Как бы многие из нас не хотели жить вечно и никогда не стареть, рано или поздно приходит время прощаться с этим миром. Большинство конечно хоронят своих родственников на кладбищах, однако есть и те, кто предпочитает кремацию. В данном фоторепортаже мы отправимся на территорию Минского крематория и узнаем о тяжёлой работе кремуляторщиков…
Добавить в моё избранное
5 мин, 52 сек 249
Каждые 10 минут машинисты Минского крематория обязаны открывать задвижку в печи и помешивать прах покойного. Они делают это с абсолютно невозмутимым видом, повторяя, что в их работе нет ничего сверхъестественного: «Люди рождаются, люди умирают».
2013 году кремировали 39 процентов умерших
Монументальное здание из красного кирпича, окруженное колумбарными стенами и кладбищенскими могилами, не назовешь приятным местом для работы. Воздух здесь словно пропитан человеческим горем. Если в 80-е здесь проводили около 1000 кремаций в год, то сегодня их число превышает 6300. В прошлом году через кремацию прошло около 39 процентов умерших.
Минский крематорий был открыт в 1986 году неподалеку от Северного кладбища.
Незаполненные в колумбарии ячейки — бронь. Родственники заранее беспокоятся о том, чтобы после смерти быть «рядом».
Заместитель начальника крематория Александр Дубовский объясняет повышенный спрос тем, что по сравнению с кладбищенской могилой за ячейкой колумбария не нужен специальный уход. Кроме того, мест на кладбище с каждым годом становится все меньше и меньше. И в дальнейшем, предсказывают специалисты, нагрузка на крематорий будет лишь возрастать. В Европе сегодня кремируют порядка 70 процентов покойных, а в Японии — до 98.
Тем, кому по несчастью доводилось бывать в крематории, известна лишь его внешняя сторона — ритуальные залы (их три) и магазин с соответствующим ассортиментом (цветы, урны, надгробия и т. д… Кремационный цех и другие подсобные помещения располагаются на уровень ниже, и посторонним сюда вход воспрещен. Длинные и темные коридоры, по которым провозят на тележке гробы с покойными, связаны с ритуальным залом через подъемный механизм. С его помощью гроб поднимают для прощания с родственниками. Машинисты ритуального оборудования — 5 человек на всю республику.
Несмотря на специфику работы, внизу также «кипит жизнь». В кремационном цеху работают сильные духом люди — с закаленной психикой и здоровым взглядом на вещи. В официальных документах их называют «машинистами ритуального оборудования» — они представители редкой в нашей стране профессии, если не сказать штучной.
В единственном в республике крематории эту работу выполняют всего 5 человек — исключительно мужчины. Сами они искренне удивляются, когда их профессию называют тяжелой или неприятной. И тут же вспоминают, что работники морга (пожалуй, самые искушенные прозой жизни люди) — и те с опаской относятся к работникам кремационного цеха, называя их «шашлычниками». Однако, вопреки расхожему мнению, ни горелым, ни жареным здесь не пахнет. Трупный запах бывает изредка — чаще всего, когда человек умирает в почтенном возрасте и очень быстро начинает разлагаться. В день нашего визита неприятных запахов мы не заметили.
Впечатляет трудовой стаж местных «печников». Оба Андрея, один — с усами, другой — без, работают в крематории больше 20 лет. Пришли, как они говорят, молодыми, крепкими, стройными парнями. Понятное дело — с расчетом поработать здесь временно. А потом «вработались», и вот — уже полжизни прошло в стенах крематория. Мужчины говорят об этом без тени сожаления. Кажется, они действительно вполне довольны своим положением. Лицом к лицу с покойниками, мол, не пересекаются (кремируют умерших людей только в закрытом гробу и вместе с гробом), а всю основную работу поручают машине.
Раньше «дым шел столбом», сегодня работа машиниста непыльная
Процесс кремации сегодня действительно автоматизирован. В цехе установлены четыре довольно современные чешские печи. В одной из них сжигают послеоперационные онкологические отходы, а остальные — используют по прямому назначению. По словам Александра Дубовского, со старым оборудованием здесь «шел дым столбом». Теперь работа машиниста относительно непыльная.
После того как по умершему отслужат панихиду, из ритуального зала гроб перевозят либо в холодильник (если все печи заняты), либо прямиком в цех. Работники крематория рассказывают, что часто сталкиваются с мнением, что якобы перед сожжением они достают из гроба золото, часы, а также снимают с покойника хорошую одежду, туфли. «Вот вы наденете на себя одежду с покойного?» — в лоб задает вопрос Андрей, которому явно поднадоели такие разговоры. И не открывая крышку гроба, машинист быстро загружает его на подъемник.
