Ирина шла по кладбищу с красивым и сказочным названием «Зеленый ковер». От названия веяло свежестью, яркими весенними красками и надеждой. Трава и многочисленные цветы действительно напоминали пестрые узоры на ковре.
Добавить в моё избранное
9 мин, 57 сек 184
Не те были времена. 2000 год — безработица, инфляция, кризис и т. д. Ира нахмурила брови, вспоминая: «Ну а когда времена были те? Мама растила нас с братом одна. Денег на внезапные перелеты никогда не было. Только вот сейчас, спустя 15 лет, появилась возможность съездить».
Ирина чувствовала, что путешествие ее не просто так, ну не может беременная женщина на двух самолетах с пересадками ехать за тридевять земель поклониться прадедам. В этом что-то есть. Тянет так, что все остальные проблемы и жизненные надобности побоку пошли. Женщина понимала интуитивно, что без поклона родителям не будет ей и ее потомству будущего. И такое чувство, что стоишь на пороге за закрытой дверью. И стоит ее толкнуть легонько, и дверь откроется, а вместе с ней — все самые сокровенные ответы и ключи. Почему судьбы бабушек и дедушек сложились так, а не иначе. Почему ее собственная судьба ведет по запутанному спиралевидному лабиринту, наталкивая на одни и те же грабли. И как грехи и ошибки предков объясняют ей ее собственные проступки. Гадалки любят твердить о родовом проклятии. Вот так выпучат глаза и гробовым голосом говорят: «Проклятье на весь ваш род было сделано, да какое сильное, вот все и умерли». Тут Ира не верила: все умерли — это естественный исход для каждой семьи. Одно поколение сменяет другое. Ну не может быть так, что кто-то пошептал на земельку, дунул, и все умерли сразу. Если бы это было возможно, люди бы друг друга испепелили проклятьями.
Путешествие выдалось так себе. На рейсовом автобусе приходилось бегать на каждой остановке в туалеты, потому что рвало и тошнило неистово. Что поделать — токсикоз. Как любила шутить участковая акушер: «Ты беременна, это временно».
— Зачем вообще ехать в такую жару туда, где никого уже нет? — поражался муж Женя, подергивал плечами и добавлял: — Смотри сама.
Ирине из-за жары все время казалась, что они уже в пограничном мире, воздух плыл, и солнце нещадно палило голову так, что ныла переносица. Они с тетей решили разделиться и по разным рядам, чтобы искать нужный номер могилы. Конечно, порядок соблюдался, но путаница все равно была. К 1986 году могли прихоронить 2005, фамилии одинаковые, родственников люди стремятся хоронить рядышком.
Ирина решила проверить последние ряды под глухо гудящими проводами, протянутыми под большим напряжением. Молодой женщине показалось жутким такое расположение могил. Какой может быть покой под таким электромагнитным воздействием и бесконечным шумом? Взгляд ее остановился на огромной статуе ворона, установленной на оградке свежего захоронения. Оградка была очень красивая, резная, с многочисленными узорами и лепестками. Понятно, что покойник был состоятельный человек, раз такой огромный памятник воздвигли с изображением в полный рост, да еще и с вороном. И зачем? Обычно ангелов стараются лепить, птиц, ну, в крайнем случае, коней (цыганским баронам). С памятника на нее глядел огромный мужик, мордатый и громоздкий, с хмурым лицом. «Вот это великан», — успела подумать Ира. Ворон резко повернул на нее голову. Ириша дернулась и остановилась. Большая птица смотрела прямо на нее. Девушка сделала шаг назад, птица ответила резким криком.
— Да он живой, — с ужасом пробормотала Ира и пошла задом, не упуская птицу из виду. Она и в обычной жизни побаивалась ворон, а огромных воронов на кладбище — тем более. — Прям Стивен Кинг какой-то, — сердито бормотала девушка и продолжала отступление. Ворон успокоился и больше не двигался.
— Ир, Ир, — вынырнула из заросшей травы с соседнего ряда Тетя Лида. — А ты тот ряд смотрела?
— Я туда не пойду больше, там ворон, — девушка указала на птицу.
— Так это ж памятник такой, — вглядывалась тетя.
— Не-а, живой он. Живой и злой.
— Да смотри, какой огромный, таких не бывает, это украшение такое, — исследовала могилу тетя Иры.
Ворон резко повернул голову в ее сторону, и Лидия Прокофьевна ахнула:
— Точно, живой, — немного подумала и добавила: — Знаешь, что — не пойдем туда, там с 2015 начинается, вернемся вон в те ряды, — тетя устало махнула в противоположную сторону и стала пробираться через сухую траву.
Ира, с радостью повинуясь, подумала про себя, что ворон этот не простой. Такой же большущий, как и покойник. «Да это он и есть, — догадалась Ира. — Видно, человек был нехороший, темный, грешник. Может, бандит. И креста нет на могиле. Атеист, похоже. Вот и сидит теперь черным вороном, отгоняет прохожих. А может, вообще колдун и знался с темными силами, и кружит нечисть вокруг могилы». Ира еще раз обернулась на могилу. Ворона не было. Тревожно огляделась по сторонам в поисках птицы. Нет уже. Исчез.
