Я посмотрел в окно и подумал, что терпеть не могу осень. Хотя на сей раз она ни чем не отличалась от других осеней вместе взятых. Те же грязные лужи. Те же почерневшие листья. Та же туманная завеса из мелкого дождя…
Добавить в моё избранное
553 мин, 10 сек 23293
— Скажите, милая, — ручьем зажурчал вновь Вано. — А в ночь убийства… Может вы случайно заметили… Выходил ли профессор?
Ли-Ли тяжело вздохнула.
— Если и выходил, увы, этого никто бы не увидел. В холле играла музыка. Мы все оживленно болтали. В общем, я ничего не слышала. Потом… Потом мы вышли провожать остальных. И возились на кухне. Музыку я также не выключала. Гремела посуда… — Ли-Ли наморщила лобик, словно пыталась припомнить. Но тут же встряхнула своей пышной прической. — Нет! Ничего подозрительного я не слышала.
И вдруг. Словно гром среди ясного неба. Короткая фраза.
— Выходил.
Ее произнес казавшийся до этого глухонемым Ки-Ки. При чем так непосредственно, тихо и уверенно, что только усилило эффект. Все удивленно вытаращились на него. А Ки-Ки тем временем невозмутимо пережевывал тушеную рыбу, осторожно вынимая изо рта косточки. Чем окончательно меня взбесил. Но я решил мудро промолчать. Все выжидали. А Ки-Ки как назло медленно и тщательно пережевывал эту чертову акулу, которую так искусно приготовила Ли-Ли на второе.
— Милый! — первой не выдержала Ли-Ли. — И ты все это время молчал!
Ки-Ки наконец отставил тарелку в сторону. И промокнул жирные губы салфеткой.
— А с какой стати я должен был об этом трубить на каждом углу? Профессор частенько выходит подышать свежим воздухом. И это не новость. Он действительно пользуется черным ходом. Чтобы не встречаться с нами. У него много дел и он, видимо, желает отдыхать в одиночестве.
— И в котором часу, если не секрет, он выходил подышать воздухом в ту ночь?
— Как всегда. Где-то около двенадцати. Да, пожалуй, без пяти двенадцать. Я как раз вышел на кухню. Заварить чай из мяты для гостей. У нас чай из мяты — некий ритуал. Мы его пьем на десерт вместе с ореховым щербетом. Знаете, это сочетание, как установил лично я, весьма благоприятно влияет на организм. Мята является успокаивающим средством. А орехи с медом — укрепляющим. На ночь — это то что надо. Поверьте, если вы будете каждый вечер пить чай с мятой и ореховым щербетом. Ваше сердце будет отлично справляться с психологическими нагрузками…
В таком роде он мог продолжать бесконечно. Я уже зверски скалился на него. А Вано беспокойно ерзал на стуле.
— И вы заметили профессора, — поторопил я Ки-Ки.
Он недоуменно на меня посмотрел.
— Как я его мог заметить? Я же был на кухне. Но черны ход как раз проходит через кухню. И я слышал, как хлопнула дверь. И послышались шаги на лестнице.
Ничего особенно от Ки-Ки мы так и не добились. Профессор выходил тогда, когда адвокат в нетерпении ждал чая с мятой. Следовательно, Заманский прихлопнуть его в тот момент не мог.
— Но вы, как хозяева гостиницы, надеюсь в курсе, чем занимается профессор Заманский? Над какой проблемой он работает?
Чета Кис-Кис понятия не имела об этом. Более того — профессор не допускал их в свой номер. Где и располагалась его лаборатория. А предпочитал убирать все сам. Действительно, чудак! Он что — эликсир бессмертия изобретает? К чему столько загадок?!
Мы встали со стола. Горячо поблагодарив гостеприимных хозяев. Вано по-прежнему украдкой косился на Ли-Ли. И этого не замечал по-моему только ее муж.
— Кстати, — попросил я, уже поднимаясь по лестнице, — если профессор-таки проголодается и соизволит спуститься к ужину. Пожалуйста, попросите его, чтобы он заглянул на минутку к нам.
В номере нас ждал сюрприз. Для меня — приятный. Для моего друга — очень даже наоборот.
На диванчике, поджав ноги, полулежала Белка. Она даже не услышала, как мы вошли. Она спала, как ребенок. И мне эта спящая красавица показалась еще прекрасней. Ее щечки порозовели на фоне загара. Ее пухлые губки были поджаты. Ее огненно-рыжие волосы были разбросаны по подушке.
— Богиня Солнца, — прошептал я.
— Жалкий заморыш, — поморщился Вано.
А богиня Солнца и по совместительству жалкий заморыш тем временем сладко потянулась во сне и демонстративно перевернулась на другой бок, спиной к нам.
— Ну что ж, Ник, — неожиданно начал Вано тихим загадочным тоном. — Пора обсудить операцию под кодовым названием «Кладбище», пока эта замарашка спит. Профессора мы подловим после похорон адвоката. За раскопками очередной могилы. В этом городишке, похоже, давно не умирали. Вот Заманский и пришил адвоката. К тому же у того с интеллектом было все в порядке, и профессору понадобились именно его мозги. Скорее всего — для опыта. Или он просто ими питается, чтобы стать еще гениальнее. Хотя куда уже гениальнее? Но ничего, Ник. Одно успокаивает, что этой безмозглой мыши ничего не грозит. Ее мозги мало весят и мало стоят. Если они вообще у нее имеются…
Вано так и не успел закончить монолог. Поскольку Белка внезапно вскочила с дивана. И с кулаками бросилась на Вано.
