Гостья

Ровно в полночь. Открывает портал или дверь из иного измерения — я не знаю, что именно — и вылезает.

Днём её нет, я проверял. После той ночи, когда тварь пришла в первый раз, я специально отодвинул кровать, чуть ли не с лупой изучил каждый сантиметр пола, и щели в паркете, и даже плинтус отодрал. Я не нашёл ни одного следа присутствия твари! Но ночью она пришла. И следующей ночью тоже. И через одну…

Я переставлял кровать в другой угол и соседнюю комнату, но всё повторялось. Я многократно менял квартиры, но тварь уверенно следовала за мной по пятам. Ночевать у друзей или в гостиницах я, понятно, не решаюсь, помня о судьбе многочисленных Мурзиков.

Вот уже без малого два года, как тварь еженощно навещает меня, вылезая из-под моей кровати ровно в полночь.

За что же ты ко мне привязалась, тварь?!

Невозможно бодрствовать каждую ночь, карауля, часами прислушиваюсь, как кровожадная тварь бродит в непосредственно близости от тебя, и не зная, чего от неё ждать!

Я забываюсь тревожным сном, но вскоре просыпаюсь. Удушье и леденящий животный ужас всегда означают приближение твари.

Цокот, шелест, скрип всё ближе и ближе. Неторопливые тяжёлые шаги — сытая и наигравшаяся, тварь движется медленно и неторопливо.

Усилием воли я заставляю тело расслабиться, унимаю сердцебиение, выравниваю дыхание, чтобы казаться погруженным в глубокий спокойный сон. Закрываю глаза. Тварь не должно знать, что я бодрствую.

А вот и она — я уже чувствую исходящий от твари запах сырого мяса, слышу хрипящее дыхание. Кот придушенно шипит, шёрстка на его спине встает дыбом: не мне одному страшно! Я вцепляюсь пальцами в тельце питомца и мысленно прошу его успокоиться.

А затем запахи, звуки, ощущения пропадают. Я уже не могу чувствовать, но знаю совершенно точно: тварь стоит рядом с кроватью и смотрит на меня. Мне кажется, она видит, что я притворяюсь. Тогда почему не нападает? Это ведь так просто — напасть на спящего беспомощного человека. Не сложнее, чем на кота…

Может, потому что тварь сейчас сыта?

Или почему-то моя кровать — единственное место в доме, где мы можем быть в безопасности?

Или её «кодекс чести» не разрешает трогать спящих? И она ждёт, когда я себя выдам, чтобы быть вправе напасть на меня?

Я стараюсь дышать нарочно медленно и глубоко.

Или ей просто нравится играть в игру? Я притворяюсь, что сплю — а тварь, что верит мне.

Или всё гораздо проще: тварь не будет трогать меня ровно до тех пор, пока находит на кухне еду?

Я чувствую на себя недобрый, тяжёлый, насмешливый и явно потусторонний взгляд.

Сколькими же глазами она сейчас на меня смотрит? И где у неё глаза, и сколько их? И как тварь вообще выглядит: как сгусток мрака, как чешуйчатая гадина, как ощетинившееся многозубое чудовище из фантастического фильма?

Мной вдруг овладевает безумная идея посмотреть на свою ночную гостью.

В конце концов, сколько же можно бояться?! У меня уже нет сил, я почти два года не сплю и всё время только и делаю, что боюсь, боюсь, боюсь! Говорят, свой страх нужно знать в лицо. Как и свою смерть.

Мои ресницы дрожат, я делаю усилие и…