай позвенев в кармане мелочью. Это возымело своё действие: медник подошёл к окну и снял с подушки металлическую трубку. Толя почти выхватил её, уже не сомневаясь, для чего она предназначена. Это была флейта, только не деревянная, к какой все привыкли, думая, что другой и быть не может, а сделанная из сплава металлов. Мастер облегчил труд музыканта, заранее закрыв клапанами все отверстия. Теперь, чтобы извлечь звук, нужно было нажать на соответствующий клапан, только и всего. Система была совершенно иной, чем та, к которой привык Толя, но он знал, что тренировки сделают своё дело и переучиться вполне возможно. Он быстро поднёс флейту к губам и, резко выдохнув, пробежался пальцами по клапанам. Те поддавались туго, занемев от долгого бездействия, но должны были разойтись.
— Сколько просите?
Медник остался в полном недоумении.
— Да разве ж я знаю, сударь… Вот ежели сковороду…
— Понятно, — Толя вздохнул и выгреб из кармана все медяки. — На монету серебром должно хватить. Спасибо, прощайте.
С этими словами он развернулся на каблуках, едва не потерял равновесие и вылетел за дверь, чуть не приложив ею короля прямо по лбу.
— Где тебя носит? — разгневался тот, но тут же увидел у Толи в руках новую флейту. — А это что за трубка такая?
— Это не трубка, это флейта, — отбивался Толя, в поисках поддержки оглядывая Магнуса, Люциуса и Лию, по виду которой было понятно, что остановиться всех заставила именно она.
— Флейта? — алхимик взял инструмент, повертел в руках. — Какая странная…
— Она хоть играет? — с подозрением спросил Хаурун. — А то вдруг ты кота в мешке купил?
— Играет, — заверил его радостный Толя, но в этот момент встретил насмешливый взгляд министра, и радость его как будто померкла. В самом деле, что он обрадовался, как ребёнок новой игрушке? Какой-то мастер придумал новую конструкцию флейты — ещё неизвестно, будет ли она нормально играть или её придётся выбросить через неделю. А с одной трели разве поймёшь?
— Пойдёмте, — сказала Лия, — нужно ещё найти дом.
Путешественники миновали переулок и вышли на большую улицу, засаженную посередине каштанами и не слишком оживлённую. Толя одной рукой тянул в поводу своего коня, а второй держал новоприобретённую флейту, понимая, между тем, что выглядит как идиот по крайней мере в глазах одного из своих спутников.
— «Морской бульвар», — громко прочитала Лия табличку, прикреплённую к воротам одного из выстроившихся вдоль улицы особняков. — Ой, сударь, а вы не знаете, где здесь живёт господин Талве с супругой?
Пожилой человек, чем-то похожий на отставного чиновника, остановился и внимательно посмотрел на девушку. За его спиной возвышался слуга с зонтиком в руках.
— По случайному стечению обстоятельств виконт Талве это я, — сухо сказал он. — Чем могу быть полезен, сударь?
Пятеро путешественников сгрудились вокруг него.
— О, господин Талве, это и впрямь счастливое стечение обстоятельств! — вещала Лия. — Мы чиновники, едем с государственной ревизией и попутно везём письмо вашей супруге от её матери, госпожи ле Венар, что проживает в Венакхе!
Остальные с интересом наблюдали за развитием и расцветом в их спутнице дипломатического таланта.
— Отлично, — так же невыразительно сказал господин Талве, и Толя подумал, как это можно не любить такую милую тёщу, как Катарина ле Венар. — Прошу следовать за мной.
Путешественники отправились за виконтом, и менестрель, оказавшийся в цепочке первым, старался не терять из виду спину его слуги.
Наконец Талве подвёл их к воротам своего дома, густо обвитым диким виноградом. За воротами в глубине двора стоял неказистый двухэтажный особнячок, выкрашенный в голубую краску, которая в некоторых местах пооблетела. Пожилой лакей отворил ворота изнутри и пропустил всех пришедших. Во дворе господин Талве обернулся к гостям.
Страница 25 из 50
