Видеть изменения в тебе

Международная универсальная Виза для не-магических супругов и партнеров магического народа (в дальнейшем «Виза») была разработана с намерением стимулировать отношения между магическими и не-магическими партнерами и их семьями, чтобы обеспечить гарантии от ранее неизбежного чувства изоляции и отказа магической лиц от волшебного мира, для стимулирования роста и расцвета многообразия нашего магического сообщества.

Виза гарантирует среди прочего:

— Прежде всего, доступ не-магов во все магические общины, районы и прилегающие территории в сопровождении своего поручителя. Подарите своей семье Рождественские покупки в Косом переулке, устройте вашему Валентину чаепитие у мадам Паддифуд, оживите ваши детские воспоминания.

— Примитивное моделирование магического восприятия, то есть близкая к природной способность видеть и взаимодействовать (на уровне чувств) с магическими предметами, людьми и местами. Наслаждайтесь радостью вашего младшего брата от ледяных мышей и незаканчивающихся сахарных перьев, или арендуйте ковер-самолет для празднования своего юбилея!

— Дипломатический магический иммунитет в общих помещениях. Виза дает волшебникам право неограниченно использовать магию в присутствии своей семьи или партнеров дома, и даже допускает некоторую магическую активность вне помещения. Никогда впредь волшебные индивиды не будут жертвовать своим образом жизни ради не-магических партнеров.

Вложитесь в свое совместное будущее, подайте заявление на визу сегодня! Просто верните эту брошюру с совой. Вы получите вашу заявку в течение ближайших двадцати четырех часов. Есть несколько условий.

Он находит записки внутри пары огромных желтых резиновых сапог, спрятанных под кроватью Шерлока, когда полез туда искать свой любимый галстук.

«Чепуха»

Разумеется, Шерлок подошел к магическим способностям Джона так, как он подходит к любой другой вещи: научно, логично и с показной отрешенностью, и это кажется бесчеловечным.

Джон, конечно, не невежда. Он понимает, что Шерлок не может сам себе помочь. Он знает, что Шерлок только и успевает сдерживать цунами информации, что окатывает его каждый день, навязывать жесткие рамки, сжимая этот поток, пока все распределяется по категориям его витального каталога. Это достаточно сложно для ребенка одиннадцати лет — понять дихотомическое сосуществование магии и науки; он не может представить, на что это должно быть похоже для Шерлока, для которого наука, логика и разум — действительно жизненно важные механизмы.

— Эй! — Он размахивает бумажками перед носом Шерлока. Этот ублюдок едва соизволил поднять взгляд от кончиков своих пальцев. — Так не должно быть, Шерлок. Ты не можешь оставлять эти записки валяющимися по дому. Не говоря уже о наших разговорах, что это не-эксперимент.

— Это наблюдения, а не эксперимент, — Шерлок бормочет, едва взглянув на листки в руке Джона. — Ты мешаешь.

— Да, ты явно чертовски занят. Я имею в виду, Шерлок, ты не можешь разбрасывать подобное по квартире. На самом деле, ты не можешь ничего писать об этом. Нигде. А что, если Грег решит устроить очередной обыск на наркотики и наткнется хотя бы на одну из записок?

— И что? Будто Лейстред когда-либо сможет понять, что пред ним нечто большее, чем просто сказки.

— Шерлок, просто… Просто не пиши ничего. А если уж прямо должен — хотя бы прячь лучше. Те сапоги, чьи бы они не были, слишком огромные.

— Хммм. Майкрофт обожает подобное еще с молодости. Шантаж.

— Ты… Я… Нет, не важно. Я не понимаю. И не думаю, что хочу понимать.

— Действительно. Теперь мы закончили? Я занят, а эта дискуссия скучна.

— О, ради б… — Джон выхватывает палочку из кармана джинсов, где теперь ее носит, и выписывает мелкими буквами цветастые проклятия на коже Шерлока.

Шерлок смотрит на него в замешательстве и закатывает глаза.

— Ребячество, Джон, и, к сожалению, лицемерно. А если бы Лестрейд был сейчас здесь? Как бы ты это объяснил? — Он одним длинным, резким взмахом обозначает состояние своей руки.

— Хорошо, мерзавец. Я оставлю тебя с твоей работой, — Джон машет палочкой, и слова исчезают. — Однажды я превращу тебя в отвратную лягушку, и это будет замечательно, — бормочет он себе под нос, пока поднимается по лестнице в свою комнату. — Скотина.

— Оборотни?

— Существуют. Я думаю, что однажды видел одного. Шестой курс, мы убежали, чтобы выпить в деревенском пабе. Не уверен, но, кажется, это был он. Он еще преподавал в Хогвартсе через несколько лет после того, как я выпустился.

— Вампиры?

— Существуют опять-таки. Не столь блестящие, как недавняя маггловская литература пытается убедить. Вообще многое, связанное с ними, довольно тоскливо. Запах изо рта ужасен.

— Хорошо. Эльфы?

— Есть, но встречаются редко.

— Феи?

— Королевский геморрой. Не столь невинны и прекрасны.