Я скептик по натуре. Но история, которую я хочу вам рассказать, меня зацепила…
Добавить в моё избранное
10 мин, 51 сек 203
Как зверь побитый. Я дернулась было, а он опять — хвать меня и обратно на стул усадил. Говорит, чтоб не боялась. Просто говорит, что точно свихнется, если не выговорится…
И вот тут самое интересное. Говорит, как фирма его прогорела, пошел он в метро работать. То ли начальник смены, то ли караула. Ну, в общем, что-то там со сменой электриков связано. Проработал там около пяти лет, и вот в один прекрасный день его то ли на путях, то ли еще где-то в тоннелях током шибануло. Да так, говорит, что вырубился на пару часов. Встал, отряхнулся. Осмотрел себя — все хорошо вроде. Пошел к себе в каморку, смотрит, а там уже смена другая. Ну он там сменщика своего старшого нашел и говорит, так и так, мол, током шибануло. Пару часов пролежал. Начал там разборки устраивать, что это его не хватились. Хорошо, говорит, что не на самих путях был, а где-то в ответвлении… Ну или я, по крайней мере, так поняла. Точно уж не скажу. А на него как на дурака смотрят и спрашивают, что он тут делает и кто он такой. Долгие разборки были. Его в ментовку упекли и пару дней там продержали. Потом выпустили.
А он говорит, мол, ничего не пойму. Состояние еще не ахти. Что происходит и за что вот это со мной? Ребята так на работе пошутили или что? Как-то так. Пошел, говорит, на остановку. Телефон давно разрядился, думал, жена там люлей ему по самое не хочу уже приготовила. Проходит мимо супермаркета и в отражении себя видит. И только тогда понял, что одежда-то не рабочая, да и вообще какая-то другая. Подстрижен не так. Он говорит, что плюнул автобус ждать. На такси поехал. Подъехал к дому, давай расплачиваться, достает кошелек, а там денег немерено. Карточки какие-то. Удивился, говорит, сильно. Подходит к дому, а там бабки на улице сидят. Он с ними здоровается. Говорит там, ну допустим, «здрасьте, Марьванна». Всех по имени назвал. А они удивились очень и говорят, мол, милок, а ты кто такой вообще? Он говорит — как кто? Генка, сосед ваш, ну там с 45-й пусть будет… не помню я номер, который он назвал. Они ему, мол, милок, ты о чем и откуда свалился? Там Танька живет с хахалем новым. Он говорит, что у него вся жизнь ушла. Он сел с ними на лавку и говорит, что Танька жена его, фамилия Миронова. Они говорят, нет, что-то путаешь ты, милок. У Таньки фамилия Колошева. А он говорит, что была Колошева. Девичья это фамилия. Ну там бабки у виска покрутили, а он побежал на свой этаж. Ключами дверь открыть пытается, а они не подходят. На шорох вышел мужик и начал разборки устраивать. Типа, кто такой и чего надо. А он говорит, что видит за его плечами Таню. Только вот другая она какая-то, и смотрит на него недобро. Он за ней кинулся, про детей начал спрашивать. Она в панику, закричала. Ну его за шкирок тот мужик и выкинул. Ментовкой пригрозил. Он еще долго, говорит, сидел с бабками на лавочке во дворе. Слушал их и не понимал ничего. Они про соседей рассказывают, но как будто про других. Про бабку Машу, которая умерла год назад, семейство Самсоновых или как их там… не помню уже, что развелись они… и все в таком роде. А он думает про себя, что не было такого. Баба Маша жива, Самсоновы вчера на курорт укатили. Ну и все в таком духе.
Посидел еще с ними немного, поспрашивал. Так, говорит, и не понял ничего. Пошел в гостиницу, снял номер, напился и уснул. На следующий день мозги вроде заработали. Пошел он, спросил зарядку у девочек… ну этих… как их там… на ресепшен… вооот. Зарядил телефон, а там пропущенных уйма. От каких-то Нади, от Паши и от Вали, и еще от кучи людей. И номера все незнакомые. Да и в записной книжке тоже ничего не понятно. Открыл фотографии — и там такая же фигня. Какие-то люди, семейные фото. Подумал, что телефон не его. Да только на фотографиях он, как ни крути. Показывал он мне его. Ну да… он. С женой своей стоит и дети, наверное, тоже его. Да вот только я их не видела никогда… детей, в смысле. Открыл паспорт, начал листать. Ну, говорит, я это — Миронов Геннадий Сергеевич, и дата рождения моя. Открыл прописку, а там чертовщина. Прописан на Богатырском. Никогда я там, говорит, прописан не был. Всю жизнь в Танькиной квартире на Бела Куна жили… или как там. Дальше листает — женат. На какой-то Клиновой Надежде Ивановне. И дети в количестве двух штук. Вот как раз Павел и Валентина Мироновы, такого-то и такого года рождения. Генка говорит, что чуть не рехнулся. Телефон сразу выключил, потому как опять звонить начали. Ушел к себе в номер. Прожил еще недели две, а там менты пришли. Говорят, что жена ищет. Генка говорит, ну подумал и уже решил, что поедет на этот Богатырский и встретится со своей, так сказать, семьей. Приехал — открывает дверь эта Надя. Вспомнил он ее. Это с ней у него пару раз было, когда от жены гулял, до рождения детей. Но жениться он на ней уж точно не собирался. По его словам. Эта Надя в слезы и крики. Где ты был, мол? Мы все здесь на ушах. Ну он постоял, послушал, наплел что-то ей. Там и дети подоспели. Он потом рассказывает, что стоит он в абсолютно чужой квартире, с абсолютно чужими людьми…
И вот тут самое интересное. Говорит, как фирма его прогорела, пошел он в метро работать. То ли начальник смены, то ли караула. Ну, в общем, что-то там со сменой электриков связано. Проработал там около пяти лет, и вот в один прекрасный день его то ли на путях, то ли еще где-то в тоннелях током шибануло. Да так, говорит, что вырубился на пару часов. Встал, отряхнулся. Осмотрел себя — все хорошо вроде. Пошел к себе в каморку, смотрит, а там уже смена другая. Ну он там сменщика своего старшого нашел и говорит, так и так, мол, током шибануло. Пару часов пролежал. Начал там разборки устраивать, что это его не хватились. Хорошо, говорит, что не на самих путях был, а где-то в ответвлении… Ну или я, по крайней мере, так поняла. Точно уж не скажу. А на него как на дурака смотрят и спрашивают, что он тут делает и кто он такой. Долгие разборки были. Его в ментовку упекли и пару дней там продержали. Потом выпустили.
