Весна… Это был не просто май. Это был самый дождливый и грозный май, который мне когда — либо приходилось переживать, а жила я уже 15 год.
Добавить в моё избранное
5 мин, 13 сек 157
Гроз и молний я не боялась: и громопровод хороший и подвал надежный. Да и чего бояться? Родители всегда рядом. Жила я тогда в старом массивном доме на берегу озера с мамой. В школе меня часто дразнили из-за того, что я живу с утопленниками, типо озеро и все такое. Честно сказать, относилась я к полтергейсту, привидениям и прочей чухне с большим — большим скептицизмом. Пока сама не увижу — не поверю!
Так вот, как было выше упомянуто, грома я не боялась. А вот подруга моя Надька…
Девка она общительная, заводная, но вот беда — молний боялась до смерти, до чертиков! Ну и собак еще, не суть. Весь май у веселой, задорной Нади проходил в жуткой депрессии. Хлопок — и она уже в слезах. Мне было искренне жаль ее, ведь только с моим приходом она хоть как-то успокаивалась. Я решила помочь бедной Наде.
На ночевку Надька согласилась без колебаний. Это было 14 мая 2005 года. Эту дату я запомнила надолго…
Мы с Надькой веселые шли тогда домой. Ночевка — сами понимаете. Вечер был чудный — ни ветерка, ни малейшего намека на дождик. (Сейчас я думаю, это был разогрев перед… ну в общем читайте). Домой буквально ворвалась буря хохота и веселья. Это мы с Надькой ввалильсь в коридор. Я даже не заметила вешалку и с шумом ее уронила. Надька затихла, но еле удерживала хохот, смотря, как я судорожно подбирала шапки (мама не любила одежды на полу). Но вешав очередную ветровку, я не заметила маминого пальто и вообще было странно, что она не прибежала на громкий стук о новенький паркет.
На кухне лежала записка: «Людочка, ведите себя с Надей хорошо. Мне очень жаль, срочный вызов… какая-то поломка на работе. Ужин в холодильнике. Вернусь поздно. Целую!»
«Ведите себя с Надей хорошо» — улыбнулась я…
«Ведите себя с Надей хорошо» — улыбнулась Надя…
И мы громко расхохотались. В пустом доме хохот раздался громким эхом. Ну а дальше все до невозможности банально: бой подушками, слезливый фильмец, танцы… вот только Надя вечно жаловалась на какой-то детский смех, то и дело слышимый откуда-то с чердака. Я, конечно, слышала шумы, похожие на смех, но думала, что это эхо нашего же смеха.
И вот уже 00:00. Сидим, хомячим чипсы, страшилки там, тыры-пыры… К моему удивлению, в комнате стало холодней. На улице разбушевался дождь, вскоре он перерос в настоящий такой град. Надя по — началу волновалась, но я ее быстро успокоила надежностью подвала на случай грозы.
«Только не гроза! Прошу! Умоляю!»
Но, конечно, закон подлости никогда не откажется вступить со мной в игру.
У Нади тогда Началась настоящая паника. Хотя нет, даже не паника. Откровенный страх и ужас. Лицо ее резко переменилось. Вместо веселой Надьки передо мной появилось лицо полного непонимания, ужаса и… злости. Она начала судорожно метаться от угла к углу, будто сумасшедшая. Она орала, вопила, угрожала мне расправой! В комнате повеяло страхом. Затем Надя залезла под стол и нервно всхлипывая начала рыдать.
Я сидела, как вкопанная, боясь лишний раз пошевелиться. После такой сцены по спине побежал холодок, тело покрылось рябью. Мы просидели в разных углах минуты две. Затем я все же решила взять себя в руки и все — же помочь подруге в столь тяжелый для нее момент. Я медленно стала подниматься с кровати и робко заглянула под стол. Надя все еще стонала под столом, закрыв лицо руками и вздрагивая от очередного удара молнии. Волосы ее совсем растрепались и покрыли ее красное от слез лицо. Я медленно стала подступать к ней, уговаривая срочно отправиться в подвал. Я умоляла, просила, но Надя… она будто меня не слышала.
«Надя, прошу, Наденька, там спокойно, тихо, Над… Ай!»
Надя резко схватила меня за руку…
Глаза ее расширились от ужаса. Я была перед ней. Но она будто смотрела сквозь меня, она будто смотрела на… на дверь. Надя сидела, как парализованная. Лицо было перекошено от страха, тушь размазалась большими пятнами, а губы нервно тряслись и вздрагивали, будто она хотела мне что-то сказать. Вы представить себе не может, как мне было страшно, как мне было больно смотреть не нее… на ЛУЧШУЮ подругу в образе ненормальной, сумасшедшей!
«Д-д-дв-верь» — едва слышно прошептала она, глотая слезы.
Я резко обернулась. Дверь была открыта.
«Господи, бедная Надя». — подумала я. Она уже приписала двери какие-то невиданные свойства, будто она сама не могла открыться никаким образом. Дверь открылась. Ну и что? Сквозняк! В такую то погодку… Я села рядом с Надей. Мне было абсолютно все равно, что было с этой несчастной дверью! Меня сейчас больше Надя волновала. И, к тому же я уже говорила, что относилась ко всяким таким штучкам скептично. Я аккуратно пыталась привести в порядок Надины волосы и успокоить ее словами. Но она смотрела в одну точку, четко на дверь. Когда я вытирала очередную слезу, Надя громко завизжала. Так резко, что я ударилась головой об стол от неожиданности.
