— Где ты вообще взяла все это добро? — спросил я Алису, когда мы все кругом устроились на громадном пледе Эшли. Как он поместился в сумку, нагруженную едой, для меня осталось загадкой. Женщины порой отличаются умением впихнуть невпихуемое…
Добавить в моё избранное
12 мин, 52 сек 238
— Батя подогнал, — улыбнулась Алиса, — Из нашего загородного домика, что в лесу. Ну а мистер Эл помог мне довезти всю эту поклажу сюда. Потом он нас заберет на машине, так что сегодня мы развезем вас по домам.
Алиса все обещала нам вылазку в этот домик, именуя его не иначе как «тайное убежище».
— Ладно, давай рассказывай свои небылицы, — я уже был на пределе от раздиравшего мое нутро любопытства.
— Не терпится, да? — подмигнула мне Алиса, — Ты вчера аж затрясся весь, когда услышал про этого убийцу. Небось, весь интернет излазил?
— Ничего подобного, — запротестовал я, — Мне хотелось бы услышать правдивую историю из первых рук.
— Хорошо, для затравочки, конечно, можно поговорить об этом затонувшем судне, но боюсь, что вы здесь не для этого, — Алиса вновь с наигранной укоризненностью посмотрела в мою сторону.
— Нельзя быть такими бессердечными, — подала голос Эшли, — Люди погибли… Это настоящая трагедия! Вам бы только дурака валять… — она обиженно заковыряла пальцем по выбившейся из пледа нитке красного цвета. На ее лице явственно отражались муки за грехи и беды всего человечества.
— Ну затонул пассажирский лайнер в заливе Мэн, — развела руками Алиса, — Уж не знаю, в чем там причина. Не дока я по этим кораблекрушениям. Большинство туристов, всё же, удалось спасти. Несколько человек правда погибли: кто утонул, кто просто замерз в воде, — Алиса понизила голос до загробной тональности, будто гитарист спустил струны так, что они буквально провисли, и размеренно начал бить по шестой струне, извлекая саунд в лучших традициях дум метала, — Некоторых вообще не нашли. Алиса уже переходила на заговорщицкий шепот.
— Как это не нашли? — Мона глядела на Алису с пристальным вниманием.
— Не знаю, как. Может течением унесло, или сами выплыли где-нибудь во Флориде и валяются на пляже, — все засмеялись, кроме Эшли, продолжавшей дуться.
Я на миг представил это кораблекрушение. Пассажиры в панике носятся по палубам. Кто-то читает молитвы, другие уже успели попрощаться с жизнью и начали звонить или набирать текстовые сообщения с прощальными словами, адресованными ближайшим родственникам. «Дорогая Мэри. Наш корабль тонет! Если я все же погибну, позаботься о наших детях. С любовью, Майк!» Сколько грусти, любви и смысла вложено в эти строки. И в целой книге не описать подобное отчаяние. Наверняка, этот самый Майк и не думал о подобной силе фатума. Всю жизнь пренебрежительно относился к своим родительским обязанностям, возможно, изменял своей дорогой Мэри. Но вот корабль тонет и пришло время подумать о том, чего так и не сделал, что можно было бы изменить, только дай ему второй шанс.
Хм… Я ведь тоже особо не задумывался об этом. Возможно один раз, когда умер папа. Тогда я не мог поверить, что он действительно мертв. Даже когда в комнате воцарилась тишина, вызванная остановкой дыхания, мне казалось, вот он жив здоров, говорит со мной. Отошел я только через пару часов, когда вызвал скорую. И то, мне все мерещилось, что папа стоит рядом и напоминает номер службы спасения. «Помнишь, сынок, мы с тобой об этом уже говорили. Набери, в случае чего,»911«и спрячься где-нибудь в укромном месте, но неподалеку от телефона». В тот момент, когда врачи и полиция начали ломиться в дом, я сидел в чулане. Мне тогда казалось, что папа стоит возле телефона и в случае чего позовет меня, если тот вдруг зазвонит. Никогда не забуду эти минуты ожидания. И этот запах… Запах смерти. Не трупного разложения, такой запах мне был уже знаком. В комнате стоял смрад от умершего только что человека, будто душа, покидая выброшенную за ненадобностью оболочку, оставила после себя этот мрачный шлейф. Доктор вывел меня из темной кладовой и дал успокоительного, после чего я отрубился.
— Давайте лучше про убийцу поговорим, — предложила Эшли, — Ты же обещала нам что-то интересное.
— Побольше того, что в новостях пишут, — напомнил я Алисе вчерашний разговор в столовой.
— О'кей, — подмигнула Алиса, — В новостях писали о серийных убийствах, происходящих на территории нашего Соснового Штата. По цепочке, трагедии двигались как по автомобильному маршруту строго с северо-востока на юго-запад. Первые случаи зафиксированы в Бангоре — там произошло два убийства. Затем в Огасте три, еще три в Льюистоне и четыре в Портленде, вот совсем недавно.
— Выходит, убийца прибыл к нам из Канады, так что ли? По трассе из Вудстока? — наконец-то началось самое интересное, меня распирало от вопросов.