— Это уже слишком! — орала она. — Сам ты безмозглый индюк!
Ли-Ли тяжело вздохнула.
— Если и выходил, увы, этого никто бы не увидел. В холле играла музыка. Мы все оживленно болтали. В общем, я ничего не слышала. Потом… Потом мы вышли провожать остальных. И возились на кухне. Музыку я также не выключала. Гремела посуда… — Ли-Ли наморщила лобик, словно пыталась припомнить. Но тут же встряхнула своей пышной прической. — Нет! Ничего подозрительного я не слышала.
И вдруг. Словно гром среди ясного неба. Короткая фраза.
— Выходил.
Ее произнес казавшийся до этого глухонемым Ки-Ки. При чем так непосредственно, тихо и уверенно, что только усилило эффект. Все удивленно вытаращились на него. А Ки-Ки тем временем невозмутимо пережевывал тушеную рыбу, осторожно вынимая изо рта косточки. Чем окончательно меня взбесил. Но я решил мудро промолчать. Все выжидали. А Ки-Ки как назло медленно и тщательно пережевывал эту чертову акулу, которую так искусно приготовила Ли-Ли на второе.
— Милый! — первой не выдержала Ли-Ли. — И ты все это время молчал!
Ки-Ки наконец отставил тарелку в сторону. И промокнул жирные губы салфеткой.
— А с какой стати я должен был об этом трубить на каждом углу? Профессор частенько выходит подышать свежим воздухом. И это не новость. Он действительно пользуется черным ходом. Чтобы не встречаться с нами. У него много дел и он, видимо, желает отдыхать в одиночестве.
— И в котором часу, если не секрет, он выходил подышать воздухом в ту ночь?
— Как всегда. Где-то около двенадцати. Да, пожалуй, без пяти двенадцать. Я как раз вышел на кухню. Заварить чай из мяты для гостей. У нас чай из мяты — некий ритуал. Мы его пьем на десерт вместе с ореховым щербетом. Знаете, это сочетание, как установил лично я, весьма благоприятно влияет на организм. Мята является успокаивающим средством. А орехи с медом — укрепляющим. На ночь — это то что надо. Поверьте, если вы будете каждый вечер пить чай с мятой и ореховым щербетом. Ваше сердце будет отлично справляться с психологическими нагрузками…
В таком роде он мог продолжать бесконечно. Я уже зверски скалился на него. А Вано беспокойно ерзал на стуле.
— И вы заметили профессора, — поторопил я Ки-Ки.
Он недоуменно на меня посмотрел.
— Как я его мог заметить? Я же был на кухне. Но черны ход как раз проходит через кухню. И я слышал, как хлопнула дверь. И послышались шаги на лестнице.
Ничего особенно от Ки-Ки мы так и не добились. Профессор выходил тогда, когда адвокат в нетерпении ждал чая с мятой. Следовательно, Заманский прихлопнуть его в тот момент не мог.
— Но вы, как хозяева гостиницы, надеюсь в курсе, чем занимается профессор Заманский? Над какой проблемой он работает?
Чета Кис-Кис понятия не имела об этом. Более того — профессор не допускал их в свой номер. Где и располагалась его лаборатория. А предпочитал убирать все сам. Действительно, чудак! Он что — эликсир бессмертия изобретает? К чему столько загадок?!
Мы встали со стола. Горячо поблагодарив гостеприимных хозяев. Вано по-прежнему украдкой косился на Ли-Ли. И этого не замечал по-моему только ее муж.
— Кстати, — попросил я, уже поднимаясь по лестнице, — если профессор-таки проголодается и соизволит спуститься к ужину. Пожалуйста, попросите его, чтобы он заглянул на минутку к нам.
В номере нас ждал сюрприз. Для меня — приятный. Для моего друга — очень даже наоборот.
На диванчике, поджав ноги, полулежала Белка. Она даже не услышала, как мы вошли. Она спала, как ребенок. И мне эта спящая красавица показалась еще прекрасней. Ее щечки порозовели на фоне загара. Ее пухлые губки были поджаты. Ее огненно-рыжие волосы были разбросаны по подушке.
— Богиня Солнца, — прошептал я.
— Жалкий заморыш, — поморщился Вано.
А богиня Солнца и по совместительству жалкий заморыш тем временем сладко потянулась во сне и демонстративно перевернулась на другой бок, спиной к нам.
— Ну что ж, Ник, — неожиданно начал Вано тихим загадочным тоном. — Пора обсудить операцию под кодовым названием «Кладбище», пока эта замарашка спит. Профессора мы подловим после похорон адвоката. За раскопками очередной могилы. В этом городишке, похоже, давно не умирали. Вот Заманский и пришил адвоката. К тому же у того с интеллектом было все в порядке, и профессору понадобились именно его мозги. Скорее всего — для опыта. Или он просто ими питается, чтобы стать еще гениальнее. Хотя куда уже гениальнее? Но ничего, Ник. Одно успокаивает, что этой безмозглой мыши ничего не грозит. Ее мозги мало весят и мало стоят. Если они вообще у нее имеются…
Вано так и не успел закончить монолог. Поскольку Белка внезапно вскочила с дивана. И с кулаками бросилась на Вано.
— Это уже слишком! — орала она. — Сам ты безмозглый индюк!
Страница 39 из 149
