Солнечный свет заставил меня зажмуриться и уткнуться лицом в подушку. В голове что-то звенело, лицо пылало жаром. Спросонья я не сразу догадался, что звенит не голова, а будильник на прикроватной тумбочке. Первым делом хотелось просто выключить его и доспать положенные пять-десять минут, но в мозг постучались все еще свежие образы из моего сна, и глаза машинально распахнулись, словно оконные ставни во время бури.
Добавить в моё избранное
9 мин, 20 сек 239
Да уж, такое не скоро забудешь… Ночной гость, лес, лунный свет… Мурашки забегали по всему телу и меня начал не то чтобы бить озноб. Он просто заколотил меня головой о стенку. А если припомнить эту реку с плывущими трупами, то еще немного и меня стошнит прямо здесь, в комнате! Алиса что-то безмолвно бормотала как рыба, только что пойманная и помещенная в садок. Все, хватит с меня! Это все из-за эмоций! Да, точно! Просто я вчера набрался чересчур много впечатлений. И все эти разговоры про убийц, тонущие корабли, уроки литературы… Все это просто сказалось на моей психике. Вот и приснился кошмар. Людям же снятся страшные сны… иногда…
Холодный душ и горячий завтрак должны привести меня в форму. Да и отвлечься тоже бы не мешало.
Ледяная вода действительно бодрила, хотя поначалу я думал, что у меня случится термический ожог — настолько она была обжигающе холодной. Чтобы выдержать этот морозный водопад и в достаточной степени помыться, я начал напевать про себя мелодии собственного сочинения. Справиться с горечью во рту и остатками привкуса крови (видно, во сне прикусил губу), напоминающем о событиях моих сновидений, помогла справиться термоядерная зубная паста.
Помнится, Алиса говорила о тупой рабочей силе, поэтому сегодня стоит одеться менее официально. Рубашка сразу отпадает, так что я остановил свой выбор на белой футболке с воротничком и все тех же синих вылинявших джинсах.
Вприпрыжку скатившись по лестнице, я сразу же двинул на кухню, из которой доносились ароматы высшей степени искушения. На завтрак тосты с яйцом и поджаренным беконом. Дайте два, пожалуйста! Нет, даже три! И кетчупом полейте! Настроение с каждой минутой улучшалось. День сегодня необычайно солнечный и теплый, а впереди авантюра, затеянная Алисой.
— Что-то ты расшумелся сегодня ночью, братец, — младшая сестра пережевывала свой тост, смачно приправленный горчицей. Никогда не понимал, как можно есть тосты с горчицей или майонезом. Только кетчуп!
— М-да? А я что тебе спать не давал? — я догадывался, почему ее братец «расшумелся сегодня ночью», но виду не подал. Не хочу портить себе так хорошо начинающееся утро.
— О да! Ты всю ночь стона-а-ал! — Джоди развела руками, — С чего бы это?
— Понятия не имею, — ответил я с набитым ртом, пожимая плечами. Надеюсь, она все же не будет меня отвлекать.
— Приснилось что? Плохой сон? Или хороший? — захихикала Джоди.
— Не помню я, — раз уж строишь из себя дурака, так доводи дело до конца.
— Хорошо бы, если это был единичный случай, а то мне, знаешь ли, тоже спать охота. Веди себя потише.
Что-то она сегодня не в меру говорливая. Я махнул тостом в сторону выхода, мол, «иди уже», и включил наше кухонное радио, сделанное в виде совы, на случай, если Джоди все же решит задержаться. На кухне заиграл гранж, поскольку этим радиоприемником пользовалась, как правило, мама. «Ох, это музыка моей молодости…». Фу! Когда она начинала причитать о «старине Курте» и прочих этих гранжовых движухах, мне хотелось выключить маму вместе с радио. Надо быстро доедать, а то, неровен час, придет мама и начнет подпевать.
— Ладно, передавай от меня привет своей возлюбленной, — Джоди взяла со стула свой рюкзак и последовала на выход.
— Какой еще возлюбленной? — вот это уже начинало меня бесить.
— А той, с которой ты каждое утро встречаешься. И в школе вы всегда вместе, и за одной партой сидите.
— Мы просто дружим и все.
— Ну конечно… А потом ты мне спать не даешь! — фыркнула Джоди и громко хлопнула дверью.
— Утро так хорошо начиналось… — вздохнул я.
Внезапно я услышал, как из гостиной донеслось «I'm mosquito! I'm libido! Yeah!» и понял, что надо сматывать удочки.
— Мам, я сегодня задержусь немного, — прокричал я из дверного проема, одной ногой ощущая свободное дуновение ветра, — Мы идем гулять в парк.
— Передавай привет своей девушке! — мама улыбнулась, проходя мимо входной двери.
— Да нет у меня девушки, мам! Мы — это я, Эшли, Алиса и Моника!
— Ладно-ладно, — судя по голосу, мама была уже на кухне.
Захлопнув дверь, я закрыл лицо руками и, наконец, выдохнул. Неужели так трудно оставить меня в покое хотя бы сегодня?
— Скажи мне, Кен… У тебя правда есть девушка?
