Фандом: Шерлок BBC. Когда одной любви — не достаточно. Пост-Рейхенбах и целый букет психологических проблем.
Добавить в моё избранное
59 мин, 0 сек 685
В первый год я был уверен, что ты жив. Я видел твое лицо, когда поворачивал голову и смотрел на другую сторону улицы. Видел исчезающим за поворотом. Везде.
Мне было стыдно, что я так долго находился в стадии отрицания. Мне было стыдно, что я так долго был дураком. И ты снова одурачил меня.
Письмо удалено.
«Ты все еще играешь на скрипке?»
«Я уже подзабыл, каково это. ШХ»
«Что делаешь завтра вечером?»
«Ничего. ШХ»
«Бейкер-стрит? Я принесу ужин. Надеюсь, чаем ты запасся».
«Чай будет. ШХ»
Станция метро Бейкер-стрит совсем не изменилась с момента его переезда с 221-Б. С тех пор Джон видел станцию лишь мельком из окна поезда.
Дверь в дом 221 казалась более блеклой, чем ему помнилось, и цифры на ней потеряли свой блеск. Он не видел миссис Хадсон почти полтора года. Он постучал. Прошло несколько минут, прежде чем Шерлок открыл дверь. В своем халате, который он оборачивает вокруг себя, он выглядел еще худее. Шерлок кивнул, безмолвно приглашая Джона внутрь.
— Я принес индийскую еду из ресторанчика на соседней улице, — сказал Джон, когда они поднимались по лестнице. На перилах слой пыли был тем толще, чем выше они поднимались. Джон остановился у дверей, когда Шерлок пошел на кухню. Словно ничего не изменилось. Сюрреализм.
— Не думал, что когда-нибудь снова вернусь сюда, — признался Джон.
— Один кусочек сахара? — прокричал Шерлок.
— Да, — Джон поставил коробки с едой на стол и присел в свое старое кресло. Наклонился вперед и упер локти в колени. На кресле Шерлока лежал слой пыли. Он провел рукой по подлокотнику своего кресла. Все чисто.
— Джон.
Он повернул голову. Шерлок протягивал ему кружку чая.
Джон взял ее.
— Спасибо.
Шерлок устроился в собственном кресле, совершенно не обращая внимания на пыль.
— Лестрейд сказал, ты снова приходишь на места преступлений, — сказал Джон. — Братишка не слишком заваливает тебя работой?
— Скучно, — отвечает Шерлок. — Я должен уточнять каждое предложение в своих отчетах, прежде чем хоть один из этих имбецилов поймет, откуда все взялось. А потом они берут и делают противоположное тому, что я предлагаю.
— Уверен, ты немедленно озвучиваешь им, что ты об этом думаешь.
Шерлок пожал плечами и посмотрел на свой чай. Повисло молчание.
— Ты в порядке? — спросил Джон.
— Я действительно впечатлен, — произнес Шерлок и поставил чай на стол. — Тем количеством раз, что этот глупый вопрос прозвучал в мой адрес. Люди, вы совсем разучились пользоваться глазами?
— Значит, нет.
— Я в порядке.
Джон безрадостно улыбнулся.
— Помнится, кое-кто говорил мне что-то о лжи и жалости к себе.
Шерлок не ответил.
Джон встал и прошел на кухню. Кухонный стол, на удивление, был чист. Он попробовал чай. Тот не заварился нормально, потому что Шерлок залил листья едва теплой водой, а еще добавил слишком много сахара. Но Джон все равно продолжил его пить. Он касался знакомых ручек шкафов и на мгновение замер, прежде чем открыл холодильник. Пусто. Даже экспериментов нет.
— Я не спал.
Джон повернулся, и дверца холодильника закрылась. Шерлок стоял, прислонившись к стене, разделяющей кухню и гостиную.
— Когда ушел. Я не спал. Но часто мечтал об этой кухне.
Он ступал голыми ступнями по полу. Протянул руку и пробежался пальцами по выдвижным ящикам. Джон, замерев у холодильника, наблюдал за ним.
— О закате за этим окном. О себе, методично работающем с микроскопом. И тебе, сидящем в своем кресле или печатающем заметку в блог.
Их едва разделяла пара футов. Джон не отрывал глаз от лица Шерлока, следил за его дыханием.
— Слишком часто я насмехался над идеей семейности, — пробормотал Шерлок. Он не прикасался к Джону, но находился слишком близко.
— Шерлок… — в конце концов, сказал Джон. — Я не собираюсь…
— Знаю. Я и не прошу.
— Ты делал это. Недавно.
— Да. Но не сейчас, — он отвернулся и сделал вид, что ему нужно вымыть посуду, которую он запачкал, когда готовил чай.
Джон смотрел на него. На шее Шерлока появился шрам, наполовину скрытый линией теперь уже коротких волос. Две неровные полоски наискосок. Джон в три шага сократил между ними расстояние, до того, как осознал, что делает. Шерлок напрягся от его прикосновения, но не отстранился.
— Откуда?
— Болгария.
— Есть еще?
— Я не помню всех.
— Ладно, — сказал Джон и, наконец, убрал руку. — Хорошо.