Я заткнула уши, кричала ей что-то, я орала, чтоб она заткнулась!
Так вот, как было выше упомянуто, грома я не боялась. А вот подруга моя Надька…
Девка она общительная, заводная, но вот беда — молний боялась до смерти, до чертиков! Ну и собак еще, не суть. Весь май у веселой, задорной Нади проходил в жуткой депрессии. Хлопок — и она уже в слезах. Мне было искренне жаль ее, ведь только с моим приходом она хоть как-то успокаивалась. Я решила помочь бедной Наде.
На ночевку Надька согласилась без колебаний. Это было 14 мая 2005 года. Эту дату я запомнила надолго…
Мы с Надькой веселые шли тогда домой. Ночевка — сами понимаете. Вечер был чудный — ни ветерка, ни малейшего намека на дождик. (Сейчас я думаю, это был разогрев перед… ну в общем читайте). Домой буквально ворвалась буря хохота и веселья. Это мы с Надькой ввалильсь в коридор. Я даже не заметила вешалку и с шумом ее уронила. Надька затихла, но еле удерживала хохот, смотря, как я судорожно подбирала шапки (мама не любила одежды на полу). Но вешав очередную ветровку, я не заметила маминого пальто и вообще было странно, что она не прибежала на громкий стук о новенький паркет.
На кухне лежала записка: «Людочка, ведите себя с Надей хорошо. Мне очень жаль, срочный вызов… какая-то поломка на работе. Ужин в холодильнике. Вернусь поздно. Целую!»
«Ведите себя с Надей хорошо» — улыбнулась я…
«Ведите себя с Надей хорошо» — улыбнулась Надя…
И мы громко расхохотались. В пустом доме хохот раздался громким эхом. Ну а дальше все до невозможности банально: бой подушками, слезливый фильмец, танцы… вот только Надя вечно жаловалась на какой-то детский смех, то и дело слышимый откуда-то с чердака. Я, конечно, слышала шумы, похожие на смех, но думала, что это эхо нашего же смеха.
И вот уже 00:00. Сидим, хомячим чипсы, страшилки там, тыры-пыры… К моему удивлению, в комнате стало холодней. На улице разбушевался дождь, вскоре он перерос в настоящий такой град. Надя по — началу волновалась, но я ее быстро успокоила надежностью подвала на случай грозы.
«Только не гроза! Прошу! Умоляю!»
Но, конечно, закон подлости никогда не откажется вступить со мной в игру.
У Нади тогда Началась настоящая паника. Хотя нет, даже не паника. Откровенный страх и ужас. Лицо ее резко переменилось. Вместо веселой Надьки передо мной появилось лицо полного непонимания, ужаса и… злости. Она начала судорожно метаться от угла к углу, будто сумасшедшая. Она орала, вопила, угрожала мне расправой! В комнате повеяло страхом. Затем Надя залезла под стол и нервно всхлипывая начала рыдать.
Я сидела, как вкопанная, боясь лишний раз пошевелиться. После такой сцены по спине побежал холодок, тело покрылось рябью. Мы просидели в разных углах минуты две. Затем я все же решила взять себя в руки и все — же помочь подруге в столь тяжелый для нее момент. Я медленно стала подниматься с кровати и робко заглянула под стол. Надя все еще стонала под столом, закрыв лицо руками и вздрагивая от очередного удара молнии. Волосы ее совсем растрепались и покрыли ее красное от слез лицо. Я медленно стала подступать к ней, уговаривая срочно отправиться в подвал. Я умоляла, просила, но Надя… она будто меня не слышала.
«Надя, прошу, Наденька, там спокойно, тихо, Над… Ай!»
Надя резко схватила меня за руку…
Глаза ее расширились от ужаса. Я была перед ней. Но она будто смотрела сквозь меня, она будто смотрела на… на дверь. Надя сидела, как парализованная. Лицо было перекошено от страха, тушь размазалась большими пятнами, а губы нервно тряслись и вздрагивали, будто она хотела мне что-то сказать. Вы представить себе не может, как мне было страшно, как мне было больно смотреть не нее… на ЛУЧШУЮ подругу в образе ненормальной, сумасшедшей!
«Д-д-дв-верь» — едва слышно прошептала она, глотая слезы.
Я резко обернулась. Дверь была открыта.
«Господи, бедная Надя». — подумала я. Она уже приписала двери какие-то невиданные свойства, будто она сама не могла открыться никаким образом. Дверь открылась. Ну и что? Сквозняк! В такую то погодку… Я села рядом с Надей. Мне было абсолютно все равно, что было с этой несчастной дверью! Меня сейчас больше Надя волновала. И, к тому же я уже говорила, что относилась ко всяким таким штучкам скептично. Я аккуратно пыталась привести в порядок Надины волосы и успокоить ее словами. Но она смотрела в одну точку, четко на дверь. Когда я вытирала очередную слезу, Надя громко завизжала. Так резко, что я ударилась головой об стол от неожиданности.
Я заткнула уши, кричала ей что-то, я орала, чтоб она заткнулась!
Страница 1 из 2
