В квартире в Куинз Говард Милта, не слишком известный нью-йоркский дипломированный бухгалтер, жил с женой, но в тот момент, когда впервые раздалось это поскребывание, пребывал в гордом одиночестве. Виолет Милта, еще менее известная медсестра нью-йоркского дантиста, досмотрев выпуск новостей, отправилась в магазин на углу за пинтой мороженного. После новостей началась программа «Риск», которая ей не нравилась. Она говорила, что терпеть не может Алекса Требека, который напоминал ей продажного евангелиста, но Говард знал истинную причину: во время телевикторины она чувствовала себя полной дурой…
Добавить в моё избранное
48 мин, 47 сек 885
— Нет, — покачала головой миссис Дэттлбаум. — Я видела, что утром, она, как обычно, ушла на работу.
— Разве она не могла вернуться домой? — спросил мистер Фини, и миссис Дэттлбаум заткнулась.
— Мистер Миллер? — позвал О'Баннион.
— Его фамилия Милта, — поправил копа Фини.
— О, черт, — вырвалось у О'Банниона и он поддал дверь плечом. Дверь распахнулась, коп вошел, за ним последовал мистер Фини. — Выйдите из квартиры, сэр, — попытался остановить его О'Баннион.
— Черта с два, — Фини, проскочив в гостиную, с любопытством оглядывал кухню, вываленное на пол содержимое ящика, следы блевотины на обычно сияющей чистотой мебели. Его маленькие глазки возбужденно горели. — Он — мой сосед. И, в конце концов, вызвал вас я.
— Кто кого вызывал, мне без разницы, — в голосе копа появились железные нотки. — Если вы не выйдете отсюда, то отправитесь в участок вместе с этим Милтом.
— Его фамилия — Милта, — вновь поправил копа Фини и, с тоской бросив последний взгляд на кухню, ретировался за дверь.
О'Баннион выгнал Фини из квартиры главным образом потому, что не хотел, чтобы тот видел, как он нервничает. Разгром на кухне — это одно. Но в квартире пахло какой-то химической дрянью и чем-то еще. И О'Баннион очень опасался, что это «еще» — кровь.
Он оглянулся, убедился, что Фини вышел в коридор, а не трется в маленькой прихожей среди пальто, и осторожно пересек гостиную. Убедившись, что от входной двери его не видно, расстегнул кобуру и достал револьвер. Зашел в кухню, убедился, что там никого нет. На мебели, судя по запаху, вроде бы блевотина, на полу всякий хлам, но никого нет.
За спиной послышались какие-то шаркающие звуки. О'Баннион резко повернулся, выставив перед собой револьвер.
— Мистер Милта?
Ответа не последовало, но шаркающий звук повторился. И доносился он от маленького коридорчика. То есть, из спальни или ванной. Патрульный О'Баннион двинулся в указанном направлении, с револьвером в руке, правда нацелив его в потолок. Очень этот звук напоминал Милту, подкрадывающегося к двери ванной с ножницами.
Глядя на приоткрытую дверь ванной, О'Баннион уже понимал, что источник звука находится за ней. Оттуда же шла и волна запахов. Он присел, толкнул дверь мушкой револьвера.
— Святой Боже, — выдохнул он.
Ванная напоминала бойню в разгаре рабочего дня. Кровь на стенах и даже на потолке. Лужи крови на полу. Кровь в раковине. Он видел разбитое окно, бутылку, как ему показалось, из-под очистителя канализационных труб (отсюда и этот ужасный запах), пару мужских туфлей, одну словно долго жевали.
А когда дверь раскрылась шире, он увидел и мужчину.
Порубив палец на мелкие кусочки и спустив их в унитаз, Говард Милта забился в узкий зазор между ванной и стеной. На коленях у него лежали электрические ножницы для стрижки кустов, но батарейки сели: рубка костей потребовала больших затрат электроэнергии. Его волосы торчали в разные стороны. На щеках и лбу запеклась кровь. А широко раскрытые глаза зияли пустотой. Такие глаза патрульный О'Баннион видел только у наркоманов и безумцев.
«Господи Иисусе, — подумал он. — А ведь тот парень прав. Милта убил жену. Во всяком случае, кого-то убил. Но где тело?»
Он заглянул в ванну. Пуста. Вроде бы самое подходящее место для трупа, однако единственное, не испачканное кровью.
— Мистер Милта? — спросил О'Баннион. Он еще не целился в Говарда, но ствол револьвера уже не смотрел в потолок.
— Да, это я, — вежливо, доброжелательно ответил Говард. — Говард Милта, дипломированный бухгалтер, к вашим услугам. Вы хотите облегчиться? Валяйте. Вам никто не помешает. Я думаю, с этой проблемой я справился. Во всяком случае, на какое-то время.
— Вы не хотели бы избавиться от оружия, сэр?
— Оружия? — Говард недоуменно уставился на него, потом вроде бы понял: — Вы про это? — он приподнял ножницы, и револьвер О'Банниона впервые нацелился на него.
— Да, сэр.
— Почему нет, — Говард небрежно бросил ножницы в ванну. Отскочила крышка, закрывающая паз для батареек. — Неважно. Батарейки все равно сели. Но… что это я вам сказал? Предложил облегчиться? Знаете, пожалуй, этого делать не стоит.
— Вы так считаете? — теперь, когда мужчина так легко разоружился, О'Баннион не знал, что делать дальше. Ситуация значительно упростилась бы, если б труп лежал в ванне. А так оставалось только надеть на Милту наручники и звать подмогу. «Не самый худший вариант», — подумал О'Баннион. Очень уж ему хотелось выбраться из этой вонючей ванной.