Прошло очень долгое время с тех пор, как он в последний раз видел Бартс. Джон не знал, мазохизм или месть заставили его зайти с того входа, который расположен около того места, где прыгнул Шерлок… Возможно, и то, и другое. Он не узнал охранника, но он и не должен был.
Мне было стыдно, что я так долго находился в стадии отрицания. Мне было стыдно, что я так долго был дураком. И ты снова одурачил меня.
Письмо удалено.
«Ты все еще играешь на скрипке?»
«Я уже подзабыл, каково это. ШХ»
«Что делаешь завтра вечером?»
«Ничего. ШХ»
«Бейкер-стрит? Я принесу ужин. Надеюсь, чаем ты запасся».
«Чай будет. ШХ»
Станция метро Бейкер-стрит совсем не изменилась с момента его переезда с 221-Б. С тех пор Джон видел станцию лишь мельком из окна поезда.
Дверь в дом 221 казалась более блеклой, чем ему помнилось, и цифры на ней потеряли свой блеск. Он не видел миссис Хадсон почти полтора года. Он постучал. Прошло несколько минут, прежде чем Шерлок открыл дверь. В своем халате, который он оборачивает вокруг себя, он выглядел еще худее. Шерлок кивнул, безмолвно приглашая Джона внутрь.
— Я принес индийскую еду из ресторанчика на соседней улице, — сказал Джон, когда они поднимались по лестнице. На перилах слой пыли был тем толще, чем выше они поднимались. Джон остановился у дверей, когда Шерлок пошел на кухню. Словно ничего не изменилось. Сюрреализм.
— Не думал, что когда-нибудь снова вернусь сюда, — признался Джон.
— Один кусочек сахара? — прокричал Шерлок.
— Да, — Джон поставил коробки с едой на стол и присел в свое старое кресло. Наклонился вперед и упер локти в колени. На кресле Шерлока лежал слой пыли. Он провел рукой по подлокотнику своего кресла. Все чисто.
— Джон.
Он повернул голову. Шерлок протягивал ему кружку чая.
Джон взял ее.
— Спасибо.
Шерлок устроился в собственном кресле, совершенно не обращая внимания на пыль.
— Лестрейд сказал, ты снова приходишь на места преступлений, — сказал Джон. — Братишка не слишком заваливает тебя работой?
— Скучно, — отвечает Шерлок. — Я должен уточнять каждое предложение в своих отчетах, прежде чем хоть один из этих имбецилов поймет, откуда все взялось. А потом они берут и делают противоположное тому, что я предлагаю.
— Уверен, ты немедленно озвучиваешь им, что ты об этом думаешь.
Шерлок пожал плечами и посмотрел на свой чай. Повисло молчание.
— Ты в порядке? — спросил Джон.
— Я действительно впечатлен, — произнес Шерлок и поставил чай на стол. — Тем количеством раз, что этот глупый вопрос прозвучал в мой адрес. Люди, вы совсем разучились пользоваться глазами?
— Значит, нет.
— Я в порядке.
Джон безрадостно улыбнулся.
— Помнится, кое-кто говорил мне что-то о лжи и жалости к себе.
Шерлок не ответил.
Джон встал и прошел на кухню. Кухонный стол, на удивление, был чист. Он попробовал чай. Тот не заварился нормально, потому что Шерлок залил листья едва теплой водой, а еще добавил слишком много сахара. Но Джон все равно продолжил его пить. Он касался знакомых ручек шкафов и на мгновение замер, прежде чем открыл холодильник. Пусто. Даже экспериментов нет.
— Я не спал.
Джон повернулся, и дверца холодильника закрылась. Шерлок стоял, прислонившись к стене, разделяющей кухню и гостиную.
— Когда ушел. Я не спал. Но часто мечтал об этой кухне.
Он ступал голыми ступнями по полу. Протянул руку и пробежался пальцами по выдвижным ящикам. Джон, замерев у холодильника, наблюдал за ним.
— О закате за этим окном. О себе, методично работающем с микроскопом. И тебе, сидящем в своем кресле или печатающем заметку в блог.
Их едва разделяла пара футов. Джон не отрывал глаз от лица Шерлока, следил за его дыханием.
— Слишком часто я насмехался над идеей семейности, — пробормотал Шерлок. Он не прикасался к Джону, но находился слишком близко.
— Шерлок… — в конце концов, сказал Джон. — Я не собираюсь…
— Знаю. Я и не прошу.
— Ты делал это. Недавно.
— Да. Но не сейчас, — он отвернулся и сделал вид, что ему нужно вымыть посуду, которую он запачкал, когда готовил чай.
Джон смотрел на него. На шее Шерлока появился шрам, наполовину скрытый линией теперь уже коротких волос. Две неровные полоски наискосок. Джон в три шага сократил между ними расстояние, до того, как осознал, что делает. Шерлок напрягся от его прикосновения, но не отстранился.
— Откуда?
— Болгария.
— Есть еще?
— Я не помню всех.
— Ладно, — сказал Джон и, наконец, убрал руку. — Хорошо.
Прошло очень долгое время с тех пор, как он в последний раз видел Бартс. Джон не знал, мазохизм или месть заставили его зайти с того входа, который расположен около того места, где прыгнул Шерлок… Возможно, и то, и другое. Он не узнал охранника, но он и не должен был.
Страница 5 из 18
