Звезда Макилвейна

— Называйте их как хотите, — сказал Текс Харриган. — Потерянные, заблудшие, чокнутые или, скажем, непризнанные гении, — я знаю их столько, что ими можно было бы заселить целую палату в сумасшедшем доме. Я много лет был репортером и нагляделся на таких.

— Назовите хоть одного, — попросил я, чувствуя, что Харриган как раз в подходящем настроении.

— Ну, хоть Тэдиес Макилвейн.

— Никогда про такого не слышал.

— Конечно, — сказал Харриган. — Но я его знал. Это был чудаковатый старик, денег у него едва хватало на три его страсти: он играл в карты и в шахматы в трактирчике Биксби на Северной улице; увлекался астрономией; и еще была у него навязчивая идея, что жизнь существует не только на нашей планете и с обитателями других планет можно как-то связаться. Правда, в отличие от прочих он не только об этом говорил, но даже придумывал какие-то причудливые механизмы.

Ну вот, у этого старика было трое дружков, с которыми он играл у Биксби. Им он и рассказывал, как у него подвигаются дела со звездами и общение с жителями других планет, а дружки, насколько я знаю, превесело над ним подшучивали. Он покорно сносил насмешки — наверно, потому, что больше ему не с кем было поделиться. Так вот, в первый раз я про него услыхал однажды утром, когда меня вызвал к себе редактор отдела городской хроники — тогда это был старый Билл Хендерсон — и говорит: «Харриган, мы только что узнали о некоем Тэдиесе Макилвейне, вроде бы он открыл новую звезду. Этот астроном-любитель живет на Северной улице. В общем, разыщите его и дайте очерк».

И я отправился в путь.

Настала великая минута в жизни Тэдиеса Макилвейна. Он с важным видом уселся, поправил очки и уставился на присутствующих, как всегда, поверх стекол — ни дать, ни взять разгневанный учитель или просто сварливый старикашка.

— Я своего добился, — объявил он негромко.

— Да? А чего именно? — брюзгливо спросил Александер.

— Я открыл новую звезду.

— Ах вот как, — равнодушно откликнулся Леопольд. — Просто тебе соринка в глаз попала.

— Она находится чуть правее Арктура, — продолжал Макилвейн, — и, похоже, приближается к Земле.

— Передай ей от меня привет, — криво улыбнулся Ричардсон. — Ты уже придумал ей имя? Или теперь открыватели новых звезд не дают им названий? Звезда Макилвейна — звучит недурно. Есть чем любоваться вечерами, когда больше нечего делать.

Макилвейн только усмехнулся.

— Это темная звезда, — сказал он, помолчав. — Она не светится. — Он говорил, точно извиняясь. — Хочу установить с нею связь.

— Вот это да! — сказал Александер.

— Сдавай! — сказал Леопольд.

Так приняли великую новость о звезде Макилвейна его друзья-приятели. И потом весь вечер Макилвейн покорно играл в юкр. А Ричардсону пришло в голову, что надо сообщить об открытии в газету.

— Старик Макилвейн принимал все это всерьез, — продолжал Харриган, — и в то же время как-то очень стеснялся. Понимаете, создавалось впечатление, что он так долго старался открыть свою звезду, что теперь уж и сам с трудом в нее верил. Но звезда существовала. Он очень пространно и подробно рассказывал мне, как все произошло — случайно, как всегда бывает. Такие случаи — не редкость, и его рассказ звучал вполне убедительно. И все-таки в глубине души я ему не поверил. Я, конечно, все записал, как положено, и поснимал старика, убежденный, что фотографии нам не понадобятся.

По правде говоря, я таскал свои заметки в кармане два дня, и только потом мне пришло на ум, что ведь можно позвонить в Обсерваторию в штате Висконсин. Позвонил, и они подтвердили, что такая звезда появилась. Газета напечатала очерк о Макилвейне и не пожалела красок.

Через две недели Макилвейн снова дал о себе знать…

В тот вечер старик казался еще более застенчивым, чем всегда. Он ничуть не походил на человека, который готовится объявить очень важную новость. Он бочком вошел к Биксби и нерешительно приблизился к столику, где сидели его друзья.

— Славный вечерок, прямо как летом, — негромко заметил он.

Ричардсон буркнул что-то себе под нос.

— Кстати, Мак, что сталось с твоей звездой? — спросил Леопольд. — Ну, с той самой, про которую писали в газете.

— Мне кажется… — осторожно начал Макилвейн. — Я даже уверен… Я установил с ними связь. Только вот беда… — Он озабоченно наморщил лоб. — Я не понимаю их языка.

— А, ну тогда ты должен сказать им, что это твоя звезда и им теперь придется говорить по-английски, чтобы ты их понимал, — язвительно заметил Ричардсон. — Вот увидите, мы и опомниться не успеем, как ты обзаведешься ракетой или космическим кораблем, умчишься на эту свою звезду и станешь там у них королем или вроде того.

— Король Тэдиес Первый! — торжественно провозгласил Александер. — Эй вы, звездные жители, можете облобызать стопы вашего короля!