А он говорит, мол, ничего не пойму. Состояние еще не ахти. Что происходит и за что вот это со мной? Ребята так на работе пошутили или что? Как-то так. Пошел, говорит, на остановку. Телефон давно разрядился, думал, жена там люлей ему по самое не хочу уже приготовила. Проходит мимо супермаркета и в отражении себя видит. И только тогда понял, что одежда-то не рабочая, да и вообще какая-то другая. Подстрижен не так. Он говорит, что плюнул автобус ждать. На такси поехал. Подъехал к дому, давай расплачиваться, достает кошелек, а там денег немерено. Карточки какие-то. Удивился, говорит, сильно. Подходит к дому, а там бабки на улице сидят. Он с ними здоровается. Говорит там, ну допустим, «здрасьте, Марьванна». Всех по имени назвал. А они удивились очень и говорят, мол, милок, а ты кто такой вообще? Он говорит — как кто? Генка, сосед ваш, ну там с 45-й пусть будет… не помню я номер, который он назвал. Они ему, мол, милок, ты о чем и откуда свалился? Там Танька живет с хахалем новым. Он говорит, что у него вся жизнь ушла. Он сел с ними на лавку и говорит, что Танька жена его, фамилия Миронова. Они говорят, нет, что-то путаешь ты, милок. У Таньки фамилия Колошева. А он говорит, что была Колошева. Девичья это фамилия. Ну там бабки у виска покрутили, а он побежал на свой этаж. Ключами дверь открыть пытается, а они не подходят. На шорох вышел мужик и начал разборки устраивать. Типа, кто такой и чего надо. А он говорит, что видит за его плечами Таню. Только вот другая она какая-то, и смотрит на него недобро. Он за ней кинулся, про детей начал спрашивать. Она в панику, закричала. Ну его за шкирок тот мужик и выкинул. Ментовкой пригрозил. Он еще долго, говорит, сидел с бабками на лавочке во дворе. Слушал их и не понимал ничего. Они про соседей рассказывают, но как будто про других. Про бабку Машу, которая умерла год назад, семейство Самсоновых или как их там… не помню уже, что развелись они… и все в таком роде. А он думает про себя, что не было такого. Баба Маша жива, Самсоновы вчера на курорт укатили. Ну и все в таком духе.
Посидел еще с ними немного, поспрашивал. Так, говорит, и не понял ничего. Пошел в гостиницу, снял номер, напился и уснул. На следующий день мозги вроде заработали. Пошел он, спросил зарядку у девочек… ну этих… как их там… на ресепшен… вооот. Зарядил телефон, а там пропущенных уйма. От каких-то Нади, от Паши и от Вали, и еще от кучи людей. И номера все незнакомые. Да и в записной книжке тоже ничего не понятно. Открыл фотографии — и там такая же фигня. Какие-то люди, семейные фото. Подумал, что телефон не его. Да только на фотографиях он, как ни крути. Показывал он мне его. Ну да… он. С женой своей стоит и дети, наверное, тоже его. Да вот только я их не видела никогда… детей, в смысле. Открыл паспорт, начал листать. Ну, говорит, я это — Миронов Геннадий Сергеевич, и дата рождения моя. Открыл прописку, а там чертовщина. Прописан на Богатырском. Никогда я там, говорит, прописан не был. Всю жизнь в Танькиной квартире на Бела Куна жили… или как там. Дальше листает — женат. На какой-то Клиновой Надежде Ивановне. И дети в количестве двух штук. Вот как раз Павел и Валентина Мироновы, такого-то и такого года рождения. Генка говорит, что чуть не рехнулся. Телефон сразу выключил, потому как опять звонить начали. Ушел к себе в номер. Прожил еще недели две, а там менты пришли. Говорят, что жена ищет. Генка говорит, ну подумал и уже решил, что поедет на этот Богатырский и встретится со своей, так сказать, семьей. Приехал — открывает дверь эта Надя. Вспомнил он ее. Это с ней у него пару раз было, когда от жены гулял, до рождения детей. Но жениться он на ней уж точно не собирался. По его словам. Эта Надя в слезы и крики. Где ты был, мол? Мы все здесь на ушах. Ну он постоял, послушал, наплел что-то ей. Там и дети подоспели. Он потом рассказывает, что стоит он в абсолютно чужой квартире, с абсолютно чужими людьми…
Страница 2 из 3