Я аж подпрыгнул от неожиданности. На крыльце дома стояла Эшли с увесистой на вид сумкой в руках. Утренний ветерок играл с приколотыми к ее рыжим волосам разноцветными ленточками.
— Нет, ты не слушай их! Они просто так шутят! Мне не нужен никто, кроме тебя… — слова сами вылетели изо рта, и Эшли, шумно охнув, уронила сумку на асфальт, — И Алисы с Моникой…
— Эй вы! Чего стоите там как дураки? — Алиса замахала руками, видимо таким образом подзывая нас к себе.
Время, проведенное в школе, пролетело незаметно. Эшли под страхом физического уничтожения запретила мне сегодня обедать.
Холодный душ и горячий завтрак должны привести меня в форму. Да и отвлечься тоже бы не мешало.
Ледяная вода действительно бодрила, хотя поначалу я думал, что у меня случится термический ожог — настолько она была обжигающе холодной. Чтобы выдержать этот морозный водопад и в достаточной степени помыться, я начал напевать про себя мелодии собственного сочинения. Справиться с горечью во рту и остатками привкуса крови (видно, во сне прикусил губу), напоминающем о событиях моих сновидений, помогла справиться термоядерная зубная паста.
Помнится, Алиса говорила о тупой рабочей силе, поэтому сегодня стоит одеться менее официально. Рубашка сразу отпадает, так что я остановил свой выбор на белой футболке с воротничком и все тех же синих вылинявших джинсах.
Вприпрыжку скатившись по лестнице, я сразу же двинул на кухню, из которой доносились ароматы высшей степени искушения. На завтрак тосты с яйцом и поджаренным беконом. Дайте два, пожалуйста! Нет, даже три! И кетчупом полейте! Настроение с каждой минутой улучшалось. День сегодня необычайно солнечный и теплый, а впереди авантюра, затеянная Алисой.
— Что-то ты расшумелся сегодня ночью, братец, — младшая сестра пережевывала свой тост, смачно приправленный горчицей. Никогда не понимал, как можно есть тосты с горчицей или майонезом. Только кетчуп!
— М-да? А я что тебе спать не давал? — я догадывался, почему ее братец «расшумелся сегодня ночью», но виду не подал. Не хочу портить себе так хорошо начинающееся утро.
— О да! Ты всю ночь стона-а-ал! — Джоди развела руками, — С чего бы это?
— Понятия не имею, — ответил я с набитым ртом, пожимая плечами. Надеюсь, она все же не будет меня отвлекать.
— Приснилось что? Плохой сон? Или хороший? — захихикала Джоди.
— Не помню я, — раз уж строишь из себя дурака, так доводи дело до конца.
— Хорошо бы, если это был единичный случай, а то мне, знаешь ли, тоже спать охота. Веди себя потише.
Что-то она сегодня не в меру говорливая. Я махнул тостом в сторону выхода, мол, «иди уже», и включил наше кухонное радио, сделанное в виде совы, на случай, если Джоди все же решит задержаться. На кухне заиграл гранж, поскольку этим радиоприемником пользовалась, как правило, мама. «Ох, это музыка моей молодости…». Фу! Когда она начинала причитать о «старине Курте» и прочих этих гранжовых движухах, мне хотелось выключить маму вместе с радио. Надо быстро доедать, а то, неровен час, придет мама и начнет подпевать.
— Ладно, передавай от меня привет своей возлюбленной, — Джоди взяла со стула свой рюкзак и последовала на выход.
— Какой еще возлюбленной? — вот это уже начинало меня бесить.
— А той, с которой ты каждое утро встречаешься. И в школе вы всегда вместе, и за одной партой сидите.
— Мы просто дружим и все.
— Ну конечно… А потом ты мне спать не даешь! — фыркнула Джоди и громко хлопнула дверью.
— Утро так хорошо начиналось… — вздохнул я.
Внезапно я услышал, как из гостиной донеслось «I'm mosquito! I'm libido! Yeah!» и понял, что надо сматывать удочки.
— Мам, я сегодня задержусь немного, — прокричал я из дверного проема, одной ногой ощущая свободное дуновение ветра, — Мы идем гулять в парк.
— Передавай привет своей девушке! — мама улыбнулась, проходя мимо входной двери.
— Да нет у меня девушки, мам! Мы — это я, Эшли, Алиса и Моника!
— Ладно-ладно, — судя по голосу, мама была уже на кухне.
Захлопнув дверь, я закрыл лицо руками и, наконец, выдохнул. Неужели так трудно оставить меня в покое хотя бы сегодня?
— Скажи мне, Кен… У тебя правда есть девушка?
Я аж подпрыгнул от неожиданности. На крыльце дома стояла Эшли с увесистой на вид сумкой в руках. Утренний ветерок играл с приколотыми к ее рыжим волосам разноцветными ленточками.
— Нет, ты не слушай их! Они просто так шутят! Мне не нужен никто, кроме тебя… — слова сами вылетели изо рта, и Эшли, шумно охнув, уронила сумку на асфальт, — И Алисы с Моникой…
— Эй вы! Чего стоите там как дураки? — Алиса замахала руками, видимо таким образом подзывая нас к себе.
Время, проведенное в школе, пролетело незаметно. Эшли под страхом физического уничтожения запретила мне сегодня обедать.
Страница 1 из 3