— А день выдался чудесным, конечно. И тамада веселый, и конкурсы интересные, — сделала вывод Ирина, продолжая ступать за тетей.
Обо всем произошедшем Ирина не расскажет никому. Потому что не поверят. Брат вообще посоветует записаться в клуб любителей Рен-тв или подать заявку на участие в «Битву экстрасенсов».
Ирина чувствовала, что путешествие ее не просто так, ну не может беременная женщина на двух самолетах с пересадками ехать за тридевять земель поклониться прадедам. В этом что-то есть. Тянет так, что все остальные проблемы и жизненные надобности побоку пошли. Женщина понимала интуитивно, что без поклона родителям не будет ей и ее потомству будущего. И такое чувство, что стоишь на пороге за закрытой дверью. И стоит ее толкнуть легонько, и дверь откроется, а вместе с ней — все самые сокровенные ответы и ключи. Почему судьбы бабушек и дедушек сложились так, а не иначе. Почему ее собственная судьба ведет по запутанному спиралевидному лабиринту, наталкивая на одни и те же грабли. И как грехи и ошибки предков объясняют ей ее собственные проступки. Гадалки любят твердить о родовом проклятии. Вот так выпучат глаза и гробовым голосом говорят: «Проклятье на весь ваш род было сделано, да какое сильное, вот все и умерли». Тут Ира не верила: все умерли — это естественный исход для каждой семьи. Одно поколение сменяет другое. Ну не может быть так, что кто-то пошептал на земельку, дунул, и все умерли сразу. Если бы это было возможно, люди бы друг друга испепелили проклятьями.
Путешествие выдалось так себе. На рейсовом автобусе приходилось бегать на каждой остановке в туалеты, потому что рвало и тошнило неистово. Что поделать — токсикоз. Как любила шутить участковая акушер: «Ты беременна, это временно».
— Зачем вообще ехать в такую жару туда, где никого уже нет? — поражался муж Женя, подергивал плечами и добавлял: — Смотри сама.
Ирине из-за жары все время казалась, что они уже в пограничном мире, воздух плыл, и солнце нещадно палило голову так, что ныла переносица. Они с тетей решили разделиться и по разным рядам, чтобы искать нужный номер могилы. Конечно, порядок соблюдался, но путаница все равно была. К 1986 году могли прихоронить 2005, фамилии одинаковые, родственников люди стремятся хоронить рядышком.
Ирина решила проверить последние ряды под глухо гудящими проводами, протянутыми под большим напряжением. Молодой женщине показалось жутким такое расположение могил. Какой может быть покой под таким электромагнитным воздействием и бесконечным шумом? Взгляд ее остановился на огромной статуе ворона, установленной на оградке свежего захоронения. Оградка была очень красивая, резная, с многочисленными узорами и лепестками. Понятно, что покойник был состоятельный человек, раз такой огромный памятник воздвигли с изображением в полный рост, да еще и с вороном. И зачем? Обычно ангелов стараются лепить, птиц, ну, в крайнем случае, коней (цыганским баронам). С памятника на нее глядел огромный мужик, мордатый и громоздкий, с хмурым лицом. «Вот это великан», — успела подумать Ира. Ворон резко повернул на нее голову. Ириша дернулась и остановилась. Большая птица смотрела прямо на нее. Девушка сделала шаг назад, птица ответила резким криком.
— Да он живой, — с ужасом пробормотала Ира и пошла задом, не упуская птицу из виду. Она и в обычной жизни побаивалась ворон, а огромных воронов на кладбище — тем более. — Прям Стивен Кинг какой-то, — сердито бормотала девушка и продолжала отступление. Ворон успокоился и больше не двигался.
— Ир, Ир, — вынырнула из заросшей травы с соседнего ряда Тетя Лида. — А ты тот ряд смотрела?
— Я туда не пойду больше, там ворон, — девушка указала на птицу.
— Так это ж памятник такой, — вглядывалась тетя.
— Не-а, живой он. Живой и злой.
— Да смотри, какой огромный, таких не бывает, это украшение такое, — исследовала могилу тетя Иры.
Ворон резко повернул голову в ее сторону, и Лидия Прокофьевна ахнула:
— Точно, живой, — немного подумала и добавила: — Знаешь, что — не пойдем туда, там с 2015 начинается, вернемся вон в те ряды, — тетя устало махнула в противоположную сторону и стала пробираться через сухую траву.
Ира, с радостью повинуясь, подумала про себя, что ворон этот не простой. Такой же большущий, как и покойник. «Да это он и есть, — догадалась Ира. — Видно, человек был нехороший, темный, грешник. Может, бандит. И креста нет на могиле. Атеист, похоже. Вот и сидит теперь черным вороном, отгоняет прохожих. А может, вообще колдун и знался с темными силами, и кружит нечисть вокруг могилы». Ира еще раз обернулась на могилу. Ворона не было. Тревожно огляделась по сторонам в поисках птицы. Нет уже. Исчез.
— А день выдался чудесным, конечно. И тамада веселый, и конкурсы интересные, — сделала вывод Ирина, продолжая ступать за тетей.
Обо всем произошедшем Ирина не расскажет никому. Потому что не поверят. Брат вообще посоветует записаться в клуб любителей Рен-тв или подать заявку на участие в «Битву экстрасенсов».
Страница 2 из 3
