— В Мэне зверствует маньяк? — удивление в моем голосе смешалось с неподдельным интересом. Послеобеденную сонливость как рукой сняло.
Добавить в моё избранное
8 мин, 56 сек 198
— То есть тот факт, что у берегов Портленда затонул корабль, тебя вообще не волнует? — ехидно улыбнулась Алиса.
— Нет, волнует, конечно… Просто… — я не нашелся, что ответить, и принялся рассматривать объедки в своем ланчбоксе, ухитряясь тайком подцепить пальцем оставшиеся кусочки сыра с майонезом и отправить их прямиком в рот.
Надо признаться, меня не очень-то волновало это кораблекрушение. Ведь каждый день где-то тонут корабли, падают самолеты и тем более случаются автомобильные катастрофы. Подобное безразличие ведь присуще всем людям. Такие вещи вполне обыденные, пока не коснутся тебя самого. Так что, несмотря на небольшой укол совести за отчужденность к трагедии пассажиров затонувшего судна и их родным, мой мозг был уже всецело поглощен мыслями о серийном убийце, якобы терроризирующем Сосновый Штат, куда мне было судьбой предрешено переехать жить на постоянной основе. Действительно, «якобы терроризирующем…» А не врет ли Алиса? Она мастер всяких выдумок и любительница рассказывать разные жуткие истории. По-настоящему жуткие и по этой причине нам еще больше нравилось их слушать.
— Ой, да ладно тебе! — махнул я рукой в сторону Алисы, давая понять, что меня не проведешь, хотя сам надеялся на ответную реакцию с ее стороны. Это, все-таки, как ни крути вызов для нашей крутой Алисы.
— Это правда, Кен, — кивнула Эшли.
Эшли тоже на ее стороне? Неужели они сговорились?
— Что значит, правда? — с еще большим удивлением я начал переводить взгляд с Алисы на Эшли и обратно.
— Какой же ты тупой! — вздохнула Алиса.
— Всё правда, — заморгала Эшли, — И про маньяка, и про корабль тоже правда. Ты разве не знаешь? Я по телевизору видела.
Ну, тогда все в порядке. Она видела это по телевизору… С губ сорвался нервный, даже скорее безумный смешок.
— Что смешного? — Алиса сверлила меня взглядом, но я чувствовал, что она еле сдерживается от смеха.
— Да ничего, просто… Ну так что за маньяк?
— А тебе все возьми да расскажи, — скривилась в улыбке Алиса, явно потешаясь надо мною, — Вот соберемся завтра на наше общественное мероприятие, тогда и расскажу вам. Даже побольше того, что по телику говорили.
Алиса встала из-за стола, быстро отнесла поднос к месту сбора грязной посуды и, возвращаясь к нам, на ходу поправила свою черную тенниску, немного задиравшуюся спереди, слегка приоткрывая гладкий животик Алисы. Шорты такого же бездонного черного цвета довершали такую милую моему взору картину.
Черт, неужели Алиса права и я думаю о подобных вещах, когда хожу с девочками на обед или куда-то еще? Неужели они и в самом деле так действуют на меня? Неужели я и вправду становлюсь извращенцем? Нет, нужно взять себя в руки.
— Так, собрались! — скомандовала Алиса, — Идем в класс. Ученики спят — учеба проходит. Надеюсь, проходит как можно скорее и незаметнее.
И это наш президент класса…
Мы с Эшли во мгновение ока кое-как собрали вещи и отнесли свои подносы на положенное им место. В это время Алиса проследила, чтобы Мона ненароком ничего не забыла в столовой и, взяв ее за руку, двинулась первой на выход.
Остаток дня прошел для всех обитателей нашего маленького зверинца весьма сонно. Но точно не для меня. Мы с Эшли занимали самые дальние места в аудитории. Надо сказать, наш класс выглядел как… обычный класс. Как и столовая представляла из себя обычную школьную столовую. Школьные коридоры, кабинеты учителей — просто представьте себе обычную школу где-нибудь в захолустье. Так вот, наша парта была самой крайней к выходу. Средний ряд, последнее место. Перед нами располагались Алиса с Моной соответственно. Учителя настаивали, чтобы Моника сидела в первых рядах с другими представителями ее возрастной категории и антропометрических данных, но наш ангелочек с этим был в корне не согласен и, включив свое дьявольское оружие в виде обворожительной улыбки, заявил, что, мол, ей и здесь хорошо, все она прекрасно видит и слышит. Еще одной причиной, по которой ей действительно «здесь хорошо», была Алиса. Как вот сейчас! Малышня сегодня постигала все премудрости арифметики, складывала и умножала, вычитала и делила. Мне же со следующей за ними парты было хорошо видно, как Алиса иногда что-то шептала Монике на ухо и легонько проводила своей гелевой ручкой над тетрадкой Моны, после чего та быстро записывала правильные ответы.
У малышни математика, у нас же была литература. Я еще раз сочувственно посмотрел на бедную училку, которой впору уже было иметь двойные мозги.
— Ладно, вам, дорогие мои, следует на странице пятьдесят четыре ознакомиться с биографией автора, а уже в следующий раз мы начнем обсуждение его творчества, — устало вздохнула миссис Браун и, по всей видимости, решила больше времени уделить математике.