— Ты слушай! — цыкнула Алиса, — Все вопросы и версии потом… Так вот, — Алиса прокашлялась и продолжила, — Журналисты связывают эти происшествия с одним и тем же типом, поскольку все они зачастую имеют схожий modus operandi…
Мы втроем недоумевающе переглянулись, а рот Моны бессознательно принял форму буквы «о». По выражению лица Эшли было ясно, что она тщательно перебирает в голове латинские названия цветов, но на ум пока что ей ничего не приходило.
Алиса все обещала нам вылазку в этот домик, именуя его не иначе как «тайное убежище».
— Ладно, давай рассказывай свои небылицы, — я уже был на пределе от раздиравшего мое нутро любопытства.
— Не терпится, да? — подмигнула мне Алиса, — Ты вчера аж затрясся весь, когда услышал про этого убийцу. Небось, весь интернет излазил?
— Ничего подобного, — запротестовал я, — Мне хотелось бы услышать правдивую историю из первых рук.
— Хорошо, для затравочки, конечно, можно поговорить об этом затонувшем судне, но боюсь, что вы здесь не для этого, — Алиса вновь с наигранной укоризненностью посмотрела в мою сторону.
— Нельзя быть такими бессердечными, — подала голос Эшли, — Люди погибли… Это настоящая трагедия! Вам бы только дурака валять… — она обиженно заковыряла пальцем по выбившейся из пледа нитке красного цвета. На ее лице явственно отражались муки за грехи и беды всего человечества.
— Ну затонул пассажирский лайнер в заливе Мэн, — развела руками Алиса, — Уж не знаю, в чем там причина. Не дока я по этим кораблекрушениям. Большинство туристов, всё же, удалось спасти. Несколько человек правда погибли: кто утонул, кто просто замерз в воде, — Алиса понизила голос до загробной тональности, будто гитарист спустил струны так, что они буквально провисли, и размеренно начал бить по шестой струне, извлекая саунд в лучших традициях дум метала, — Некоторых вообще не нашли. Алиса уже переходила на заговорщицкий шепот.
— Как это не нашли? — Мона глядела на Алису с пристальным вниманием.
— Не знаю, как. Может течением унесло, или сами выплыли где-нибудь во Флориде и валяются на пляже, — все засмеялись, кроме Эшли, продолжавшей дуться.
Я на миг представил это кораблекрушение. Пассажиры в панике носятся по палубам. Кто-то читает молитвы, другие уже успели попрощаться с жизнью и начали звонить или набирать текстовые сообщения с прощальными словами, адресованными ближайшим родственникам. «Дорогая Мэри. Наш корабль тонет! Если я все же погибну, позаботься о наших детях. С любовью, Майк!» Сколько грусти, любви и смысла вложено в эти строки. И в целой книге не описать подобное отчаяние. Наверняка, этот самый Майк и не думал о подобной силе фатума. Всю жизнь пренебрежительно относился к своим родительским обязанностям, возможно, изменял своей дорогой Мэри. Но вот корабль тонет и пришло время подумать о том, чего так и не сделал, что можно было бы изменить, только дай ему второй шанс.
Хм… Я ведь тоже особо не задумывался об этом. Возможно один раз, когда умер папа. Тогда я не мог поверить, что он действительно мертв. Даже когда в комнате воцарилась тишина, вызванная остановкой дыхания, мне казалось, вот он жив здоров, говорит со мной. Отошел я только через пару часов, когда вызвал скорую. И то, мне все мерещилось, что папа стоит рядом и напоминает номер службы спасения. «Помнишь, сынок, мы с тобой об этом уже говорили. Набери, в случае чего,»911«и спрячься где-нибудь в укромном месте, но неподалеку от телефона». В тот момент, когда врачи и полиция начали ломиться в дом, я сидел в чулане. Мне тогда казалось, что папа стоит возле телефона и в случае чего позовет меня, если тот вдруг зазвонит. Никогда не забуду эти минуты ожидания. И этот запах… Запах смерти. Не трупного разложения, такой запах мне был уже знаком. В комнате стоял смрад от умершего только что человека, будто душа, покидая выброшенную за ненадобностью оболочку, оставила после себя этот мрачный шлейф. Доктор вывел меня из темной кладовой и дал успокоительного, после чего я отрубился.
— Давайте лучше про убийцу поговорим, — предложила Эшли, — Ты же обещала нам что-то интересное.
— Побольше того, что в новостях пишут, — напомнил я Алисе вчерашний разговор в столовой.
— О'кей, — подмигнула Алиса, — В новостях писали о серийных убийствах, происходящих на территории нашего Соснового Штата. По цепочке, трагедии двигались как по автомобильному маршруту строго с северо-востока на юго-запад. Первые случаи зафиксированы в Бангоре — там произошло два убийства. Затем в Огасте три, еще три в Льюистоне и четыре в Портленде, вот совсем недавно.
— Выходит, убийца прибыл к нам из Канады, так что ли? По трассе из Вудстока? — наконец-то началось самое интересное, меня распирало от вопросов.
— Ты слушай! — цыкнула Алиса, — Все вопросы и версии потом… Так вот, — Алиса прокашлялась и продолжила, — Журналисты связывают эти происшествия с одним и тем же типом, поскольку все они зачастую имеют схожий modus operandi…
Мы втроем недоумевающе переглянулись, а рот Моны бессознательно принял форму буквы «о». По выражению лица Эшли было ясно, что она тщательно перебирает в голове латинские названия цветов, но на ум пока что ей ничего не приходило.
Страница 1 из 4