— Да, — кивнул Говард. — Подумайте сами, на руке пять пальцев… только на одной руке, понимаете… и сколько отверстий связывают обычную ванную с подземным миром? С учетом труб подачи воды? Я насчитал семь, — он помолчал, потом добавил.
— Разве она не могла вернуться домой? — спросил мистер Фини, и миссис Дэттлбаум заткнулась.
— Мистер Миллер? — позвал О'Баннион.
— Его фамилия Милта, — поправил копа Фини.
— О, черт, — вырвалось у О'Банниона и он поддал дверь плечом. Дверь распахнулась, коп вошел, за ним последовал мистер Фини. — Выйдите из квартиры, сэр, — попытался остановить его О'Баннион.
— Черта с два, — Фини, проскочив в гостиную, с любопытством оглядывал кухню, вываленное на пол содержимое ящика, следы блевотины на обычно сияющей чистотой мебели. Его маленькие глазки возбужденно горели. — Он — мой сосед. И, в конце концов, вызвал вас я.
— Кто кого вызывал, мне без разницы, — в голосе копа появились железные нотки. — Если вы не выйдете отсюда, то отправитесь в участок вместе с этим Милтом.
— Его фамилия — Милта, — вновь поправил копа Фини и, с тоской бросив последний взгляд на кухню, ретировался за дверь.
О'Баннион выгнал Фини из квартиры главным образом потому, что не хотел, чтобы тот видел, как он нервничает. Разгром на кухне — это одно. Но в квартире пахло какой-то химической дрянью и чем-то еще. И О'Баннион очень опасался, что это «еще» — кровь.
Он оглянулся, убедился, что Фини вышел в коридор, а не трется в маленькой прихожей среди пальто, и осторожно пересек гостиную. Убедившись, что от входной двери его не видно, расстегнул кобуру и достал револьвер. Зашел в кухню, убедился, что там никого нет. На мебели, судя по запаху, вроде бы блевотина, на полу всякий хлам, но никого нет.
За спиной послышались какие-то шаркающие звуки. О'Баннион резко повернулся, выставив перед собой револьвер.
— Мистер Милта?
Ответа не последовало, но шаркающий звук повторился. И доносился он от маленького коридорчика. То есть, из спальни или ванной. Патрульный О'Баннион двинулся в указанном направлении, с револьвером в руке, правда нацелив его в потолок. Очень этот звук напоминал Милту, подкрадывающегося к двери ванной с ножницами.
Глядя на приоткрытую дверь ванной, О'Баннион уже понимал, что источник звука находится за ней. Оттуда же шла и волна запахов. Он присел, толкнул дверь мушкой револьвера.
— Святой Боже, — выдохнул он.
Ванная напоминала бойню в разгаре рабочего дня. Кровь на стенах и даже на потолке. Лужи крови на полу. Кровь в раковине. Он видел разбитое окно, бутылку, как ему показалось, из-под очистителя канализационных труб (отсюда и этот ужасный запах), пару мужских туфлей, одну словно долго жевали.
А когда дверь раскрылась шире, он увидел и мужчину.
Порубив палец на мелкие кусочки и спустив их в унитаз, Говард Милта забился в узкий зазор между ванной и стеной. На коленях у него лежали электрические ножницы для стрижки кустов, но батарейки сели: рубка костей потребовала больших затрат электроэнергии. Его волосы торчали в разные стороны. На щеках и лбу запеклась кровь. А широко раскрытые глаза зияли пустотой. Такие глаза патрульный О'Баннион видел только у наркоманов и безумцев.
«Господи Иисусе, — подумал он. — А ведь тот парень прав. Милта убил жену. Во всяком случае, кого-то убил. Но где тело?»
Он заглянул в ванну. Пуста. Вроде бы самое подходящее место для трупа, однако единственное, не испачканное кровью.
— Мистер Милта? — спросил О'Баннион. Он еще не целился в Говарда, но ствол револьвера уже не смотрел в потолок.
— Да, это я, — вежливо, доброжелательно ответил Говард. — Говард Милта, дипломированный бухгалтер, к вашим услугам. Вы хотите облегчиться? Валяйте. Вам никто не помешает. Я думаю, с этой проблемой я справился. Во всяком случае, на какое-то время.
— Вы не хотели бы избавиться от оружия, сэр?
— Оружия? — Говард недоуменно уставился на него, потом вроде бы понял: — Вы про это? — он приподнял ножницы, и револьвер О'Банниона впервые нацелился на него.
— Да, сэр.
— Почему нет, — Говард небрежно бросил ножницы в ванну. Отскочила крышка, закрывающая паз для батареек. — Неважно. Батарейки все равно сели. Но… что это я вам сказал? Предложил облегчиться? Знаете, пожалуй, этого делать не стоит.
— Вы так считаете? — теперь, когда мужчина так легко разоружился, О'Баннион не знал, что делать дальше. Ситуация значительно упростилась бы, если б труп лежал в ванне. А так оставалось только надеть на Милту наручники и звать подмогу. «Не самый худший вариант», — подумал О'Баннион. Очень уж ему хотелось выбраться из этой вонючей ванной.
— Да, — кивнул Говард. — Подумайте сами, на руке пять пальцев… только на одной руке, понимаете… и сколько отверстий связывают обычную ванную с подземным миром? С учетом труб подачи воды? Я насчитал семь, — он помолчал, потом добавил.
Страница 13 из 14