Я все еще нервно ерзал на стуле и все никак не мог выбросить из головы этого маньяка… Каждую минуту я украдкой поглядывал на барабанившую пальцами по раскрытому учебнику Алисе.
— Нет, волнует, конечно… Просто… — я не нашелся, что ответить, и принялся рассматривать объедки в своем ланчбоксе, ухитряясь тайком подцепить пальцем оставшиеся кусочки сыра с майонезом и отправить их прямиком в рот.
Надо признаться, меня не очень-то волновало это кораблекрушение. Ведь каждый день где-то тонут корабли, падают самолеты и тем более случаются автомобильные катастрофы. Подобное безразличие ведь присуще всем людям. Такие вещи вполне обыденные, пока не коснутся тебя самого. Так что, несмотря на небольшой укол совести за отчужденность к трагедии пассажиров затонувшего судна и их родным, мой мозг был уже всецело поглощен мыслями о серийном убийце, якобы терроризирующем Сосновый Штат, куда мне было судьбой предрешено переехать жить на постоянной основе. Действительно, «якобы терроризирующем…» А не врет ли Алиса? Она мастер всяких выдумок и любительница рассказывать разные жуткие истории. По-настоящему жуткие и по этой причине нам еще больше нравилось их слушать.
— Ой, да ладно тебе! — махнул я рукой в сторону Алисы, давая понять, что меня не проведешь, хотя сам надеялся на ответную реакцию с ее стороны. Это, все-таки, как ни крути вызов для нашей крутой Алисы.
— Это правда, Кен, — кивнула Эшли.
Эшли тоже на ее стороне? Неужели они сговорились?
— Что значит, правда? — с еще большим удивлением я начал переводить взгляд с Алисы на Эшли и обратно.
— Какой же ты тупой! — вздохнула Алиса.
— Всё правда, — заморгала Эшли, — И про маньяка, и про корабль тоже правда. Ты разве не знаешь? Я по телевизору видела.
Ну, тогда все в порядке. Она видела это по телевизору… С губ сорвался нервный, даже скорее безумный смешок.
— Что смешного? — Алиса сверлила меня взглядом, но я чувствовал, что она еле сдерживается от смеха.
— Да ничего, просто… Ну так что за маньяк?
— А тебе все возьми да расскажи, — скривилась в улыбке Алиса, явно потешаясь надо мною, — Вот соберемся завтра на наше общественное мероприятие, тогда и расскажу вам. Даже побольше того, что по телику говорили.
Алиса встала из-за стола, быстро отнесла поднос к месту сбора грязной посуды и, возвращаясь к нам, на ходу поправила свою черную тенниску, немного задиравшуюся спереди, слегка приоткрывая гладкий животик Алисы. Шорты такого же бездонного черного цвета довершали такую милую моему взору картину.
Черт, неужели Алиса права и я думаю о подобных вещах, когда хожу с девочками на обед или куда-то еще? Неужели они и в самом деле так действуют на меня? Неужели я и вправду становлюсь извращенцем? Нет, нужно взять себя в руки.
— Так, собрались! — скомандовала Алиса, — Идем в класс. Ученики спят — учеба проходит. Надеюсь, проходит как можно скорее и незаметнее.
И это наш президент класса…
Мы с Эшли во мгновение ока кое-как собрали вещи и отнесли свои подносы на положенное им место. В это время Алиса проследила, чтобы Мона ненароком ничего не забыла в столовой и, взяв ее за руку, двинулась первой на выход.
Остаток дня прошел для всех обитателей нашего маленького зверинца весьма сонно. Но точно не для меня. Мы с Эшли занимали самые дальние места в аудитории. Надо сказать, наш класс выглядел как… обычный класс. Как и столовая представляла из себя обычную школьную столовую. Школьные коридоры, кабинеты учителей — просто представьте себе обычную школу где-нибудь в захолустье. Так вот, наша парта была самой крайней к выходу. Средний ряд, последнее место. Перед нами располагались Алиса с Моной соответственно. Учителя настаивали, чтобы Моника сидела в первых рядах с другими представителями ее возрастной категории и антропометрических данных, но наш ангелочек с этим был в корне не согласен и, включив свое дьявольское оружие в виде обворожительной улыбки, заявил, что, мол, ей и здесь хорошо, все она прекрасно видит и слышит. Еще одной причиной, по которой ей действительно «здесь хорошо», была Алиса. Как вот сейчас! Малышня сегодня постигала все премудрости арифметики, складывала и умножала, вычитала и делила. Мне же со следующей за ними парты было хорошо видно, как Алиса иногда что-то шептала Монике на ухо и легонько проводила своей гелевой ручкой над тетрадкой Моны, после чего та быстро записывала правильные ответы.
У малышни математика, у нас же была литература. Я еще раз сочувственно посмотрел на бедную училку, которой впору уже было иметь двойные мозги.
— Ладно, вам, дорогие мои, следует на странице пятьдесят четыре ознакомиться с биографией автора, а уже в следующий раз мы начнем обсуждение его творчества, — устало вздохнула миссис Браун и, по всей видимости, решила больше времени уделить математике.
Я все еще нервно ерзал на стуле и все никак не мог выбросить из головы этого маньяка… Каждую минуту я украдкой поглядывал на барабанившую пальцами по раскрытому учебнику Алисе.
Страница 1 из 3
