Это случилось в девяносто восьмом году. Та история в подвале. Да, кажется, именно тогда.
Добавить в моё избранное
10 мин, 21 сек 268
А потом скрежет. До сих пор этот звук отдаётся у меня в ушах: «жизы-жизы-жизы-жизы-жизы-жизы-жизы-жизы».
Звук всё нарастал, нарастал, и когда казалось, что скоро его услышит весь дом, он оборвася. Но тишина резала слух ещё больнее.
Мы с ребятами переглянулись.
— Эй, Артём, — позвал Макс. — Артём! Артём!
— Открывай давай, — сказал я.
Макс посмотрел на меня как на сумасшедшего. Я выхватил у него из рук ключи и подошёл к двери. Я, конечно, боялся Твари, но ещё больше я боялся, что мне придётся объяснять своему отцу, куда мы дели мальчика, жившего по соседству. Я открыл дверь. Вернее, я её приоткрыл.
— Артёёём, — негромко позвал я. — Артёёёёём. Выходи.
Но никто не откликался, а в темноте разглядеть что либо было невозможно. Вдруг дверь силой отворилась, да так что я свалился на пол. Остальные ребята с криком отпрянули к стене. Помню, я подумал, что у меня лежачего меньшего всего шансов спастись от Твари. Но прежде чем я успел подняться и дать деру — чем я несомненно бы опозорился перед ребятами — из комнаты вышел Артём.
Он оглядел нас, каждому посмотрел в глаза, а Максу уделил больше времени. Но он не произнёс ни слова. Он просто прошёл мимо нас к выходу. Я думал, что Артём хоть дверью хлопнет напоследок, хоть как-то выразит свой гнев и обиду. Но нет, мы слышали только его шаги. Удаляющиеся шаги, которые скоро совсем растворились в тишине.
Прежде чем уйти, мы не удержались и заглянули в комнату. Никакой Твари мы там не увидели. Только обрывки картонных коробок и крысиный помёт. Мы закрыли дверь на ключ и договорились больше никогда её не открывать. Скоро мы совсем перестали ходить в этот штаб.
Ещё тогда Макс сказал:
— Вы видели его взгляд? Говорю вам, Тварь вселилась в него. Мы же все слышали, она напала на Артёма и вселилась в него.
Спустя пятнадцать лет Макс снова напомнил об этом. К тому моменту Артём уже был пойман. Весь город обсуждал это. Не рекорд, конечно, но, чёрт побери, всё-таки семнадцать трупов. В основном, женщины и дети, но были и мужчины. Семнадцать, и всего за два года! А скольких просто ещё не нашли? В наш двор то и дело наведывались журналисты. Сейчас они, понятное дело, приезжают гораздо реже. А тогда какая-то миловидная девчушка брала у Макса интервью, и тот выболтал ей историю пятнадцатилетней давности. Всё повторял:
— Это Тварь, Тварь вселилась в него.
Взрослый, вроде бы, мужик. Я рассказал то, что знаю об Артёме и вот, что ещё скажу.
Если допустить мысль, что Тварь существовала на самом деле, и она в тот день действительно напала на Артёма, то я ставлю на победу последнего. Да, о Твари я кое-что слышал, кое-что ужасное. Но вот Артёма я видел вживую. И я видел, на что он способен. Артём сожрал Тварь — в это я готов поверить.
Но скорее всего, нет никакой Твари. Есть только мальчик, которого заперли в тёмной комнате подвала. Мальчик, который сообразил, что вместо того, чтобы паниковать, лучше притихнуть и ждать, когда четверо запуганных пацанов сами откроют дверь. Мальчик, который мучил животных, а когда вырос, принялся за людей. Не было Твари — только тварь. Вот моё мнение.
Это не значит, что я не верю в монстров. Повторюсь, я убеждён в их существовании. А тот, кто не верит в монстров, просто ни черта не смыслит в человеческой природе.
Звук всё нарастал, нарастал, и когда казалось, что скоро его услышит весь дом, он оборвася. Но тишина резала слух ещё больнее.
Мы с ребятами переглянулись.
— Эй, Артём, — позвал Макс. — Артём! Артём!
— Открывай давай, — сказал я.
Макс посмотрел на меня как на сумасшедшего. Я выхватил у него из рук ключи и подошёл к двери. Я, конечно, боялся Твари, но ещё больше я боялся, что мне придётся объяснять своему отцу, куда мы дели мальчика, жившего по соседству. Я открыл дверь. Вернее, я её приоткрыл.
— Артёёём, — негромко позвал я. — Артёёёёём. Выходи.
Но никто не откликался, а в темноте разглядеть что либо было невозможно. Вдруг дверь силой отворилась, да так что я свалился на пол. Остальные ребята с криком отпрянули к стене. Помню, я подумал, что у меня лежачего меньшего всего шансов спастись от Твари. Но прежде чем я успел подняться и дать деру — чем я несомненно бы опозорился перед ребятами — из комнаты вышел Артём.
Он оглядел нас, каждому посмотрел в глаза, а Максу уделил больше времени. Но он не произнёс ни слова. Он просто прошёл мимо нас к выходу. Я думал, что Артём хоть дверью хлопнет напоследок, хоть как-то выразит свой гнев и обиду. Но нет, мы слышали только его шаги. Удаляющиеся шаги, которые скоро совсем растворились в тишине.
Прежде чем уйти, мы не удержались и заглянули в комнату. Никакой Твари мы там не увидели. Только обрывки картонных коробок и крысиный помёт. Мы закрыли дверь на ключ и договорились больше никогда её не открывать. Скоро мы совсем перестали ходить в этот штаб.
Ещё тогда Макс сказал:
— Вы видели его взгляд? Говорю вам, Тварь вселилась в него. Мы же все слышали, она напала на Артёма и вселилась в него.
Спустя пятнадцать лет Макс снова напомнил об этом. К тому моменту Артём уже был пойман. Весь город обсуждал это. Не рекорд, конечно, но, чёрт побери, всё-таки семнадцать трупов. В основном, женщины и дети, но были и мужчины. Семнадцать, и всего за два года! А скольких просто ещё не нашли? В наш двор то и дело наведывались журналисты. Сейчас они, понятное дело, приезжают гораздо реже. А тогда какая-то миловидная девчушка брала у Макса интервью, и тот выболтал ей историю пятнадцатилетней давности. Всё повторял:
— Это Тварь, Тварь вселилась в него.
Взрослый, вроде бы, мужик. Я рассказал то, что знаю об Артёме и вот, что ещё скажу.
Если допустить мысль, что Тварь существовала на самом деле, и она в тот день действительно напала на Артёма, то я ставлю на победу последнего. Да, о Твари я кое-что слышал, кое-что ужасное. Но вот Артёма я видел вживую. И я видел, на что он способен. Артём сожрал Тварь — в это я готов поверить.
Но скорее всего, нет никакой Твари. Есть только мальчик, которого заперли в тёмной комнате подвала. Мальчик, который сообразил, что вместо того, чтобы паниковать, лучше притихнуть и ждать, когда четверо запуганных пацанов сами откроют дверь. Мальчик, который мучил животных, а когда вырос, принялся за людей. Не было Твари — только тварь. Вот моё мнение.
Это не значит, что я не верю в монстров. Повторюсь, я убеждён в их существовании. А тот, кто не верит в монстров, просто ни черта не смыслит в человеческой природе.
Страница 3 из 3