Теперь нужно дождаться, пока компьютер даст «зеленый свет», и только после этого можно отправлять в нее покойника. Программа автоматически задает необходимую температуру (как правило, не ниже 700 градусов по Цельсию). В зависимости от массы тела и его состояния кремация занимает от часа до двух с половиной часов. Все это время машинист обязан контролировать процесс. Для этого в печи есть небольшое стеклянное отверстие, заглянуть в которое вряд ли отважатся слабонервные люди. «Просто относишься к этому так: надо сделать, и всё. И даже в самом начале старался думать, что просто коробку закинул. Я, бывало, и один сутки работал.
2013 году кремировали 39 процентов умерших
Монументальное здание из красного кирпича, окруженное колумбарными стенами и кладбищенскими могилами, не назовешь приятным местом для работы. Воздух здесь словно пропитан человеческим горем. Если в 80-е здесь проводили около 1000 кремаций в год, то сегодня их число превышает 6300. В прошлом году через кремацию прошло около 39 процентов умерших.
Минский крематорий был открыт в 1986 году неподалеку от Северного кладбища.
Незаполненные в колумбарии ячейки — бронь. Родственники заранее беспокоятся о том, чтобы после смерти быть «рядом».
Заместитель начальника крематория Александр Дубовский объясняет повышенный спрос тем, что по сравнению с кладбищенской могилой за ячейкой колумбария не нужен специальный уход. Кроме того, мест на кладбище с каждым годом становится все меньше и меньше. И в дальнейшем, предсказывают специалисты, нагрузка на крематорий будет лишь возрастать. В Европе сегодня кремируют порядка 70 процентов покойных, а в Японии — до 98.
Тем, кому по несчастью доводилось бывать в крематории, известна лишь его внешняя сторона — ритуальные залы (их три) и магазин с соответствующим ассортиментом (цветы, урны, надгробия и т. д… Кремационный цех и другие подсобные помещения располагаются на уровень ниже, и посторонним сюда вход воспрещен. Длинные и темные коридоры, по которым провозят на тележке гробы с покойными, связаны с ритуальным залом через подъемный механизм. С его помощью гроб поднимают для прощания с родственниками. Машинисты ритуального оборудования — 5 человек на всю республику.
Несмотря на специфику работы, внизу также «кипит жизнь». В кремационном цеху работают сильные духом люди — с закаленной психикой и здоровым взглядом на вещи. В официальных документах их называют «машинистами ритуального оборудования» — они представители редкой в нашей стране профессии, если не сказать штучной.
В единственном в республике крематории эту работу выполняют всего 5 человек — исключительно мужчины. Сами они искренне удивляются, когда их профессию называют тяжелой или неприятной. И тут же вспоминают, что работники морга (пожалуй, самые искушенные прозой жизни люди) — и те с опаской относятся к работникам кремационного цеха, называя их «шашлычниками». Однако, вопреки расхожему мнению, ни горелым, ни жареным здесь не пахнет. Трупный запах бывает изредка — чаще всего, когда человек умирает в почтенном возрасте и очень быстро начинает разлагаться. В день нашего визита неприятных запахов мы не заметили.
Впечатляет трудовой стаж местных «печников». Оба Андрея, один — с усами, другой — без, работают в крематории больше 20 лет. Пришли, как они говорят, молодыми, крепкими, стройными парнями. Понятное дело — с расчетом поработать здесь временно. А потом «вработались», и вот — уже полжизни прошло в стенах крематория. Мужчины говорят об этом без тени сожаления. Кажется, они действительно вполне довольны своим положением. Лицом к лицу с покойниками, мол, не пересекаются (кремируют умерших людей только в закрытом гробу и вместе с гробом), а всю основную работу поручают машине.
Раньше «дым шел столбом», сегодня работа машиниста непыльная
Процесс кремации сегодня действительно автоматизирован. В цехе установлены четыре довольно современные чешские печи. В одной из них сжигают послеоперационные онкологические отходы, а остальные — используют по прямому назначению. По словам Александра Дубовского, со старым оборудованием здесь «шел дым столбом». Теперь работа машиниста относительно непыльная.
После того как по умершему отслужат панихиду, из ритуального зала гроб перевозят либо в холодильник (если все печи заняты), либо прямиком в цех. Работники крематория рассказывают, что часто сталкиваются с мнением, что якобы перед сожжением они достают из гроба золото, часы, а также снимают с покойника хорошую одежду, туфли. «Вот вы наденете на себя одежду с покойного?» — в лоб задает вопрос Андрей, которому явно поднадоели такие разговоры. И не открывая крышку гроба, машинист быстро загружает его на подъемник.
Теперь нужно дождаться, пока компьютер даст «зеленый свет», и только после этого можно отправлять в нее покойника. Программа автоматически задает необходимую температуру (как правило, не ниже 700 градусов по Цельсию). В зависимости от массы тела и его состояния кремация занимает от часа до двух с половиной часов. Все это время машинист обязан контролировать процесс. Для этого в печи есть небольшое стеклянное отверстие, заглянуть в которое вряд ли отважатся слабонервные люди. «Просто относишься к этому так: надо сделать, и всё. И даже в самом начале старался думать, что просто коробку закинул. Я, бывало, и один сутки работал.
Страница 1 из 2
